Александр 1 конституция: Первая российская конституция могла появиться в начале 19-го века

Первая российская конституция могла появиться в начале 19-го века

Фото: yandex.by/collections

201 год назад, 15 марта 1818 года император Александр I поручил подготовить проект первой российской конституции — «Государственную уставную грамоту». По окончании наполеоновских войн в Россию стали возвращаться из Европы офицеры и ополченцы, насмотревшиеся там на более свободные порядки. На контрасте архаичность абсолютной монархии особенно бросалась в глаза.

Александр понял, что прогрессивная часть дворянства ждёт от него возобновления прерванной конституционной реформы. Ответом на эти чаяния призван был стать проект графа Николая Новосильцева, ранее участвовавшего в разработке хартии Царства Польского.

Документ предусматривал установление в России конституционной монархии. «Уставная грамота» предусматривала создание двухпалатного парламента — Государственного сейма, состоящего из Сената и Посольской избы, — и двухпалатных представительных органов (сеймов) в наместничествах (группах губерний), разделение властей: Верховный государственный суд выделялся из Сената, становившегося верхней палатой законодательного Государственного сейма, а исполнительная власть оставалась в руках монарха. К компетенции парламента относилось утверждение законов и бюджета, но император сохранял право законодательной инициативы и право вето. Разработчики грамоты впервые в истории России предполагали закрепить ряд прав человека и провозгласить свободу печати: «никто не мог быть арестован без предъявления обвинения; никто не мог быть наказан иначе, как по суду».

В 1820 был подготовлен манифест, который должен был быть объявлен в момент провозглашения Государственной уставной грамоты — о введении ее в действие, в котором основное внимание уделялось доказательству того, что это является не введением новых порядков, а совершенствованием существующих. Однако, он никогда не был опубликован — рост освободительного движения в Европе и явное сопротивление идее реформ среди высших сановников империи заставили Александра I отказаться от конституционных планов.

ПОЧЕМУ АЛЕКСАНДР I НЕ ВВЕЛ КОНСТИТУЦИЮ? | Время

Александр I «Благословенный»

Александр I «Благословенный»

В начале своего правления Александр I был настроен на проведение либеральный реформ. Так называемые умеренно-либеральные реформы постепенно воплощались в жизнь страны. В 1803 году появился «Указ о вольных хлебопашцах» Согласно которому крепостные крестьяне могли оказаться на воле по обоюдному согласию с помещиком за выкуп с землей в собственность (поселениями или отдельными семьями). При этом вольные хлебопашцы оставались податными людьми, т. е. плати подушную подать и другие государственные повинности.

В 1815 году Александр I дарует, недавно образованному, Царству Польскому конституцию, одну из самых либеральных в Европе. А в марте 1818 года в своей речи на открытие польского сейма заявил, что распространит конституционные порядки на территории всей Российской империи.

В 1819-1821годах начинается работа над составлением конституции под руководством Н. Н. Новосильцева. Стоит отметить, что работа проводилась в рамках строгой секретности в Польше. Проект получил название «Государственная уставная грамота Российской империи» и предусматривал переход от абсолютной монархии ко конституционной.

Н. Н. Новосильцев 1761-1838

Н. Н. Новосильцев 1761-1838

За образец была взята польская конституция 1815 года. Предполагалось создание представительного органа, представлявшего собой двухпалатный парламент: Сенат и Польская палата. Сенат должен был назначаться императором, а члены нижней палаты избирались на основании непрямых выборов. Впервые Россия могла получить деление на 10 федеративных округов(наместничеств). В конституции прописывались основные права и свободы граждан, равенство всех перед законом, свобода вероисповедания, свобода печати. Крепостное право и крепостные крестьяне не упоминались в основном законе; таким образом, конституционные нормы на них не распространялись. Согласно будущей конституции император не мог принимать законопроекты единолично, но обладал законодательной инициативой. Кроме того, монарх осуществлял в полном объеме исполнительную власть.

Как можно заключить из вышесказанного, Уставная грамота могла стать своеобразным мостом, соединяющим монарха с его народом. Увы, этому проекту не суждено было осуществиться по-разным причинам.

Александр I не был готов к такому ответственному шагу, как изменение принципов управления страной. Здесь сыграло свою роль непостоянство и нерешимость императора, давление со стороны высших сановников, которые, в большинстве своем, были реакционно настроены. Не стоит забывать о росте освободительных движений проходивших в ряде стран (Италия, Испания, Греция), которые не могли не повлиять на решение Александра I.

Так или иначе, но Российской империи не суждено было жить по конституционным порядкам, в силу разных причин. Первая полноценная конституция, если не брать во внимание «Манифест 17 октября 1905», появиться на свет только в 1918 году, но уже в другой стране и при других реалиях.

1 апреля – Александр I присоединил Финляндию к России

Информация о материале
Опубликовано: 01 апреля 2020
Просмотров: 4908

Александр I открывает Боргоский сейм

1 апреля (20 марта – по ст.ст.) 1808 года император Александр I издал манифест о «вечном» присоединении Финляндии к России. Это произошло буквально месяц спустя после объявленной войны со шведами: она разразилась в феврале того же года и стала одиннадцатой по счету за прошедшие три с половиной века.

Предпосылками для столкновения послужили условия Тильзитского мира, по которым Россия становилась союзницей Наполеона в борьбе против Великобритании и её сторонников, в числе которых была Швеция.

Очень скоро территория Финляндии была занята русскими войсками. Примерно за месяц русская армия заняла Гельсингфорс и Тавастехус, крепость Свартхольм, укрепленный мыс Гангут и Аландские острова. Впоследствии капитулировал и Свеаборг. Таким образом, вся Южная и Средняя Финляндия оказались под контролем России. При этом населению раздавались прокламации, в которых содержались обещания гарантировать сохранение прежних религии, законов и привилегий. При присоединении новых земель это была обычная практика.

«Страну сию, оружием Нашим покоренную, Мы присоединяем отныне навсегда к Российской Империи, и вследствие того повелели Мы принять от обывателей ее присягу на верное престолу Нашему подданство», –

говорилось в Манифесте «О покорении шведской Финляндии
и о присоединении оной навсегда к России» от 20 марта 1808 года.

На сословном собрании представителей народов Финляндии император Александр I произнёс речь, в которой обещал сохранить местную конституцию и законы. Члены сейма присягнули императору.

Так как главной целью России было создание среди населения Финляндии настроения «дружественного, спокойного, довольного своим положением и заинтересованного во внешнем могуществе и силе России», Великое княжество Финляндское получило особый статус автономии в составе России. Российский император, в частности, не мог без согласия Сейма утверждать новые и изменять старые законы, вводить налоги и пересматривать привилегии сословий.

«Под сению престола Нашего покоются многочисленные народы, судьбы их равно сердцу Нашему драгоценны; вступив в состав Империи Нашей, вы приобрели тем самым равные права с ними. Сверх древних установлений, страны вашей свойственных и свято Нами хранимых, новое поле вашей деятельности и трудолюбию открывается. Под сильным щитом России, земледелие ваше, торговля, промыслы, все источники народного богатства и благосостояния воспримут новую жизнь и расширение. Мы познаем вскоре все ваши нужды и не умедлим простереть вам руку помощи и облегчения. Оружие Наше оградит пределы ваши от всякого к вам прикосновения и отразит все покушения врагов, если бы когда либо возмутить спокойствие ваше они дерзнули. Приверженность, единство и непоколебимая верность есть единое возмездие, коего Мы за все сие от вас требуем и ожидаем несомненно»,

– было сказано в последовавшем Манифесте
«О присоединении Финляндии» от 5 июня 1808 года.

Полиция княжества формировалась только из финнов: и если изначально она была подчинена генерал-губернатору, то затем перешла в ведение гражданской экспедиции при Хозяйственном департаменте Сената, то есть стала фактически полностью независимой.

Несмотря на то, что территория Финляндии к тому времени уже фактически была добровольно присоединена к России, мирный договор был подписан лишь 5 сентября 1809 года. Это произошло в финском городе Фридрихсгаме. Четвертая статья этого документа полностью закрепляла отказ Швеции от Финляндии в пользу Российской империи. Примечательно, что некоторые из присоединяемых территорий находились под шведской короной более 600 лет – еще с XII века.

По окончании войны столицей княжества в 1809–1812 годах был город Або (современный город Турку), а затем столица была перенесена в привинциальный Гельсингфорс (ныне – Хельсинки).

Текст: Анна Хрусталёва

ВОЗМОЖНО, ВАМ БУДЕТ ИНТЕРЕСНО:

1 апреля 1828 года установлена первая колонна Исаакиевского собора

Виртуальный тур по Владычной (Грановитой) палате Новгородского кремля

Рассекречены сведения о действиях немецко-фашистских захватчиков в Ростовской области

15 марта 1818 года — Александр I анонсирует создание российской Конституции — EADaily, 15 марта 2016 — Общество. Новости, Новости России

15 марта 1818 года на открытии сейма Царства Польского император Александр I заявил о намерении ввести конституцию в России.

Тогда же он поручил графу Новосильцеву разработать проект конституции. К этой работе были привлечены чиновники канцелярии Новосильцева — П. А. Вяземский и П. И. Дешан. К осени 1820 был подготовлен окончательный текст Государственной уставной грамоты, состоящей из шести глав. Многие ее положения совпадали с Конституцией Царства Польского 1815.

Государственная уставная грамота предусматривала создание в России двухпалатного Государственного сейма, состоящего из Сената и Посольской избы, а также двухпалатных сеймов на местах. К компетенции Государственного сейма относилось утверждение законов и бюджета, но за императором закреплялось право законодательной инициативы и право вето.

Депутатов избирали от дворянских уездных собраний и городских обществ. Соответственно, избирательные права получали владевшие недвижимостью дворяне, а от городских обществ — владельцы недвижимости, лица с высшим образованием, предприниматели, купцы первых двух гильдий, цеховые мастера. Право избирать получали лица старше 25 лет, а быть избранными — старше 30 лет и имевшие определенный имущественный ценз.

Согласно положениям Государственной уставной грамоты, Россия становилась фактически конституционной монархией — без одобрения парламента монарх не мог издать ни одного закона. Конституция провозглашала все основополагающие демократические принципы: разделение административной и судебных властей, независимость судей, равенство подданных перед законом, неприкосновенность личности и собственности, свобода печати и вероисповедания.

Кроме этого, провозглашался курс на федеративное устройство России: в результате территориально-административной реформы вся территория империи разделялась на 12 наместничеств (каждое из нескольких губерний). Вопрос о крепостном праве в этом конституционном проекте не рассматривался. Этому были посвящены специальные и сугубо секретные проекты, предлагавшиеся А. А. Аракчеевым и министром финансов Д. А. Гурьевым.

Хотя проект конституции и не был опубликован, он был известен широкому кругу лиц, в силу чего получил большой общественный резонанс. Однако сколь-нибудь значимого реального воплощения проект так и не получил — первая русская конституция осталась на бумаге.

власть и общество — searchfoundationinc


Вступление на престол молодого императора Александра I было воспринято в обществе как начало новой либеральной эпохи в истории России. Среди многих проблем внутренней жизни особое значение имел вопрос о форме государственного правления. Своеобразие ситуации состояло в том,  что инициатором ограничения самодержавия стал сам монарх. Еще в 1809 году Александр I поручил М.М.Сперанскому разработать обширный план государственных преобразований.  Автору проекта представлялись два пути решения проблемы: ограничение самодержавия внешними формами закона или «ограничить его внутреннею и существенною силою установлений». Он писал, что «рабство политическое есть, когда воля одного или многих составляет закон всех» /1/. 

Поддерживая и направляя на первых порах Сперанского, государь со временем меняет свою точку зрения и отказывается от масштабных преобразований. Среди причин можно выделить ряд факторов. Прежде всего, следует отметить, что разработка проектов велась Сперанским в глубокой тайне, общественность жила слухами и не могла получить достоверную информацию и принять участие в обсуждении столь важной проблемы. Кроме того, Сперанский столкнулся с недовольством и противодействием аристократии и высшего чиновничества, которые выражали мнение влиятельных кругов. 

Ответом на инициативы императора стала записка «О древней и новой России» Н.М.Карамзина. По мнению ряда исследователей, в ней историк воплотил чаяния так называемых консервативных кругов. Он критиковал Александра I за реформаторские начинания, призывал отказаться от тех преобразований, которые могут ослабить самодержавие. Опираясь на знание исторического прошлого страны, Карамзин доказывал, что только самодержавное правление может спасти Россию.  При этом автор отмечал, что государь должен быть осторожнее в новых замыслах и думать больше о людях, чем о формах. Политическая платформа историка предполагала не отказ или неприятие замыслов молодого императора, а призыв к соединению, сочетанию западноевропейских правовых норм и русских исторических традиций.

Таким образом, в первый период царствования вопрос о государственных преобразованиях был обозначен властью и встречен в обществе с настороженностью. Именно реакция последнего и не позволила Александру I пойти до конца в поддержке программы М.М.Сперанского. Вопрос о пределах самодержавной власти остался открытым. 

Следующим, уже практическим, решением стало обнародование Конституции в Царстве Польском. Александр I рассматривал это событие как первый шаг на пути дарования законного порядка и России. Противоречивые впечатления произвело заявление императора на русское общество. Декабрист С.Г.Волконский писал: «…Слова его о намерении распространить и в России вводимый им конституционный порядок управления сильное произвели впечатление в моем сердце…» /2/. Другой автор, А.А.Закревский, писал П.Д.Киселеву: «Речь государя, на сейме говоренная, прекрасная, но последствия для России могут быть ужаснейшие…» /3/. Подобные суждения не остановили императора, и в скором времени началась работа над проектом конституционного переустройства России. 

В 1820 году Александр I был близок к введению ограниченной конституции. Согласно документу, император провозглашался главой исполнительной власти. Законодательная власть передавалась общероссийскому сейму. Но этот проект так и остался примером несостоявшихся надежд. Причиной тому были как события внутри страны, так и в Европе. Указывая на ситуацию в Испании и в Италии в 1820 году, Александр I отмечал: «Я люблю конституционные учреждения и думаю, что каждый добропорядочный гражданин должен любить их, но могут ли они быть утверждены во всех странах без исключения? Не все народы готовы в одинаковой степени для их принятия» /4/.

В этот же период тайными обществами обсуждался и по-разному решался вопрос о правовых основаниях власти, о судьбе самодержавия и будущего политического устройства России, разрабатывались документы Н.Муравьев в проекте «Конституции» писал, что власть самодержавия губительна и для правителей и для общества. Поэтому Россия должна была стать, по мнению автора, конституционной монархией, источником же всей государственной жизни провозглашался народ. Согласно проекту П.Пестеля «Русская Правда», Россия объявлялась республикой. Как писал автор, «народ российский не есть принадлежность какого-либо лица или семейства. Напротив того, правительство есть принадлежность народа, и оно учреждено для блага народного, а не народ существует для блага правительства» /5/.
Проблема необходимости государственных преобразований и, прежде всего, ограничения самодержавной власти, действительно являлась насущной и актуальной для страны. Она активно обсуждалась в разных общественных кругах, вызывая к жизни исторические, философские и политические сочинения. В то же время император, считавший решающей силой общественной мнение, ошибочно принял за таковое суждение узкого круга дворян и отказался от реформаторских идей. Как отмечал Н.И.Тургенев, «Александр, судя по всему, умер деспотом, но родился он, чтобы стать чем-то лучшим» /6/. 

Примечания:

  1. Сперанский М.М. Проекты и записки. М.-Л., 1961. С.837.
  2. Цит. По: Мироненко С.В. Самодержавие и реформы. Политическая борьба в России в начале XIX в. М., 1989.  
  3. Цит. по: Экштут СМ.А. В поиске исторической альтернативы: Александр I. Его сподвижники. Декабристы. М., 1994. С. 123.
  4. Цит. а
  5. р: Хартли Дж. М. Александр I. Ростов на Дону, 1998. С. 213.
  6. Избранные социально-ролитические м философские произведения декабристов. М. 1951. Т. 2. С. 145.
  7. Тургенев Н.И. Россия и русские. М., 2001. С. 519. 

Влияние личности Александра I на становление российского конституционализма

Конституционализм в нашем государстве – понятие относительно новое. Однако он является неотъемлемой частью существования современной политико-правовой системы не только в Российской Федерации, но и во множестве современных государствах. Традиции и основные положения современного российского конституционализма берут свое начало еще с имперских времен. Впервые с конституцией Россия знакомится в 1815 году, когда по поручению Александра I статс-секретарем Игнатием Соболевским был разработан текст Польской Конституции и подписан 27 ноября этого же года [1]. Конечно, ни о каких правах и свободах граждан в том представлении, которое мы имеем сейчас, не могло быть и речи. Этот нормативно-правовой акт лишь закреплял наследственную монархию в Польше, то есть официальное ее присоединение к Российской Империи.

Личность Александра I является важным аспектом в формировании конституционализма. За время своего правления императором было предпринято множество мероприятий, которые абсолютно по-разному были оценены его современниками и будущими историками. Как известно, император Александр Павлович поначалу придерживался ограниченного либерализма, именно это в будущем позволило осуществить принятие Польской Конституции в 1815 году. Затем к двадцатым годам девятнадцатого столетия, мало интересующийся внутренней политикой и находящийся в опасном положении от нарастающего революционного давления дворян император перешел к политике консерватизма, что стало резким контрастом в проводимых им мероприятиях [2].

Как уже было сказано ранее, либеральные взгляды монарха позволили осуществиться проекту Польской Конституции. В начале своего правления, Александром I был проведен ряд реформ, которые освещали самые простейшие гражданские права населения, используемые в современном мире как уже устоявшиеся. Такими являлись:

  1. Разрешение свободного выезда за границу.
  2. Разрешение свободного ввоза из-за границы любой литературы – падал ценз на литературу, что, в свою очередь, является довольно либеральным решением в условиях существовавшей монархии. В современной интерпретации это право на свободу слова, будь то выбор на свободу того, что желает знать гражданин или того, что желает сказать.
  3. Ликвидация тайной экспедиции – тайной организации, занимавшейся сыском политических преступников среди дворянского и гражданского населения. Конечно же, потом некоторые из полномочий перешли на Сенат, но, тем не менее, мы можем наблюдать зарождение права на личную неприкосновенность [3].
  4. Реформирование органов местного самоуправления и государственной власти в 1802 году – полномочия Сената расширились, он стал высшим судебным органом, коллегии встали вместо министерств – на современный лад наблюдалось формирование некого федерализма, так же являющегося неотъемлемой частью конституционализма в современном толковании.

Помимо ряда перечисленных реформ были проведены большие изменения и социальной сфере:

  • 20 февраля 1803 года был издан Указ «О вольных хлебопашцах», по которому крестьяне теоретически могли выкупить свою свободу у помещика;
  • вводилось бесплатное начальное образование для всех;
  • расширение базы образовательных учреждений: в крупных городах начали открываться университеты и привилегированные учебные учреждения – лицеи.

Во всех вышеупомянутых событиях мы, действительно, можем наблюдать развитие основных гражданских прав и свобод, характерных для конституционализма. Однако уже ко второму десятилетию двадцатого века начинается сворачивание либерализма и усиление абсолютизма в политике императора [4].

Затем настала пора наполеоновских войн, Европа разрывалась между революционными движениями и укоренившейся монархией, Франция претерпевала серьезные социально-политические изменения: смена режимов правления, непосредственно правителей и военные действия, истощавшие ее. Процесс реформирования законодательства и развития конституционализма был сильно заторможен. К 1812 году Франция стала Империей во главе с Наполеоном Бонапартом, который имел отнюдь не пацифистские взгляды. Следствием стала Отечественная война 1812 года и дальнейшие освободительные походы. Благодаря блестящей победе русской армии над объединенными французскими войсками, императору Александру I приписывались большие заслуги не только перед Российской Империей, но и перед всей Европой, которую он освободил. Конечно же, это привело к возвышению личности императора, к поднятию его статуса.

К 1820 году дворянская оппозиция отодвигает монарха от либеральных реформ, настает пора реакционных мероприятий Александра I:

  • запрет на продажу крестьян без земли;
  • ввод военных поселений – режим «аракчеевщины», который представлял собой закрепление крестьян за определенной территорией и проведение работ там вместо военной службы, что негативно сказалось на экономическом положении Российской Империи;
  • усиление цензуры;
  • восстановление права помещиков ссылать крестьян в Сибирь и т.д. [4]

Конечно, такой подход разрушил основанные когда-то самим же Александром I конституционные основы. Российский конституционализм затормаживает свое развитие. Однако движение оппозиции продолжается, растет революционный настрой в стране.

Уже к декабрю 1825 года, когда на престол взошел новый император Николай I после смерти Александра, движением декабристов было разработано два проекта конституции, которые должны были ограничить власть императора и сделать монархию парламентской (проект «Конституция» Н.М. Муравьева – лидера северного общества) или же полностью отстранить монарха от власти и ввести республиканский режим (проект «Русская Правда» П.И. Пестеля – лидера южного общества), что являлось уже выраженным революционным подходом [5]. Резкое изменение политического курса, предпринятое Александром I, не могло остаться в стороне. Выступление декабристов стало толчком к появлению революционных кружков. Однако монархия в России продолжает существовать еще около девяти десятилетий.

Таким образом, мы можем говорить о том, что деятельность Александра I в развитии конституционализма не прошла бесследно. На сегодняшний день в современном российском конституционализме не просто сохранились, а по-настоящему действуют такие положения, как право на свободу слова, право на личную неприкосновенность, право на свободный выезд из страны, а также некоторые положения федерализма: основание органов местного самоуправления и четкая структуризация власти от центральных органов до власти на местах. Александра I по праву можно назвать основателем российского конституционализма, а его деятельность – ценным опытом в развитии конституционного права в нашей стране.

«Тайная Конституция» или почему главный закон страны пришлось ждать почти 100 лет — Законотворчество — Аналитические статьи

Мало кто знает, что свою самую первую Конституцию Россия могла получить почти на 100 лет раньше, еще в 1820г. Однако, появившись как тайный документ тайной комиссии, она так и не была опубликована, и даже само слово «конституция» тогда не произносилось законотворцами и считалось «опасным». Сегодня мы рассказываем о том, что долгое время оставалось неизвестным даже для историков-профессионалов.

Попытки реформировать остов государственного устройства предпринимали многие правители. Еще любимая бабка Александра I Екатерина Великая созвала специальную Уложенную Комиссию для модернизации уже тогда устаревшего Соборного Уложения. Но переработка закона так и не состоялась, и Соборное Уложение, принятое еще в 1649г. царем Алексеем Михайловичем, отцом Петра I, вплоть до 1917г. оставалось, по сути, единственным официальным «главным законом государства».

Однако как великий реформатор, в «команде» которого работали выдающиеся

Император Александр Iчиновники и государственные деятели, проявил себя император Александр I. И пришедшаяся на период его правления Отечественная война 1812г. во многом поспособствовала укреплению убеждения царя в необходимости решительных и глубоких изменений в стране. Александр не мог не видеть реакции, которую произвела на русский народ победа над Наполеоном: многие простые люди во время победоносных походов на запад, впервые оказавшись за границей, смогли оценить неприятную разницу между своей жизнью — жизнью победителей — и тем, как живут европейцы. Стали чаще звучать фразы о том, что мы одолели иностранного тирана, но, вернувшись на Родину, снова попали под гнет тирании.

Конечно, власть панически боялась повторения пугачевского восстания, но не меньше ее пугали и назревшие перемены. Возможно, поэтому во второй половине своего царствования Александр I метался между либерализмом, строго-консервативной и даже реакционной политикой, которая получила название

Емельян Пугачев«аракчеевщина». Парадокс истории заключается в том, что и младший брат Александра, Николай I, правил страной, опасаясь повторения другого, столь же резонансного восстания — декабристов. 

Одной из печальных для народа традиций в законотворческой деятельности русских царей стала апробация каких-либо радикальных нововведений на своих западных территориях, прежде всего, в Прибалтике, Финляндии и Польше. Таким образом, нередко случалось, что народ единой страны жил по разным законам, и одной части империи жилось значительно лучше и свободнее, чем другой.

Так, в 1809г. после присоединения Финляндии к России и образования Великого княжества Финляндского, Александр I торжественно заявил о том, что на новой территории будет сохранена старая Конституция и другие основные законы. В Польше Александр ввел конституцию в 1815г. По ней российский император оставался верховным правителем территории, однако его наместником должен был быть поляк. Также создавался двухпалатный сейм (местный орган сословного представительства), который решал большинство основных вопросов управления. Официально утверждалась свобода слова и свобода печати, польский язык объявлялся языком администрации, и, что особенно важно для поляков, католическая Церковь становилась «предметом особенного попечения правительства, без какого-либо нарушения свободы других вероисповеданий». О таких привилегиях и свободе остальная часть империи могла только мечтать.

Начало работы над первой Конституцией Российской империи можно датировать только 15 марта 1818г. – именно тогда Александр I, выступая на открытии Польского сейма, впервые заявил о своем намерении.

Судя по документам, император долгое время вынашивал идею о создании именно российской Конституции и считал Польскую конституционную хартию подходящим экспериментом и своеобразным первым этапом на пути к более масштабным преобразованиям во всей стране. В своей мартовской речи царь говорил, что в течение многих лет хотел установить в России «законно-свободные» порядки и подчеркивал, что конституционные нововведения не несут никаких опасностей, а, наоборот, будут «содействовать утверждению истинного благосостояния народов». 

Сложно описать реакцию значительной части дворян, прочитавших это царское обращение в газетах. Конечно, ближайшее окружение императора было прекрасно осведомлено о его политических намерениях и даже поддерживало их, но для дворянства, видевшего в царе, прежде всего, «охранителя» и «защитника» порядков их дедов и прадедов, такое выступление было настоящим шоком и никак не соотносилось с их представлением о государственном устройстве и власти!

Отсутствие единства по вопросу о Конституции и вынудило Александра создать

«тайную» комиссию, которая уже с весны 1818г. начала работать над проектом будущего главного закона империи. Возглавил комиссию крупный государственный деятель своего времени, реформатор и друг царя Н. Н. Новосильцов, по имени которого впоследствии и был назван проект. Вести работу над документом законотворцы были вынуждены в Польше. Во-первых, этого требовал вопрос конспирации, а, во-вторых, там было необходимо находиться самому Новосильцову,  который являлся представителем царя в Совете, управлявшем Польским царством.

 

Иностранные державы, и, в первую очередь, Австрия и Пруссии, через своих послов, делали все, чтобы как можно больше разузнать о готовящемся в Российской империи законе. Так, осенью 1819г. прусский консул Шмидт смог раздобыть предварительный вариант Конституции, который был составлен при участии самого Александра I, и переправил его на Запад как приложение к своему донесению — «Краткому обзору Конституционной хартии Российской Империи» («Précis de la charte constitutionelle pour l’Empire russe»). Вскоре после этого в парижском журнале «Le Constitutionnel» впервые появилось упоминание о готовящейся в России реформе.

 

Судя по донесению Шмидта, Александр I «с величайшим нетерпением» ожидал окончательного варианта Конституции и потому дал своим подчиненным задание представить текст закона уже через 2 месяца. Однако чиновники Российской империи не слишком отличались усердием, и к назначенному сроку царь увидел лишь переведенный и несколько отредактированный вариант все того же исходного французского акта на 2-х страницах под оправдывающим скудный объем заглавием: «Краткое изложение основ».

 

Пожалуй, самым инновационным пунктом Основ стал принцип разделения властей, согласно которому за императором закреплялась лишь роль главы исполнительной власти, а законодательная — переходила в руки общероссийского сейма из 2-х палат. В парламент могли избираться представители из разных слоев населения (а не только дворяне как раньше), но путь туда для обычных крестьян, все же, был закрыт. Также документ предписывал федеративное деление России на 10 наместничеств (административно-территориальных единиц, объединявших в себе несколько губерний). Верховным органом административного управления назначался Государственный Совет. В Основах были также прописаны буржуазные свободы, независимость суда и другие демократические принципы, которые, к слову, появились совсем недавно в современной России.

 

Окончательный же текст Конституции на 2-х языках (французском и русском) был составлен в 1820г. При этом по-французски название документа звучало как «La charte constitutionelle de l’empire de Russie» (Конституционная хартия Российской Империи), а в русском варианте слово «конституция» не упоминалось вовсе, и закон именовался как «Государственная уставная грамота Российской империи». Казалось, что Александр боялся того, что в заглавии на русском языке будет встречаться «опасное» слово.

 

Главное отличие законченной Конституции от ее «Краткого изложения» заключалось в том, что законодательная власть должна была принадлежать уже не только сейму, но и императору, что, несомненно, расширяло власть  царствующей особы. Однако сейм имел право заблокировать любое самовольное решение царя, что все же ограничивало прежде абсолютную власть монарха. Царь также оставался главой исполнительной власти. Государство делилось на 12 наместничеств во главе с генерал-губернаторами. Повторялись основные политические свободы, подтверждалась независимость суда. 

 

Для введения своей Конституции Александр даже подготовил специальный Манифест. По Уставной грамоте, Россия должна была стать конституционной монархии прогрессивного типа, что дало бы серьезный толчок развитию государства и определило бы его лицо на многие годы вперед.

 

Но великой реформе Александра I не суждено было осуществиться. Потерпел неудачу, принеся массу недовольства со стороны дворян, царская инициатива об упразднении крепостничества, когда император, тайно готовя соответствующий Манифест, пытался убедить дворян добровольно отпустить на волю своих крестьян. С другой стороны, в начале 20-х гг. произошло сразу несколько громких революций в Западной Европе, активное участие в которых принимали многие русские и иностранные военные, известные общественные деятели. Все эти события внутри страны и в мире в сочетании с подготовленными Александром радикальными реформами могли подтолкнуть к восстанию и русский народ. Понимая это, император забросил идею о принятии Конституции.

 

Почти 10 лет документы хранились в Польше и только во время польского восстания 1830-1831гг. были найдены и опубликованы в западных газетах. Однако значительная часть архива автора проекта Новосильцова была утеряна. Русскому народу пришлось ждать принятия Конституции еще 98 лет, до 1918г.

 

16.03.2011

Информационно-правовой портал «ЗАКОНИЯ»

Наполеоновские сатиры

Александр I

Александр I: (1777-1825) царь России (1801-25), сын Павла I (в убийстве которого он мог принимать косвенное участие). В первые годы его правления либерализм его швейцарского наставника Фредерика Сезара де ла Аржа, казалось, оказал влияние на Александра. Он подавил тайную полицию, отменил запрет на заграничные поездки и книги, предпринял попытки улучшить положение крепостных, начал реформировать отсталую систему образования. В 1805 году Александр присоединился к коалиции против Наполеона I, но после поражений русских при Аустерлице и Фридланде заключил союз с Наполеоном по Тильзитскому договору (1807) и присоединился к континентальной системе Наполеона.Александр попросил М. М. Сперанского составить предложения по конституции, но принял только один аспект схемы Сперанского, совещательный государственный совет, и уволил его в 1812 году, чтобы успокоить дворянство. В этот период Россия получила контроль над Грузией и частями Закавказья в результате длительной войны с Персией (1804-1813 гг.) и аннексировала (1812 г.) Бессарабию после войны с Турцией (1806-1812 гг.). Отношения с Францией ухудшились, и Наполеон вторгся в Россию в 1812 году. Поражение Александра от французов сделало его одним из самых могущественных правителей в Европе.Сначала его внешняя политика была либеральной, но с 1812 г. Александр был поглощен смутным, мистическим христианством, что способствовало его растущему консерватизму. Под влиянием набожной Юлианы Круденер и других он создал Священный союз для отстаивания христианской морали в Европе. Рассматривая революционные движения как вызов власти законных христианских монархов, царь теперь поддерживал Меттерниха в подавлении всех национальных и либеральных движений. Религиозный пыл Александра частично способствовал созданию военных колоний, которые представляли собой сельскохозяйственные общины, управляемые солдатами-крестьянами.Предназначенные для улучшения участи простого солдата, колонии прославились регламентацией и почти крепостным положением, навязанным солдатам. Александр отменил многие из своих прежних либеральных усилий. Его политика привела к образованию тайных политических обществ, и когда его сменил брат Александра Николай I, общества возглавили неудавшееся восстание.

Конституция Соединенных Штатов — История

Более совершенный союз: создание Конституции США

25 мая 1787 года свежая грязь покрыла мощеную улицу перед Государственным домом Пенсильвании, защитив мужчин внутри от шума проезжающих экипажей и повозок.У входов стояла охрана, следившая за тем, чтобы любопытных держали на расстоянии. Роберт Моррис из Пенсильвании, «финансист» революции, открыл процесс выдвижением кандидатуры генерала. Джорджа Вашингтона на пост председателя Конституционного собрания. Голосование было единогласным. С присущей ему церемониальной скромностью генерал выразил смущение по поводу недостаточной квалификации для руководства таким августейшим органом и извинился за любые ошибки, допущенные им в ходе его работы.

Для многих из собравшихся, особенно для маленького, мальчишеского вида 36-летнего делегата из Вирджинии Джеймса Мэдисона, само присутствие генерала предвещало съезду хорошее предзнаменование, поскольку прославленный Вашингтон придавал собранию важный вид. и легитимность Но его решение посетить съезд было мучительным. Отец страны почти остался дома.

Страдая от ревматизма, подавленный потерей брата, поглощенный управлением Маунт-Вернон и сомневаясь, что съезд принесет много пользы и что на нем примет участие много влиятельных людей, Вашингтон откладывал принятие приглашения на несколько месяцев.Разрываясь между опасностями, связанными с предоставлением своей репутации собранию, которое, возможно, обречено на провал, и возможностью того, что публика критически отнесется к его нежеланию присутствовать, генерал, наконец, согласился совершить поездку. Джеймс Мэдисон был доволен.


Статьи Конфедерации

Решительный Мэдисон в течение нескольких лет ненасытно изучал историю и политическую теорию в поисках решения политических и экономических дилемм, которые, по его мнению, терзали Америку.Труды вирджинца убедили его в бесполезности и слабости конфедераций независимых государств. Мэдисон был убежден, что собственное правительство Америки в соответствии со Статьями Конфедерации должно быть заменено. Статьи, действующие с 1781 года, созданные как «лига дружбы» и конституция 13 суверенных и независимых государств после революции, казались Мэдисону крайне неадекватными. Он считал, что, поскольку штаты сохраняли значительную власть, у центрального правительства было недостаточно полномочий для регулирования торговли.Он не мог взимать налоги и, как правило, был бессилен в установлении коммерческой политики, он не мог эффективно поддерживать военные действия. У него было мало сил для разрешения споров между государствами. Обремененные этим слабым правительством, штаты оказались на грани экономической катастрофы. Доказательства были подавляющими. Конгресс пытался функционировать с истощенной казной; бумажные деньги наводняли страну, вызывая невероятную инфляцию — в некоторых районах фунт чая можно было купить за кругленькую сумму в 100 долларов; и депрессивное состояние бизнеса сказалось на многих мелких фермерах.Некоторых из них бросали в тюрьму за долги, а многочисленные фермы конфисковывали и продавали за налоги.

В 1786 году некоторые крестьяне дали отпор. Во главе с Дэниелом Шейсом, бывшим капитаном Континентальной армии, группа вооруженных людей с вечнозелеными ветками на шляпах не позволила окружному суду заседать в Нортгемптоне, штат Массачусетс, и пригрозила конфисковать мушкеты, хранившиеся в арсенале Спрингфилда. Хотя восстание было подавлено государственными войсками, инцидент подтвердил опасения многих богатых людей, что анархия не за горами.День за днем ​​приукрашиваемое в прессе, восстание заставляло представителей высшего класса американцев содрогнуться, представив себе орды злобных преступников, обрушившихся на невинных граждан. Из своего идиллического окружения Маунт-Вернон Вашингтон писал Мэдисону: «В настоящее время необходимы мудрость и хорошие примеры, чтобы спасти политическую машину от надвигающейся бури».

Мэдисон думал, что знает ответ. Он хотел, чтобы сильное центральное правительство обеспечивало порядок и стабильность. «Пусть тогда попробуем, — писал он, — можно ли занять какую-либо золотую середину, которая сразу же поддержит должное верховенство национальной власти», сохраняя при этом государственную власть только тогда, когда «в подчинении она полезна.Решительный житель Вирджинии обратился к Конституционному конвенту за созданием нового правительства по этому образцу.

Конвенция возникла из предложения, внесенного Мэдисоном и Джоном Тайлером в ассамблею Вирджинии, о предоставлении Континентальному Конгрессу полномочий регулировать торговлю на всей территории Конфедерации. Благодаря их усилиям в собрании был разработан план, согласно которому несколько штатов должны были принять участие в съезде в Аннаполисе, штат Мэриленд, в сентябре 1786 года для обсуждения коммерческих проблем.Мэдисон и молодой юрист из Нью-Йорка по имени Александр Гамильтон опубликовали отчет о встрече в Аннаполисе, призвав Конгресс созвать делегатов всех штатов на встречу с целью пересмотра Устава Конфедерации. Хотя отчет был широко расценен как узурпация власти Конгресса, Конгресс все же обратился к штатам с официальным призывом созвать съезд. Для Мэдисона это был лучший шанс переломить тенденцию страны. И по мере того, как в Филадельфии собирались делегации, его значение не упускалось из виду.Сквайр Ганстон-Холла, Джордж Мейсон, писал своему сыну: «Взгляды Соединенных Штатов обращены на это собрание, и их ожидания возросли до очень тревожной степени. Дай Бог, чтобы мы могли удовлетворить их, установив мудрое и справедливое правительство».


Делегаты

На съезд было назначено 74 делегата, из которых 55 действительно присутствовали на заседаниях. Род-Айленд был единственным штатом, отказавшимся прислать делегатов. Лидеры Род-Айленда, в которых преобладали люди, приверженные бумажным деньгам, низким налогам и народному правительству, отказались участвовать в том, что они считали заговором с целью свержения существующего правительства.У других американцев тоже были свои подозрения. Патрик Генри в развевающемся красном плаще Глазго и магнетическом ораторском искусстве отказался присутствовать, заявив, что «почуял неладное». Он правильно подозревал, что Мэдисон имел в виду создание могущественного центрального правительства и подрыв власти законодательных собраний штатов. Генри вместе со многими другими политическими лидерами считал, что правительства штатов предлагают главную защиту личных свобод. Он был полон решимости не участвовать ни в каких разбирательствах, которые, казалось бы, представляли угрозу этой защите.

В отсутствие Генри, с такими выдающимися фигурами, как Джефферсон и Адамс, за границей с зарубежными миссиями, и с Джоном Джеем в Нью-Йорке в Министерстве иностранных дел, на съезде не было некоторых крупных политических лидеров страны. Тем не менее, это было впечатляющее собрание. Помимо Мэдисона и Вашингтона, там был Бенджамин Франклин из Пенсильвании — страдающий подагрой, 81-летний Франклин был разносторонним печатником, кладовщиком, издателем, ученым, государственным чиновником, философом, дипломатом и дамским любовником. человек; Джеймс Уилсон из Пенсильвании — выдающийся юрист со склонностью к опрометчивым махинациям с землей, из-за которых в конце жизни ему пришлось бы бежать из штата в штат, избегая судебного преследования за долги, шотландец обладал глубоким умом, погруженным в теорию конституции и закон; Александр Гамильтон из Нью-Йорка — блестящий, честолюбивый бывший адъютант и секретарь в Вашингтоне во время революции, который после женитьбы на нью-йоркской семье Шайлер стал влиятельной политической фигурой; Джордж Мейсон из Вирджинии — автор Билля о правах Вирджинии, которого Джефферсон позже назвал «Катоном своей страны без алчности римлянина»; Джон Дикинсон из Делавэра — тихий, сдержанный автор «Письма фермеров» и председатель комитета Конгресса, составившего статьи; и губернатор Моррис из Пенсильвании, хорошо разбирающийся во французской литературе и языке, обладающий талантом и бравадою, соответствующими его острому уму, который помогал разрабатывать конституцию штата Нью-Йорк и работал с Робертом Моррисом в финансовом управлении.

Были и другие, сыгравшие главные роли — Оливер Элсворт из Коннектикута; Эдмунд Рэндольф из Вирджинии; Уильям Патерсон из Нью-Джерси; Джон Ратледж из Южной Каролины; Элбридж Джерри из Массачусетса; Роджер Шерман из Коннектикута; Лютер Мартин из Мэриленда; и Пинкни, Чарльз и Чарльз Котсуорты, из Южной Каролины. Франклин был самым старшим членом, а Джонатан Дейтон, 27-летний делегат из Нью-Джерси, был самым молодым. Средний возраст составлял 42 года. Большинство делегатов изучали право, работали в законодательных собраниях колоний или штатов или были в Конгрессе.Хорошо разбираясь в философских теориях управления, выдвинутых такими философами, как Джеймс Харрингтон, Джон Локк и Монтескье, пользуясь опытом, полученным в государственной политике, делегаты составили исключительный орган, оставивший замечательную научную запись дебатов. К счастью, благодаря неутомимому Джеймсу Мэдисону у нас есть относительно полный отчет о слушаниях. День за днем ​​вирджинец сидел перед председательствующим, составляя записи дебатов, не пропуская ни дня, ни одной крупной речи.Позже он заметил, что его самоизоляция в зале, который часто был угнетающе жарким летом в Филадельфии, чуть не убила его.

Заседания съезда проходили тайно, на них не допускались ни репортеры, ни посетители. Хотя многих от природы болтливых членов подгоняли в пабах и на улицах, большинство из них оставались на удивление осторожными. Для тех, кто подозревал конвенцию, завеса секретности только подтверждала их опасения. Позже Лютер Мартин из Мэриленда заявил, что заговору в Филадельфии нужна тихая питательная среда.Томас Джефферсон написал Джону Адамсу из Парижа: «Мне жаль, что они начали свои обсуждения с такого отвратительного прецедента, как связывание языков своим членам».


План Вирджинии

Во вторник утром, 29 мая, Эдмунд Рэндольф, высокий 34-летний губернатор Вирджинии, открыл дебаты длинной речью, осуждающей бедствия, постигшие страну в соответствии со Статьями Конфедерации, и подчеркивающей необходимость создания сильное национальное правительство.Затем Рэндольф изложил общий план, который он и его соотечественники из Вирджинии составили в ходе долгих встреч в таверне Indian Queen за несколько дней до съезда. Джеймс Мэдисон много лет вынашивал такой план. Предлагаемое правительство имело три ветви — законодательную, исполнительную и судебную, — каждая ветвь была структурирована так, чтобы сдерживать другую. В высшей степени централизованное правительство имело бы право вето на законы, принятые законодательными собраниями штатов. План, признался Рэндольф, «предполагал сильный консолидированный союз, в котором идея государств должна быть почти уничтожена.«Это и в самом деле была крыса, столь оскорбительная для Патрика Генри.

Представление так называемого плана Вирджинии в начале съезда было тактическим переворотом. Жители Вирджинии загнали дебаты в свою собственную точку зрения и в своих терминах.

В течение 10 дней члены съезда обсуждали радикальные и, по мнению многих делегатов, ошеломляющие Вирджинские резолюции. Критический вопрос, кратко описанный губернатором Моррисом 30 мая, заключался в различии между федерацией и национальным правительством, «первое было простым договором, основанным на добросовестности сторон; .Моррис отдавал предпочтение последнему, «верховной власти», способной осуществлять необходимую власть, а не просто теневому правительству, фрагментированному и безнадежно неэффективному.


План Нью-Джерси

Эта националистическая позиция вызывала отвращение у многих делегатов, которых съеживало представление о том, что центральное правительство поглотит государственный суверенитет. 13 июня делегаты от небольших штатов сплотились вокруг предложений, предложенных делегатом от Нью-Джерси Уильямом Патерсоном. Выступая против попыток бросить штаты в «горячий котёл», Патерсон предложил «союз штатов просто федеративным.«Резолюции Нью-Джерси» призывали только к пересмотру статей, чтобы позволить Конгрессу легче собирать доходы и регулировать торговлю. Она также предусматривала, что акты Конгресса и ратифицированные договоры являются «высшим законом штатов».

В течение 3 дней съезд обсуждал план Патерсона, в конце концов проголосовав за его отклонение. После провала резолюций Нью-Джерси съезд двигался к созданию нового правительства, к большому разочарованию многих делегатов от малых штатов.Националисты во главе с Мэдисоном, похоже, контролировали процесс. Кроме того, им удалось убедить членов в том, что любая новая конституция должна быть ратифицирована народным собранием, а не Конгрессом и законодательными собраниями штатов — еще один тактический переворот. Мэдисон и его союзники считали, что конституция, которую они имели в виду, скорее всего, будет отвергнута законодательными собраниями, где многие политические лидеры штатов должны были потерять власть. Националисты хотели поставить вопрос перед «народом», где ратификация была более вероятной.


План Гамильтона

18 июня Александр Гамильтон представил свой идеальный план правления. Эрудированная и отточенная речь, тем не менее, не завоевала поклонников. Это зашло слишком далеко. Назвав британское правительство «лучшим в мире», Гамильтон предложил модель, поразительно похожую на исполнительную власть, которая будет служить во время хорошего поведения или жизни с правом вето на все законы; сенат, члены которого служат при хорошем поведении; законодательная власть имеет право принимать «все законы, какие бы то ни было».Позже Гамильтон писал в Вашингтон, что люди теперь готовы принять «нечто, не очень далекое от того, от чего они недавно отказались». То, от чего люди «недавно отказались», конечно же, была монархией. Некоторые члены конвента вполне ожидали этого. страна должна повернуться в этом направлении. Хью Уильямсон из Северной Каролины, богатый врач, заявил, что это «достаточно точно… . . что у нас рано или поздно появится король». Летом 1787 года появились сообщения в газетах, в которых утверждалось, что готовился заговор с целью пригласить второго сына Георга III, Фридриха, герцога Йоркского, светского епископа Оснабурга в Пруссии. , чтобы стать «королем Соединенных Штатов».»

Александр Гамильтон 18 июня назвал британское правительство «лучшим в мире» и предложил поразительно похожую модель. Однако эрудированный житель Нью-Йорка позже стал одним из самых ярых представителей новой Конституции.

Серьезным препятствием для любой серьезной попытки установить монархию была враждебность, столь распространенная в революционный период по отношению к королевской власти и привилегированным классам. Конституции некоторых штатов даже запрещали дворянские титулы. В том же году, что и Филадельфийский съезд, ветеран революционной войны Ройалл Тайлер в своей пьесе «Контракт» дал свое предвзятое мнение о высших классах:

Возликуйте сердцем каждого патриота! эта ночь показана
Кусок, который мы можем справедливо назвать нашим собственным;
Где гордые титулы «Милорд!» «Ваша милость!»
Чтобы смирить г.и простой сэр уступить место.

Большинство делегатов прекрасно понимали, что в стране слишком много Рояллов Тайлеров, у которых слишком много воспоминаний о британском правлении и слишком много связей с недавней кровавой войной, чтобы принять короля. По мере того как дебаты переходили к особенностям нового правительства, Александру Гамильтону и другим его сторонникам приходилось соглашаться на что-то меньшее.

К концу июня дебаты между большими и малыми штатами по вопросу о представительстве в первой палате законодательного собрания становились все более острыми.Делегаты из Вирджинии и других крупных штатов потребовали, чтобы голосование в Конгрессе проводилось в соответствии с численностью населения; представители более мелких государств настаивали на равенстве, которым они пользовались в соответствии со статьями. Когда ораторское искусство выродилось в угрозы и обвинения, Бенджамин Франклин призвал к ежедневным молитвам. Одетый в свое обычное серое домотканое платье, престарелый философ умолял, чтобы «Отец светов… осветил наши разумения». Призыв Франклина к молитвам так и не был выполнен; у съезда, как заметил Хью Уильямсон, не было средств, чтобы заплатить проповеднику.

29 июня делегаты от малых государств проиграли первое сражение. Конвент одобрил резолюцию, устанавливающую численность населения в качестве основы для представительства в Палате представителей, что благоприятствовало более крупным штатам. По последующему предложению малых штатов о равном представительстве штатов в Сенате голосование привело к равенству голосов. Поскольку делегаты от крупных штатов не желали идти на компромисс по этому вопросу, один из членов подумал, что съезд «находится на грани роспуска, едва удерживаемый силой волоса.»

К 10 июля Джордж Вашингтон был настолько разочарован тупиком, что сетовал на то, что «не имел никакого влияния» на слушания, и называл противников сильного центрального правительства «узкомыслящими политиками… находящимися под влиянием местных взглядов». Лютер Мартин из Мэриленда, возможно, тот, кого Вашингтон считал «узколобым», думал иначе. Тигр в дебатах, не довольствующийся лишь парированием аргументов оппонента, но решивший забить его на вечный покой, Мартин стал, пожалуй, самым эффективным, хотя и вспыльчивым оратором малых государств.Житель Мэриленда рьяно вступил в битву по вопросу о представительстве, заявив: «Штаты имеют право на равенство представительства. Это гарантировано нам нашими нынешними статьями конфедерации; мы обладаем этой привилегией».


Великий Компромисс

В эту сложную и вызывающую разногласия дискуссию о представительстве также втиснулось разделение между Севером и Югом по поводу метода подсчета рабов для целей налогообложения и представительства.12 июля Оливер Элсворт предложил, чтобы представительство в нижней палате основывалось на количестве свободных людей и трех пятых «всех других лиц», эвфемизм для рабов. На следующей неделе члены, наконец, пришли к компромиссу, согласившись, что прямое налогообложение будет осуществляться в соответствии с представительством и что представительство нижней палаты будет основываться на белых жителях и трех пятых «прочих людей». С этим компромиссом и с растущим осознанием того, что такой компромисс был необходим, чтобы избежать полного распада конвенции, члены затем одобрили равенство Сената.Роджер Шерман заметил, что делегаты хотели, чтобы «было создано какое-то общее правительство». Теперь, когда кризис вокруг представительства разрешился, снова стало казаться, что это желание может быть выполнено.

Следующие несколько дней воздух в Городе Братской Любви, хотя и невыносимо душный и кишащий мухами-синекрылками, пах чистотой примирения. В этот период долгожданного затишья члены решили назначить Детальный комитет для разработки проекта конституции.Конвенция теперь, наконец, будет иметь что-то на бумаге. Когда Натаниэль Горхэм из Массачусетса, Джон Ратледж, Эдмунд Рэндольф, Джеймс Уилсон и Оливер Элсворт приступили к работе, другие делегаты проголосовали за столь необходимый 10-дневный отпуск.

Во время перерыва губернатор Моррис и Джордж Вашингтон проехали вдоль ручья, протекавшего по земле, которая 10 лет назад была частью лагеря Вэлли-Фордж. Пока Моррис ловил форель, Вашингтон задумчиво смотрел на теперь пышную землю, где пострадали его замерзшие войска, в то время, когда казалось, что американская революция подошла к концу.Страна прошла долгий путь.


Первый проект

В понедельник 6 августа 1787 года конвент принял первый проект Конституции. Это была постатейная модель, из которой окончательный документ должен был получиться примерно через 5 недель. Когда участники начали рассматривать различные разделы, готовность идти на компромисс предыдущих дней быстро испарилась. Самые серьезные споры разгорелись по вопросу о регулировании торговли. Южные штаты, экспортеры сырья, риса, индиго и табака, опасались, что Конгресс, в котором доминирует Новая Англия, может с помощью экспортных налогов нанести серьезный ущерб экономической жизни Юга.Си Си Пинкни заявил, что если бы Конгресс имел право регулировать торговлю, южные штаты были бы «не более чем наблюдателями за северными штатами».

21 августа дебаты по вопросу о торговле стали очень тесно связаны с другим взрывоопасным вопросом — рабством. Когда Мартин из Мэриленда предложил ввести налог на ввоз рабов, на съезде развернулась резкая дискуссия об институте рабства и его моральных и экономических отношениях с новым правительством. Ратледж из Южной Каролины, утверждая, что рабство не имеет ничего общего с моралью, заявил: «Один только интерес является руководящим принципом для наций.Шерман из Коннектикута был за то, чтобы полностью отказаться от вопроса о тендере, прежде чем он поставит под угрозу съезд. Мейсон из Вирджинии выразил обеспокоенность по поводу неограниченного ввоза рабов, но позже указал, что он также выступает за федеральную защиту уже принадлежащей рабам собственности. Этот насущный вопрос о возможном федеральном вмешательстве в Торговля рабами, которая, как опасались Шерман и другие, могла безвозвратно разделить северных и южных делегатов, была урегулирована, по словам Мейсона, «сделкой». заключил сделку с делегатами от штатов Новой Англии.В обмен на поддержку жителями Новой Англии продолжения ввоза рабов в течение 20 лет южане приняли пункт, который требовал лишь простого большинства голосов по законам о навигации, что нанесло сокрушительный удар по экономическим интересам южан.

Сделка также нанесла сокрушительный удар тем, кто работал над отменой рабства. Министр-конгрегационалист и аболиционист Сэмюэл Хопкинс из Коннектикута заявил, что съезд был распродан: «Как это выглядит… что эти штаты, которые боролись за свободу и считают себя высшим и самым благородным примером рвения к ней, не могут соглашаются с любой политической конституцией, если только она не потакает им и не дает им права порабощать своих собратьев.. . Ах! эти нечистые духи, как лягушки, они, подобно фуриям поэтов, сеют раздор и возбуждают людей к раздорам и войнам». Хопкинс считал Конституцию документом, годным для огня.

31 августа усталый Джордж Мейсон, который за три месяца до того с таким ожиданием писал сыну о «великом бизнесе, который сейчас предстоит нам», с горечью воскликнул, что он «скорее отрубит себе правую руку, чем приложит ее к Конституции, как она есть». сейчас стоит». Мейсон был в отчаянии от того, что съезд торопится обременить страну опрометчивой, потенциально губительной центральной властью.Он был обеспокоен тем, что «билль о правах», гарантирующий индивидуальные свободы, не стал частью Конституции. Мейсон призвал к новому съезду пересмотреть весь вопрос о формировании нового правительства. Хотя предложение Мэйсона было отклонено подавляющим большинством голосов, противники Конституции не отказались от идеи нового съезда. Его безуспешно предлагали снова и снова в течение более 2 лет.

Одной из последних крупных нерешенных проблем был метод избрания исполнительной власти.Был рассмотрен ряд предложений, включая прямые выборы населением, законодательными собраниями штатов, губернаторами штатов и национальным законодательным собранием. Результатом стала коллегия выборщиков, мастерский компромиссный ход, причудливый и любопытный, но политически целесообразный. Крупные штаты получили пропорциональную силу по количеству делегатов, законодательные собрания штатов получили право выбирать делегатов, а Палата представителей — право выбирать президента в случае, если ни один из кандидатов не получил большинства голосов выборщиков.Позже Мейсон предсказал, что Палата представителей, вероятно, выберет президента 19 раз из 20.

В первые дни сентября, когда измученные делегаты стремились вернуться домой, компромисс пришелся легко. 8 сентября съезд был готов передать Конституцию Комитету стиля и аранжировки. Гувернёр Моррис был главным архитектором. Спустя годы он написал Тимоти Пикерингу: «Этот инструмент был написан Пальцами, написавшими это письмо». Конституция была представлена ​​съезду 12 сентября, и делегаты методично приступили к рассмотрению каждого раздела.Хотя по нескольким статьям последовало близкое голосование, было ясно, что изнурительная работа съезда историческим летом 1787 года подходит к концу.

Перед окончательным голосованием по Конституции 15 сентября Эдмунд Рэндольф предложил, чтобы поправки вносились съездами штатов, а затем передавались на рассмотрение другому общему съезду. К нему присоединились Джордж Мейсон и Элбридж Джерри. Трое одиноких союзников получили сокрушительный отпор. Ближе к вечеру был объявлен список штатов по Конституции, и от каждой делегации было сказано: «Да.»

17 сентября участники встретились в последний раз, и почтенный Франклин написал речь, которую произнес его коллега Джеймс Уилсон. Призывая к единству конституции, Франклин заявил: «Я думаю, что это удивит наших врагов, которые с уверенностью ждут известий о том, что наши советы сбиты с толку, как советы строителей Вавилона, и что наши штаты находятся на грани разделения, только для того, чтобы встретиться в будущем с целью перерезать друг другу глотки.Когда Мейсон, Джерри и Рэндольф выдержали призывы поставить свои подписи, другие делегаты в зале официально подписали Конституцию, и съезд закрылся в 4 часа дня.

Утомленные неделями напряженной работы, но в целом довольные своей работой, делегаты разделили прощальный ужин в городской таверне. В двух кварталах отсюда, на Маркет-стрит, печатники Джон Данлэп и Дэвид Клейпул до поздней ночи работали над окончательным оттиском шестистраничной Конституции, копии которой должны были покинуть Филадельфию на утренней сцене.Дебаты о форме правления в стране теперь перешли на более широкую арену.

Когда в последующие дни члены съезда вернулись домой, Александр Гамильтон в частном порядке оценил шансы конституции на ратификацию. В его пользу была поддержка Вашингтона, коммерческих интересов, собственников, кредиторов и вера многих американцев в то, что Статьи Конфедерации неадекватны. Против него выступило сопротивление нескольких влиятельных людей в конвенте и государственных политиков, опасавшихся потерять власть, общее отвращение к налогообложению, подозрение, что централизованное правительство будет нечувствительным к местным интересам, и опасения должников, что новое правительство «сдерживать средства обмана кредиторов.»


Федералисты и антифедералисты

Из-за своего размера, богатства и влияния, а также из-за того, что это был первый штат, созвавший ратификационную конвенцию, Пенсильвания оказалась в центре внимания всей страны. Позиции федералистов, тех, кто поддерживал Конституцию, и антифедералистов, тех, кто выступал против нее, были напечатаны и перепечатаны десятками газет по всей стране. И страсти в государстве были самыми горячими. Когда 29 сентября в ассамблее Пенсильвании, в которой доминируют федералисты, не хватило кворума для созыва ратификационного съезда штата, толпа в Филадельфии, чтобы обеспечить необходимое количество членов, вытащила двух антифедералистских членов из их квартир по улицам к Дому штата, где перепачканные представители были вынуждены остаться, пока собрание голосовало.Это был любопытный пример демократии участия.

5 октября антифедералист Сэмюэл Брайан опубликовал первое из своих эссе «Centinel» в филадельфийском Independent Gazetteer. Эссе, перепечатанные в газетах разных штатов, критиковали безудержную власть центрального правительства, узурпацию государственного суверенитета и отсутствие билля о правах, гарантирующего индивидуальные свободы, такие как свобода слова и свобода вероисповедания. «Соединенные Штаты должны быть переплавлены, — заявил Брайан, — в деспотическую империю, в которой доминируют «родовитые» аристократы».Брайан вторил опасениям многих антифедералистов, что новое правительство станет правительством, контролируемым состоятельными семьями и культурно утонченными людьми. Простому трудящемуся народу, считал Брайан, грозит опасность быть подчиненным воле всемогущей власти, далекой и недоступной для народа. Он считал, что именно против такой власти американцы вели войну всего несколько лет назад.

На следующий день Джеймс Уилсон, защищая Конституцию перед большой толпой, собравшейся во дворе Дома штата, похвалил новое правительство как лучшее, «которое когда-либо предлагалось миру.Точка зрения шотландца возобладала. Во главе с Вильсоном федералисты доминировали на съезде в Пенсильвании, получив 12 декабря 46 голосов против 23.

Голосование за ратификацию в Пенсильвании не положило конец злобе и горечи. Франклин заявил, что оскорбительные статьи в прессе создают впечатление, что Пенсильвания «населена группой самых беспринципных, злых, негодяев и сварливых негодяев на свете». А в Карлайле 26 декабря участники беспорядков, выступающих против федералистов, разогнали празднование федералистов и повесили чучело Уилсона и главного судьи Пенсильвании федералистов Томаса Маккина; поджечь копию Конституции; и разбил несколько голов федералистам.

В Нью-Йорке Конституция подверглась осаде в прессе серией статей, подписанных «Катон». Предприняв контратаку, Александр Гамильтон и Джон Джей заручились помощью Мэдисона и в конце 1787 года опубликовали первое из серии эссе, ныне известных как «Записки федералиста». 85 эссе, большинство из которых были написаны самим Гамильтоном, исследовали слабые стороны Статей Конфедерации и необходимость энергичного национального правительства. Позже Томас Джефферсон назвал Federalist Papers «лучшим комментарием о принципах государственного управления из когда-либо написанных».»

Против такого руководства и решимости федералистов оппозиция в большинстве штатов была неорганизованной и в целом инертной. Ведущими представителями были в основном люди, ориентированные на государство, с региональными и местными интересами и лояльностью. Мэдисон писал об антифедералистах Массачусетса: «Не было ни одного персонажа, способного объединить их волю или направить их действия… У них не было никакого плана». Антифедералисты яростно атаковали по нескольким направлениям: отсутствие билля о правах, дискриминация южных штатов в навигационном законодательстве, прямое налогообложение, потеря государственного суверенитета.Многие утверждали, что Конституция представляет собой работу политиков-аристократов, стремящихся защитить свои классовые интересы. На съезде в Массачусетсе один делегат заявил: «Эти юристы, образованные и богатые люди, которые… заставляют нас, бедных, неграмотных людей, проглотить пилюлю… они проглотят всех нас, маленьких людей, как великий Левиафан; да , как кит проглотил Иону!» Некоторые газетные статьи, предположительно написанные антифедералистами, прибегали к причудливым предсказаниям ужасов, которые могут возникнуть при новой конституции, когда язычники и деисты смогут контролировать правительство; применение инквизиционных пыток может быть установлено в качестве наказания за федеральные преступления; даже папа мог быть избран президентом.

Один из аргументов против федералистов вызывал у противников серьезные затруднения — заявление о том, что территория 13 штатов слишком обширна для представительного правительства. Антифедералисты утверждали, что в республике, охватывающей большую территорию, правительство будет безличным, непредставительным, в нем будут доминировать богатые люди и подавлять бедных и рабочий класс. Разве сам прославленный Монтескье не высмеивал идею о том, что обширная территория, состоящая из различных климатов и людей, может быть единым республиканским государством? Джеймс Мэдисон, всегда готовый дать залп федералистам, полностью перевернул аргумент и настаивал на том, что обширность страны сама по себе будет сильным аргументом в пользу республики.Утверждая, что большая республика будет уравновешивать различные группы политических интересов, борющихся за власть, Мэдисон писал: «Чем меньше общество, тем меньше, вероятно, будет отдельных партий и интересов, составляющих его; чем меньше отдельных партий и интересов, тем чаще будет большинство. принадлежат к одной и той же партии, и тем легче им будет согласовывать и осуществлять свои планы угнетения». Увеличьте размер республики, утверждал Мэдисон, и страна будет менее уязвима для отдельных фракций внутри нее.


Ратификация

К 9 января 1788 года пять штатов из девяти необходимых для ратификации утвердили Конституцию — Делавэр, Пенсильвания, Нью-Джерси, Джорджия и Коннектикут. Но конечный результат оставался неопределенным в ключевых штатах, таких как Массачусетс, Нью-Йорк и Вирджиния. 6 февраля, когда федералисты согласились рекомендовать список поправок, составляющих билль о правах, Массачусетс ратифицировал его 187 голосами против 168. Революционный лидер Джон Хэнкок был избран председательствовать на ратификационном съезде Массачусетса, но не смог составить свое мнение. думая о конституции, лег в постель с удобной формой подагры.Позже, соблазненный федералистами видениями вице-президента и, возможно, президентства, Хэнкок, которого Мэдисон назвал «идолопоклонником популярности», внезапно испытал чудесное исцеление и набрал критический блок голосов. Хотя Массачусетс теперь благополучно попал в колонку федералистов, рекомендация билля о правах стала значительной победой антифедералистов. Шесть из оставшихся штатов позже приложили аналогичные рекомендации.

Когда съезд в Нью-Гэмпшире был отложен федералистами, которые чувствовали неминуемое поражение, и когда 24 марта Род-Айленд отклонил Конституцию на всенародном референдуме подавляющим большинством голосов 10 против 1, лидеры федералистов были обеспокоены.В преддверии съезда в Мэриленде Мэдисон написал в Вашингтон: «Разница даже между отсрочкой и принятием в Мэриленде может… возможно, дать фатальное преимущество тому, кто противоречит конституции». У Мэдисон было мало причин для беспокойства. Окончательное голосование 28 апреля 63 за, 11 против. В Балтиморе по центральным улицам города прошел огромный парад в честь победы федералистов, подчеркнутый 15-футовым поплавком под названием «Корабельный федералист». Позже символически мореходное судно было спущено на воду в водах Балтимора и спустилось по Потомаку к горе Вернон.

2 июля 1788 года Конгресс Конфедерации, собравшийся в Нью-Йорке, получил известие о том, что повторно созванный ратификационный съезд Нью-Гэмпшира утвердил Конституцию. Таким образом, с принятием Южной Каролиной Конституции в мае Нью-Гэмпшир стал девятым штатом, ратифицировавшим ее. Конгресс назначил комитет «для введения в действие указанной Конституции».

В течение следующих 2 месяцев, во многом благодаря усилиям Мэдисон и Гамильтон в своих штатах, Вирджиния и Нью-Йорк ратифицировали, добавив свои собственные поправки.Однако маржа федералистов в обоих штатах была очень близкой. Гамильтон вычислил, что большинство людей в Нью-Йорке на самом деле выступали против Конституции, и вполне вероятно, что против нее выступало большинство людей во всей стране. Только обещание поправок обеспечило победу федералистам.


Билль о правах

Призыв к биллю о правах был самым мощным оружием антифедералистов. Нападая на предложенную Конституцию за ее расплывчатость и отсутствие конкретной защиты от тирании, Патрик Генри спросил съезд Вирджинии: «Что могут помочь ваши благовидные, воображаемые балансы, ваши пляски на канатах, бряцание цепями, нелепые идеальные проверки и приспособления.«Антифедералисты, требуя более сжатой, недвусмысленной Конституции, которая излагала бы для всех право народа и ограничения власти правительства, утверждали, что краткость документа только обнажает его низшую природу. Ричард Генри Ли был в отчаянии из-за отсутствия положений для защиты «тех основных прав человечества, без которых не может существовать свобода». Ли утверждал, что обмен старого правительства на новый без такого билля о правах означал бы обмен Сциллы на Харибду.

На Филадельфийском съезде почти не упоминался билль о правах, поскольку большинство делегатов считали, что основные права личности закреплены в конституциях штатов. Джеймс Уилсон утверждал, что билль о правах излишен, поскольку вся власть, прямо не делегированная новому правительству, остается за народом. Однако было ясно, что в этом споре антифедералисты одержали верх. Даже Томас Джефферсон, в целом выступавший за новое правительство, писал Мэдисону, что билль о правах — это «то, на что люди имеют право против любого правительства на земле.»

К осени 1788 года Мэдисон был убежден, что билль о правах не только необходим для обеспечения принятия Конституции, но и что он будет иметь положительные последствия. 17 октября он написал, что такие «основополагающие принципы свободного правительства» будут «хорошим основанием для обращения к чувству общности» против потенциального угнетения и будут «противодействовать импульсам интереса и страсти».

Поддержка Мэдисоном билля о правах имела решающее значение.Один из новых представителей Вирджинии в Первом Федеральном Конгрессе, как это установлено новой Конституцией, он неустанно работал, чтобы убедить Палату принять поправки. Устранив возражения антифедералистов против Конституции, Мэдисон смогла провести 17 поправок в первые месяцы работы Конгресса, и этот список позже был сокращен до 12 в Сенате. 2 октября 1789 года президент Вашингтон разослал каждому из штатов копию 12 поправок, принятых Конгрессом в сентябре.К 15 декабря 1791 года три четверти штатов ратифицировали 10 поправок, теперь так знакомых американцам, как «Билль о правах».

Бенджамин Франклин сказал французскому корреспонденту в 1788 году, что формирование нового правительства было похоже на игру в кости, когда многие игроки с различными предрассудками и интересами не могли сделать ни одного неоспоримого хода. Мэдисон писал Джефферсону, что объединение этих конфликтующих интересов было «задачей более сложной, чем это может быть хорошо представлено теми, кто не был заинтересован в ее выполнении.«Когда делегаты покинули Филадельфию после съезда, мало кто, если вообще кто-либо, был убежден, что одобренная ими Конституция описывает идеальную форму правления для страны. В нем он заявил, что ни одно правительство не может быть совершенным и что «то, что наименее несовершенно, есть поэтому лучшее правительство».


Закрепленный документ

Судьба Конституции Соединенных Штатов после ее подписания 17 сентября 1787 года может резко контрастировать с поездками и физическим насилием над другим великим пергаментом Америки, Декларацией независимости.По мере того как Континентальный конгресс в годы революционной войны сновал из города в город, свернутая Декларация шла с собой. После формирования нового правительства в соответствии с Конституцией одностраничная Декларация, в высшей степени подходящая для демонстрационных целей, украсила стены различных правительственных зданий в Вашингтоне, подвергая их длительному воздействию пагубного солнечного света. Над ним также работали ранние каллиграфы, отвечая на спрос на репродукции почитаемого документа.Как легко может заметить любой посетитель Национального архива, ранняя обработка теперь едва читаемой Декларации нанесла катастрофический урон. Конституция, находящаяся в отличном физическом состоянии по прошествии более 200 лет, наслаждалась более безмятежным существованием. К 1796 году Конституция находилась на хранении Государственного департамента вместе с Декларацией и путешествовала с федеральным правительством из Нью-Йорка в Филадельфию в Вашингтон. Оба документа были тайно перевезены в Лисбург, штат Вирджиния, перед неизбежным нападением британцев на Вашингтон в 1814 году.После войны Конституция оставалась в Государственном департаменте, в то время как Декларация продолжала свое путешествие — в здание патентного ведомства с 1841 по 1876 год, в Зал независимости в Филадельфии во время празднования столетия и обратно в Вашингтон в 1877 году. 29 сентября В 1921 году президент Уоррен Хардинг издал указ о передаче Конституции и Декларации в Библиотеку Конгресса для сохранения и демонстрации. На следующий день библиотекарь Конгресса Герберт Патнэм, действуя от имени госсекретаря Чарльза Эванса Хьюза, отвез Конституцию и Декларацию на грузовике Ford Model-T в библиотеку и поместил их в сейф своего офиса до тех пор, пока не будет найдена подходящая выставочная площадка. построен.Документы были официально выставлены на обозрение на церемонии в библиотеке 28 февраля 1924 года. 20 февраля 1933 года при закладке краеугольного камня будущего здания Национального архива президент Герберт Гувер заметил: «Здесь будут собраны самые священные документы нашей истории — оригиналы Декларации независимости и Конституции Соединенных Штатов». Однако оба документа не были немедленно переданы в Архив. Во время Второй мировой войны оба были перемещены из библиотеки в Форт-Нокс для защиты и возвращены в библиотеку в 1944 году.Только после успешных переговоров между Библиотекарем Конгресса Лютером Эвансом и архивариусом США Уэйном Гровером передача в Национальный архив была окончательно осуществлена ​​по специальному указанию Объединенного комитета Конгресса по библиотеке.

13 декабря 1952 г. Конституция и Декларация были помещены в заполненные гелием ящики, заключены в деревянные ящики, уложены на матрацы в бронетранспортере морской пехоты в сопровождении парадных войск, двух танков и четырех военнослужащих с автоматами. стреляют по проспектам Пенсильвании и Конституции к Национальному архиву.Два дня спустя президент Гарри Трумэн заявил об этом на официальной церемонии в Архивно-выставочном зале.

«Сегодня мы совершаем здесь символическое действие. Мы сохраняем эти документы для грядущих веков. Этот великолепный зал был построен для их демонстрации, а хранилище под ним, которое мы построили для их защиты, так же надежно защищено от разрушения, как и все, что может придумать ум современного человека, все это — благородное усилие, основанное на почтении к великому прошлому, и наше поколение может по праву гордиться им.»

Назад на страницу Билля о правах

Интерпретация: необходимая и правильная статья

Конституция перечисляет очень много полномочий Конгресса, начиная от, казалось бы, крупных полномочий, таких как полномочия по регулированию межгосударственной и внешней торговли, до, казалось бы, более мелких полномочий, таких как право открывать почтовые отделения и почтовые дороги. Но есть много полномочий, которые большинство людей сегодня или в 1788 году (когда была ратифицирована Конституция) ожидали от Конгресса, но они не входят в эти перечисления.Конституция предполагает, что будут федеральные департаменты, офисы и должностные лица, но ни один пункт прямо не дает Конгрессу полномочий создавать их. Конгресс наделен особыми полномочиями наказывать за контрафакцию и пиратство, но нет явных общих полномочий налагать уголовные или гражданские наказания за нарушение федерального закона. Несколько конституционных положений наделяют Конгресс существенными полномочиями в отношении национальных финансов, но ни в одном из них не обсуждается национальный банк или федеральные корпорации.

Эти неуказанные, но несомненные полномочия Конгресса, а также многие другие, вытекают из пункта в конце статьи I, раздела 8, который дает Конгрессу право «[принимать] все законы, которые будут необходимы и уместны для приведения в исполнение» иные федеральные полномочия, предоставленные Конституцией.Эта остаточная оговорка, называемая в разное время «эластичной оговоркой», «широкой оговоркой» и (начиная с ХХ века) «необходимой и надлежащей оговоркой», является конституционным источником подавляющего большинства федеральных законов. Практически все законы, устанавливающие механизм государственного управления, а также основные законы, начиная от законов о борьбе с дискриминацией и заканчивая законами о труде, принимаются в соответствии с пунктом о необходимости и надлежащем порядке. Этот пункт может быть самым важным положением в Конституции.

На первый взгляд (и имейте в виду, что первые взгляды не всегда являются последними взглядами) тщательный анализ слов необходимого и правильного пункта предлагает три критерия для того, чтобы федеральный закон подпадал под его действие: Законы, принятые в соответствии с пунктом, должны быть (1) необходимым, (2) надлежащим и (3) для осуществления какой-либо другой федеральной власти.

Исторически сложилось так, что большая часть противоречий вокруг значения пункта «Необходимый и правильный» была сосредоточена вокруг слова «необходимый».В 1790-х годах во время вашингтонской администрации, а спустя два десятилетия снова в Верховном суде, попытки создать национальный банк, чтобы помочь национальным финансам, породили три конкурирующих понимания того, какая связь с другой федеральной властью делает закон «необходимым». ” для реализации этой власти. Эти понимания варьировались от строго существенной связи, «без которой [осуществляемое] предоставление власти было бы ничтожным» (Томас Джефферсон), до промежуточного требования «некоторого очевидного и точного сходства» между реализованной властью и реализующим законом (Джеймс Мэдисон). ), к очень расплывчатому требованию, допускающему любой закон, который «может быть задуман как способствующий» исполнению реализованной власти (Александр Гамильтон).В деле McCulloch v. Maryland (1819), самом известном деле Верховного суда о толковании пункта о необходимом и правильном, суд встал на сторону Гамильтона, предоставив Конгрессу очень широкие полномочия определять, что «необходимо» для осуществления федеральных полномочий. Последующие дела были не менее великодушны к Конгрессу, находя необходимость всякий раз, когда можно представить «рациональную основу» для соединения средств реализации с законодательными целями. Действительно, Верховный суд никогда не признавал неконституционным ни один закон Конгресса на том основании, что в нем не было «необходимости» для реализации федеральной власти.

До недавнего времени слово «надлежащий» не играло серьезной роли в конституционных дебатах о значении пункта. Действительно, ряд деятелей эпохи Основания, в том числе такие светила, как Патрик Генри, Джеймс Монро и Дэниел Вебстер, считали, что слово «надлежащий» — это излишек, который ничего не добавляет к слову «необходимый». Однако в 1997 году, после некоторого академического комментария, который стремился наполнить содержанием требование приличия, Верховный суд постановил в деле Printz v.United States о том, что федеральный закон, обязывающий должностных лиц исполнительной власти штатов выполнять федеральные требования о регистрации оружия, не был «надлежащим», поскольку он не учитывал границы между федерацией и штатами, которые были частью фона или структуры Конституции. В некоторых более поздних случаях это решение было распространено на другие вопросы, связанные с отношениями между федеральным правительством и штатами. В деле NFIB против Себелиуса (2012 г.), конституционном оспаривании «Obamacare», федерального закона о здравоохранении, суд резко разделился во мнениях относительно того, может ли закон когда-либо быть «надлежащим», если он не включает прямое федеральное регулирование правительств штатов или государственных чиновников.Тема, вероятно, станет предметом спора в будущем.

До недавнего времени также не предпринималось никаких действий в отношении того, что означает для закона быть «для приведения в исполнение» другой федеральной власти. Долгое время считалось, что законы могут привести в исполнение федеральные полномочия, делая другие законы, основанные на этих полномочиях, более эффективными. Например, в деле Missouri v. Holland (1920) Суд предположил, что Конгресс может использовать оговорку о необходимости и надлежащем порядке для «приведения в исполнение» договорных полномочий путем реализации и расширения основных условий договора.Однако в последние годы трое судей последовали примеру некоторых ученых-правоведов, утверждая, что выполнение договорных полномочий означает предоставление средств для послов, перьев и чернил и поездки в другие страны — другими словами, это означает возможность вести переговоры, составлять проект и ратифицировать договор, а не делать договор более эффективным после того, как он будет заключен, составлен и ратифицирован. Опять же, эта тема, вероятно, станет предметом разногласий в будущем.

Все вышеизложенное, однако, предполагает, что правильный способ толкования необходимого и правильного пункта состоит в том, чтобы отделить его отдельные слова и придать каждому ключевому термину независимое значение.Это не единственный способ толкования статьи. Вместо этого можно рассматривать пункт как единое, недифференцированное положение и попытаться различить ряд законов, которые пункт, рассматриваемый целостно и целенаправленно, пытается санкционировать.

Одно из таких видений (отраженное в одном из наших отдельных заявлений) рассматривает Оговорку как кодификацию принципов агентского права, которые позволяют агентам осуществлять определенные определенные полномочия, которые являются «случайными» по отношению к основным объектам документов, наделяющих агентов полномочиями.Другое такое видение (отраженное в другом из наших отдельных заявлений) рассматривает пункт как продолжение идей резолюции, принятой Конституционным конвентом, которая позволит Конгрессу издавать законы «во всех случаях в общих интересах Союза. . . и в тех, в отношении которых штаты в отдельности некомпетентны».

Если оговорка о необходимом и правильном имеет относительно широкую сферу применения, как это в значительной степени поддерживается вторым видением и двухсотлетней прецедентной практикой, она предоставляет конституционные полномочия большей части существующего федерального механизма.Если он будет иметь более узкую сферу применения, как утверждает первое видение и небольшая, но громкая группа судей и ученых, многие федеральные законы, которые долгое время считались само собой разумеющимися, могут быть поставлены под сомнение. Правильная интерпретация пункта «Необходимое и правильное» может — просто может — быть самым важным вопросом американского конституционного права.

Толкование: Статья III, Раздел 1

Статья III Конституции устанавливает и уполномочивает судебную власть национального правительства.В самом первом предложении статьи III говорится: «Судебная власть Соединенных Штатов принадлежит одному Верховному суду и таким нижестоящим судам, которые Конгресс может время от времени издавать и учреждать». Итак, сама Конституция говорит, что у нас будет Верховный суд, и что этот суд будет отделен как от законодательной власти (Конгресса), так и от исполнительной власти (президента). Конгресс должен решить, какие другие федеральные суды у нас будут. Но одним из первых шагов Конгресса в 1789 году, когда появилось новое правительство, было создание федеральной судебной системы, включая Верховный суд, с шестью судьями.Сегодня у нас есть трехуровневая федеральная судебная система: суды первой инстанции, апелляционные суды и Верховный суд, в которых работает около 800 федеральных судей. Все эти судьи, а также судьи Верховного суда назначаются президентом и утверждаются Сенатом.

Почему основатели гарантировали, что у нас будет Верховный суд (если не будут внесены поправки в Конституцию — сделать это очень сложно), но оставили открытой возможность того, что других федеральных судов не будет, в зависимости от того, что решат политики в Конгрессе? Ответ говорит нам кое-что о дебатах во время написания Конституции.Некоторым людям в Соединенных Штатах в то время федеральное правительство казалось почти иностранным правительством. Основная лояльность этих людей была к их государствам; федеральное правительство было далеко, и они не чувствовали, что имеют большое право голоса в том, кто им управляет. Если так подумать, разветвленная система федеральных судов, укомплектованная судьями, назначаемыми президентом и не имеющими широких связей с государством и его правительством, сводилась к тому, чтобы позволить «иностранному», федеральному правительству получить свои щупальца во все уголки страны.Однако другие основатели считали, что федеральное правительство не может быть эффективным, если у него нет судов, помогающих обеспечивать соблюдение его законов. Если бы все было оставлено на усмотрение судов штатов, штаты, настроенные враждебно по отношению к новому федеральному правительству, могли бы на каждом шагу ему мешать.

Компромисс заключался в том, что так же, как Конституция и федеральные законы будут «высшим законом страны», обязательно будет Верховный суд, поэтому суд, созданный федеральным правительством, с судьями, назначаемыми президентом, получит последнее слово на тот случай, если суды штатов сделают что-то слишком угрожающее новой нации.Но размеры и форма остальной части федеральной судебной системы — степень присутствия федерального правительства в стране — будут решаться в повседневной политике. Результатом стала большая и мощная федеральная судебная система, которую мы имеем сегодня.

Второе предложение статьи III, раздела 1, гласит: «Судьи как верховных, так и нижестоящих судов занимают свои должности при хорошем поведении и в установленные сроки получают за свои услуги вознаграждение, которое не уменьшаться во время их пребывания в должности.Что тут происходит, довольно понятно: это положение призвано обеспечить независимость судей. Они могут решать дела в соответствии с тем, что, по их мнению, требует закон, не беспокоясь о том, что кто-то из влиятельных лиц или даже большинство людей будет возражать. Как выразился Александр Гамильтон в «Федералисте» № 78 , независимость судебной системы «является лучшим средством, которое может быть придумано любым правительством для обеспечения стабильного, честного и беспристрастного исполнения законов.

Формулировка о «занятии должностей при хорошем поведении» была истолкована как означающая, что единственный способ отстранения федеральных судей от должности — это импичмент Палаты представителей, а Сенат признает их виновными в «измене, взяточничестве или других тяжкие преступления и проступки». Только пятнадцать судей когда-либо подвергались импичменту (то есть формально обвинялись Палатой представителей), и только восемь были осуждены и отстранены от должности. С практической точки зрения любой судья, который не совершает преступления (или не делает что-то столь же плохое), имеет «пожизненный срок полномочий» и будет оставаться на своем посту до тех пор, пока он или она не умрет или не уйдет в отставку добровольно.И, как говорится в положении, Конгресс и президент не могут принимать ответные меры против судей, урезая их зарплаты.

Большинство судей судов штатов, в отличие от федеральных судей, избираются, а не назначаются; а некоторые должны переизбираться или одобряться избирателями каждые несколько лет. Эти системы выборных судей часто подвергаются критике только потому, что, в отличие от федеральной системы, судьи могут думать, что они должны заниматься политически популярными делами или налаживать политические связи, чтобы сохранить свои рабочие места, даже если это означает правление таким образом, который не приносит пользы. не следовать закону.Мало кто считает, что федеральных судей следует избирать. Есть, однако, некоторые критики пожизненного пребывания в должности: эти критики говорят, что пожизненное пребывание в должности заставляет судей оставаться на своих должностях дольше, чем они должны — после того, как они становятся слишком старыми, чтобы хорошо выполнять свою работу, либо только из-за возраста, либо потому, что они вне связи с современностью. Возможно, говорят эти критики, судей следует назначать на определенный срок — скажем, на 14 или 18 лет — без возможности повторного назначения. Их по-прежнему нельзя было уволить, и, поскольку им пришлось бы уйти по истечении срока их полномочий, у них не было бы причин формировать свои решения таким образом, чтобы это нравилось влиятельным лицам или общественному мнению.Но подобное изменение почти наверняка потребует внесения поправок в конституцию, и вероятность того, что это произойдет, крайне мала.

Хотя гарантия пожизненного пребывания судей в должности кажется простой, на самом деле в нашей системе возникает сложный вопрос. В федеральном правительстве есть много чиновников, которые занимаются судейскими делами — вспомните, например, военные трибуналы, — но у которых нет пожизненного срока полномочий, который, по-видимому, требуется статьей III для федеральных судей. Многие из этих чиновников являются членами или работают в административных агентствах, которые иногда называют федеральной бюрократией.Такие чиновники будут решать, например, использовала ли компания рекламу, вводящую в заблуждение потребителей, или бизнес неправомерно пытался помешать своим работникам вступить в профсоюз, или правительство не выплатило человеку пособия по инвалидности, которые он или она получают. имеет право. Тысячи решений такого рода выносятся каждый год федеральными чиновниками, которые не считаются «судьями» для целей статьи III и, следовательно, не имеют пожизненного пребывания в должности, но занимаются тем, чем обычно занимаются судьи: разрешают споры между людьми. .Эти административные чиновники обычно служат всего несколько лет, после чего их может заменить президент. Существуют гарантии, предотвращающие открытую предвзятость или несправедливость таких должностных лиц, но поскольку они назначаются так часто, их часто считают более чувствительными к повседневной политике, чем судьи.

Почему мы позволяем этим должностным лицам разрешать споры так, как это делают судьи, хотя у них нет пожизненной гарантии пребывания в должности, которая есть у судей? Ответ сложен, но основная идея заключается в том, что вы, как правило, имеете право обжаловать решение одного из этих должностных лиц судье, независимость которого защищена пожизненным сроком полномочий.Таким образом, последнее слово будет за судьями, в том числе, возможно, за Верховным судом, и этого, как заявил Верховный суд, достаточно для соблюдения принципа независимости судебных органов, закрепленного в статье III.

Джеймс Мэдисон | Белый дом

Перейти к этому разделу

Выбирать Джордж Вашингтон Джон Адамс Томас Джеферсон Джеймс Мэдисон Джеймс Монро Джон Куинси Адамс Эндрю Джексон Мартин Ван Бюрен Уильям Генри Харрисон Джон Тайлер Джеймс К.Полк Закари Тейлор Миллард Филлмор Франклин Пирс Джеймс Бьюкенен Абрахам Линкольн Эндрю Джонсон Улисс С. Грант Резерфорд Б. Хейс Джеймс Гарфилд Честер А. Артур Гровер Кливленд Бенджамин Харрисон Гровер Кливленд Уильям МакКинли Теодор Рузвельт Уильям Ховард Тафт Вудро Уилсон Уоррен Г. Хардинг Кэлвин Кулидж Герберт Гувер Франклин Д.Рузвельт Гарри С. Трумэн Дуайт Д. Эйзенхауэр Джон Ф. Кеннеди Линдон Б. Джонсон Ричард М. Никсон Джеральд Р. Форд Джеймс Картер Рональд Рейган Джордж Буш-старший Уильям Дж. Клинтон Джордж Буш Барак Обама Дональд Дж. Трамп Джозеф Р. Байден мл.

Джеймс Мэдисон, четвертый президент Америки (1809–1817), внес большой вклад в ратификацию Конституции, написав «Записки федералиста» вместе с Александром Гамильтоном и Джоном Джеем.В последующие годы его называли «отцом Конституции».


На своей инаугурации Джеймс Мэдисон, маленький, сморщенный человек, выглядел старым и измученным; Вашингтон Ирвинг описал его как «всего лишь увядшее маленькое яблоко — Джон». Но каковы бы ни были его недостатки в обаянии, Мэдисон… жена Долли компенсировала их своей теплотой и весельем. Она была любимицей Вашингтона.

Родившийся в 1751 году, Мэдисон вырос в округе Ориндж, штат Вирджиния, и учился в Принстоне (тогда он назывался Колледжем Нью-Джерси).Изучая историю и правительство, начитанный в области права, он участвовал в разработке Конституции Вирджинии в 1776 году, работал в Континентальном Конгрессе и был лидером Ассамблеи Вирджинии.

Когда в Филадельфии собрались делегаты Конституционного конвента, 36-летний Мэдисон часто и активно участвовал в дебатах.

Мэдисон внес большой вклад в ратификацию Конституции, написав вместе с Александром Гамильтоном и Джоном Джеем эссе для федералистов.В последующие годы, когда его называли «отцом Конституции», Мэдисон протестовал против того, что документ был не «плодом одного мозга», а «работой многих голов и многих рук».

В Конгрессе он помог разработать Билль о правах и принять первый закон о доходах. Благодаря его лидерству в оппозиции к финансовым предложениям Гамильтона, которые, по его мнению, необоснованно наделят богатством и властью северных финансистов, произошло развитие Республиканской или Джефферсоновской партии.

В качестве государственного секретаря при президенте Джефферсоне Мэдисон выразил протест воюющим Франции и Великобритании, заявив, что захват ими американских кораблей противоречит международному праву. Протесты, язвительно заметил Джон Рэндольф, произвели эффект «памфлета за шиллинг, брошенного против восьмисот военных кораблей».

Несмотря на непопулярный Закон об эмбарго 1807 года, который не заставил воюющие нации изменить свой образ действий, но вызвал депрессию в Соединенных Штатах, Мэдисон был избран президентом в 1808 году.Перед тем, как он вступил в должность, Закон об эмбарго был отменен.

В течение первого года правления Мэдисона Соединенные Штаты запретили торговлю как с Великобританией, так и с Францией; затем, в мае 1810 года, Конгресс разрешил торговлю с обеими странами, предписав президенту, если одна из них согласится с точкой зрения Америки о нейтральных правах, запретить торговлю с другой нацией.

Наполеон сделал вид, что подчиняется. В конце 1810 года Мэдисон объявил о прекращении сношений с Великобританией. В Конгрессе молодая группа, включая Генри Клея и Джона К.Кэлхун, «Боевые ястребы», требовали от президента более воинственной политики.

Впечатление британцев от американских моряков и конфискация грузов побудили Мэдисона уступить давлению. 1 июня 1812 года он попросил Конгресс объявить войну.

Молодой народ не был готов сражаться; его силы приняли серьезный удар. Британцы вошли в Вашингтон и подожгли Белый дом и Капитолий.

Но несколько примечательных морских и военных побед, кульминацией которых стал Генерал.Триумф Эндрю Джексона в Новом Орлеане убедил американцев в блестящем успехе войны 1812 года. Результатом стал всплеск национализма. Федералисты Новой Англии, которые выступали против войны и даже говорили об отделении, были так решительно отвергнуты, что федерализм исчез как национальная партия.

Находясь на пенсии в Монпелье, в своем поместье в округе Ориндж, штат Вирджиния, Мэдисон выступал против разрушительного влияния прав штатов, которое к 1830-м годам угрожало разрушить Федеральный союз.В записке, открытой после его смерти в 1836 году, он заявил: «Совет, наиболее близкий моему сердцу и самый глубокий в моих убеждениях, заключается в том, чтобы Союз Штатов лелеялся и увековечивался».

Президентские биографии на WhiteHouse.gov взяты из книги Фрэнка Фрейделя и Хью Сайди «Президенты Соединенных Штатов Америки». Авторские права принадлежат Исторической ассоциации Белого дома, 2006 г.


Узнайте больше о супруге Джеймса Мэдисона, Долли Пейн Тодд Мэдисон.

Создание Федеративной Республики — Томас Джефферсон | Выставки

Хотя Томас Джефферсон был в Франция занимала пост министра США, когда Федеральная конституция был написан в 1787 году, он смог повлиять на развитие федерального правительства через его переписку.Позже его действия в качестве первого госсекретаря, вице-президента, лидера первой политической оппозиционной партии и третьего президента Соединенные Штаты сыграли решающую роль в формировании облика нации. столицы и определение полномочий Конституции и характера формирующейся республики.

Джефферсон сыграл важную роль в планировании, проектировании и строительстве столицы страны и федерального округа.В различных государственные должности, которые он занимал, Джефферсон стремился создать федеральную правительство с ограниченными полномочиями. На президентских выборах 1800 г. Джефферсон и Аарон Берр зашли в тупик, создав конституционный кризис. Однако, как только Джефферсон получил достаточное количество голосов в коллегия выборщиков, он и побежденный действующий президент Джон Адамс, установлен принцип мирной передачи власти от проигравших к победителям на президентских выборах.Джефферсон позвонил его предвыборный триумф «второй американской революции».

Будучи президентом, принципы Джефферсона были проверены во многих способы. Например, чтобы купить территорию Луизианы из Франции он был готов расширить свою узкую интерпретацию Конституции. Но Джефферсон твердо стоял на прекращении ввоза рабов и придерживаясь своего взгляда на разделение церкви и государство.В итоге Джефферсон завершил два полных и насыщенных событиями срок на посту президента. Он также проложил путь Джеймсу Мэдисону и Джеймс Монро, его политические протеже, чтобы сменить его на посту президента.

К федеральной конституции

«Древо свободы нужно время от времени освежать кровью патриотов и тиранов»

Письмо Уильяму Смиту (1755–1816), секретарю Джона Адамса. и будущий зять, Томас Джефферсон, казалось, приветствовал Восстание в Массачусетсе: «Не дай бог, нам когда-нибудь исполнится двадцать лет без такого бунта.. . Дерево Свободы должно время от времени освежаться кровью патриотов и тираны. это естественное удобрение». Джефферсон был уверен, что а не репрессии, «средство состоит в том, чтобы исправить их в отношении факты, простите и успокойте их».

Добавить этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/jefferson/jefffed.html#105

«Наша свобода зависит от свободы печати»

Политические философы восемнадцатого века интересовались с балансом между ограничениями, необходимыми для того, чтобы правительство функции и индивидуальных свобод, гарантированных этим правительством.Усилия Джефферсона по защите прав личности, включая свободу прессы были настойчивы, принципиальны и не всегда успешны. Джефферсон был стойким сторонником свободы печати, утверждая в письме от 28 января 1786 г. Джеймсу Карри (1745–1807), гражданину Вирджинии. врач и частый корреспондент в резиденции Джефферсона во Франции: «Наша свобода зависит от свободы печати, и которое нельзя ограничить, не потеряв.

Томас Джефферсон Джеймсу Карри, 28 января 1786 г. Рукописное письмо. Отдел рукописей (115)

Добавить этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/jefferson/jefffed.html#115

Джефферсон возражает против отсутствия Билля о правах

Письмо Томаса Джефферсона Джеймсу Мэдисону от 20 декабря 1787 г. содержит возражения против ключевых частей новой Федеральной конституции.В первую очередь Джефферсон отметил отсутствие билля о правах и неспособность обеспечить ротацию в должности или ограничение срока полномочий, особенно для руководителя. Во время написания и ратификации конституции, стремясь повлиять на формирование новой правительственной структуре, Джефферсон написал много подобных писем друзьям и политическим знакомым в Америке.

Добавить этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/jefferson/jefffed.html#106

Аннотированная копия документов федералиста Томаса Джефферсона

Томас Джефферсон назвал собрание сочинений, написанных Александром Гамильтон (1755–1804), Джеймс Мэдисон и Джон Джей (1745–1829), «лучший комментарий о принципах правления, который когда-либо было написано.Джефферсон, как и многие другие современные американцы, попытались определить, какие эссе были написаны каждым из три автора. На этом внутреннем листе обложки Джефферсон указал Мэдисон. с авторством более десятка очерков. Вопрос о том, кто На каждое из сочинений так и не был дан окончательный ответ.

Добавить этот товар в закладки: //www.loc.gov/exhibits/jefferson/jefffed.html#127

«Восстание против тиранов есть послушание Богу»

4 июля 1776 г., в дополнение к утверждению Декларации независимости Конгресс выбрал Томаса Джефферсона, Джона Адамса и Бенджамина Франклина разработать большую печать для новой страны. Франклин предложил фразу «Восстание тиранам — это повиновение к Богу», чувство, которое Джефферсон сердечно воспринял и включил в в дизайне печати Вирджинии и иногда ставили ее на восковые печати его собственных писем.Хотя Конгресс отверг сложной печатью, на нем сохранились слова «E Pluribus Unum», которые стал девизом страны.

Добавить этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/jefferson/jefffed.html#100

Возведение федерального здания

Федеральный зал, место проведения Первого Федерального конгресса

Федеральный зал

в Нью-Йорке был местом встречи Первый Федеральный конгресс в 1789 году.В качестве госсекретаря Джефферсон имел дело с Конгрессом здесь менее чем за год до Федерального Правительство переехало в Филадельфию в 1790 году в рамках соглашения. создать постоянный федеральный столичный округ. Джефферсон был сыграл важную роль в строительстве национального столичного округа как в его роль государственного секретаря, а затем и президента.

Добавить этот товар в закладки: //www.loc.gov/exhibits/jefferson/jefffed.html#130

План Федерального округа Джефферсона, 1791

В своем плане Федерального округа 1791 года Джефферсон предусмотрел компактный, простой республиканский дизайн. Во время службы секретарем штата Джефферсон отвечал за раннее планирование и обследование столичного округа страны.

Томас Джефферсон. План Федерального округа 1791 г. Рукописная карта. Отдел рукописей (102)

Добавить этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/jefferson/jefffed.html#102

Джефферсон ищет планы здания Капитолия, 1792

Государственный секретарь Томас Джефферсон разработал это объявление. для национального конкурса, предлагающего приз в размере 500 долларов за столицу дизайн здания.Результаты были неутешительными. Архитектор-любитель, Джефферсон подготовил собственный эскиз круглого Капитолия, который был представлен анонимно и отклонен президентом Вашингтоном и комиссары. В 1793 году комиссия выбрала внешний вид дизайн другого архитектора-любителя Уильяма Торнтона (1759–1828). и дизайн интерьера Стивена Халлета (1755–1825), единственного профессиональный архитектор для участия в конкурсе.

Томас Джефферсон. Реклама Капитолия, c. 6 марта 1792 г. Рукопись. Отдел рукописей (103а)

Добавьте этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/jefferson/jefffed.html#103a

Джефферсон выступает за ограничение власти конституции

Томас Джефферсон, 15 февраля 1791 г., мнение о конституционности национального банка считается одним из звездных заявлений об ограниченности полномочий и строгом построении Федеральной конституции.Александр Гамильтон, сторонник самой широкой интерпретации конституции на основе подразумеваемых полномочий федерального Конституции, был ведущим сторонником национального банка. Джефферсон и Гамильтон быстро стали откровенными лидерами двух противоположные интерпретации национального правительства.

Добавить этот товар в закладки: //www.loc.gov/exhibits/jefferson/jefffed.html#129

Парламентское практическое руководство Джефферсона

Это руководство было написано Томасом Джефферсоном в 1800 году и основано о парламентском карманном справочнике или обычном справочнике и его опыте во время его пребывания на посту вице-президента и председателя Сенат США, 1797–1801 гг.Руководство было впервые напечатано другом и политическим союзником Джефферсона Сэмюэлем Харрисон Смит (1772–1845) в 1801 г. и до сих пор служит основой для парламентской практики в Сенате.

Томас Джефферсон. Проект Наставления парламентариев Практика , с. 1799–1801 гг.Рукопись. Отдел рукописей (134)

Добавить этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/jefferson/jefffed.html#134

Вернуться к началу

Томас Джефферсон

Яркий жизненный портрет Чарльза Уилсона Пила изображает Джефферсона как он выглядел, когда работал госсекретарем в администрации президента Вашингтона. кабинет.Портрет Джефферсона в возрасте сорока восьми лет висел в Знаменитый музей науки, искусства и редкостей Пила в Филадельфии. пока коллекция не была разогнана в 1854 году. Тогда портрет был приобретено и установлено в Государственном доме Пенсильвании (Independence State House) зал) в той самой комнате, где была принята Декларация независимости. утвержден Континентальным конгрессом в 1776 г.

Чарльз Уилсон Пил. Томас Джефферсон. Филадельфия, 1791. Копия, масло, холст. Предоставлено коллекцией Национального исторического парка Независимости, Филадельфия (128)

Добавить этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/jefferson/jefffed.html#128

Джордж Вашингтон

Президент Джордж Вашингтон приближался к концу своего второго президентского срока. термин в 1796 году, когда он позировал для этого портрета Гилберта Стюарта (1755–1828).Портрет Вашингтона работы Стюарта стал фаворитом девятнадцатого века. литографы, изготовившие и продавшие тысячи экземпляров.

Гилберт Стюарт. George Washington , 1796. Копия холста, масло в коллекции США Архитектор Капитолия. Отдел эстампов и фотографий (132B)

Добавить этот товар в закладки: //www.loc.gov/exhibits/jefferson/jefffed.html#132b

Национальная партизанская политика

сторонников Джефферсона требуют крайних прав для штатов

Резолюции Кентукки были тайно составлены Томасом Джефферсоном. и Джеймс Мэдисон осенью 1798 года, чтобы противостоять предполагаемому угроза конституционным свободам со стороны Чужого и Подстрекательства Акты.Эти федеральные законы ограничивали права на натурализацию и выступление, объявив публичную критику государственных чиновников быть крамольной клеветой, наказуемой лишением свободы и штрафами. Джефферсона проекты резолюций утверждали, что штаты имеют право аннулировать федеральные законы и акты, нарушающие Конституцию. Кентукки Резолюция была принята, и роль Джефферсона и Мэдисон играл в их составлении, на протяжении всех лет держался в секрете государственной службы.

Томас Джефферсон. Проект резолюций Кентукки, , 16 ноября 1798 г. Рукопись. Отдел рукописей (135)

Добавить этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/jefferson/jefffed.html#135

Первая газета республиканцев Джефферсона

Партизанская политика стимулировала рост газет в Соединенных Штатах с 92 в 1790 году до 329 в конце президентства Томаса Джефферсона.Все, кроме 56 человек, были связаны с политической партией. National Gazette Филипа Френо была первой официальной республиканской газетой. Джефферсон и Джеймс Мэдисон предоставили поддержку, деньги и должность в Государственном департаменте Джефферсона Френо, чтобы установить республиканская газета. Национальная газета была ведущий критик политических программ федералистов во время своего два года существования.

Добавить этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/jefferson/jefffed.html#118

Джефферсонианцы разоблачают сексуальные связи Гамильтона

Джеймс Каллендер (1758–1803) История Соединенных Штатов для 1796 был первоначальным публичным местом для сообщений о финансовые операции министра финансов Александра Гамильтона а также его супружеская измена 1792 года с Марией Рейнольдс (род.1768), жена Джеймса Рейнольдса, служащего Казначейства США. Политический лейтенант Джефферсона, клерк Палаты представителей США, а позже первый библиотекарь Конгресса Джон Джеймс Бекли был непосредственный источник конфиденциальных документов, используемых Callender дискредитировать Гамильтона. Каллендер был одним из политических памфлетистов. при поддержке джефферсоновцев атаковать своих противников-федералистов.

Добавить этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/jefferson/jefffed.html#119

Джефферсон сталкивается с политическими ограничениями свободы прессы

Поддержка президентом Джефферсоном свободы печати подверглась серьезному испытанию в 1802 году, когда Джеймс Каллендер публично обвинил Джефферсона в том, что он «держит и хранит в течение многих лет, как свою наложницу, один из его рабов.Ее зовут Салли. Richmond Recorder, впервые напечатано Рассказ Каллендера об интимных отношениях Джефферсона со сводной сестрой его жены Салли. Хемингса, но полемика вокруг обвинения и отношения к сегодняшнему дню. Каллендер, чьи язвительные нападки на оппонентов Джефферсона из числа федералистов в 1790-х годах были тайно финансируемый Джефферсоном и союзниками-республиканцами, повернулся против Джефферсона, когда президент не дал ему покровительственного положения.

The Richmond Recorder, 1 сентября 1802 г. Предоставлено Государственной библиотекой Вирджинии, Ричмонд (117a)

Добавьте этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/jefferson/jefffed.html#117a

Джефферсон призывает сторонников писать газетные нападки

Томас Джефферсон редко писал статьи или эссе для прессы, но он убеждал своих сторонников, таких как Джеймс Мэдисон, Джеймс Монро (1758–1831), Джон Бекли (1757–1807) и Дэвид Риттенхаус (1732–1796) публично противостоять федералистам.В этом письме от 7 июля 1793 г. Джефферсон призывает Мэдисон критиковать идеи Александра Гамильтона: «Ради бога, милостивый государь, возьмитесь за перо, выберите наиболее разоблачая ереси, и разрубил его на куски [так в оригинале] перед лицом публика.» И республиканцы, и федералисты участвовали в критической нападения на своих противников.

Добавить этот товар в закладки: //www.loc.gov/exhibits/jefferson/jefffed.html#116

«Провиденциальное обнаружение» изображает Джефферсона, пытающегося разрушить Конституцию

.

В этом мультфильме Томас Джефферсон преклоняет колени перед алтарем Галльский деспотизм как Бог и американский орел пытаются предотвратить его от разрушения Конституции Соединенных Штатов. Он изображен как будто собираешься бросить документ с надписью «Конституция и независимость У.С.А.» в огонь, подпитываемый пламенем радикальных писаний. Джефферсона предполагаемое нападение на Джорджа Вашингтона и Джона Адамса в форме письма Филиппу Маццеи выпадает из кармана Джефферсона. Джефферсон поддерживается сатаной, трудами Томаса Пейна и французскими философы.

Художник неизвестен. Провиденциальное обнаружение , 1797–1800. Копия литографии. Предоставлено Американским антикварным обществом, Вустер, Массачусетс. (136)

Добавить этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/jefferson/jefffed.html#136

Вторая американская революция

«Истинные принципы революции 1800 года»

Джефферсон просмотрел президентские выборы 1800 года, на которых победил ему президентство, как вторая американская революция.Джефферсон верил в «истинные принципы революции 1800 года». это была настоящая революция в принципах нашего правительства так как 76. был в своей форме; на самом деле не действует меч, как это, но рациональным и миролюбивым инструментом реформы, избирательное право народа. Нация заявила о своей воле, распустив должностных лиц одного принципа и избрание функционеров другого принципа в двух ветвях власти, исполнительной и законодательной, подчиненных их выборы.

Добавить этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/jefferson/jefffed.html#137

«Мы все республиканцы: мы все федералисты»

Томас Джефферсон вступил в должность третьего президента Соединенных Штатов. Штаты 4 марта 1801 г., после избрания Палатой представителей. 17 февраля 1801 г., на тридцать шестом голосовании в одном из самые близкие и вызывающие разногласия президентские выборы в стране.В этом первая инаугурационная речь Президент Джефферсон протянул руку, чтобы исцелить политические раны, апеллируя к беспартийному политическому объединению. Этот черновик показывает тщательную подготовку, включая вставку абзаца с ключевыми фразами, такими как «мы все республиканцы: мы все федералисты», которые до сих пор используются на политических аренах.

Добавить этот товар в закладки: //www.loc.gov/exhibits/jefferson/jefffed.html#138

Федеральный запрет на ввоз рабов из-за границы

В своем «Шестом ежегодном послании Конгрессу» от 2 декабря 1806 г. президент Джефферсон в самый ранний момент, разрешенный Конституцией, призвал Конгресс отменить ввоз рабов из-за пределов США.Конституция Соединенных Штатов запрещала Конгрессу отменить «миграцию или ввоз таких лиц, как любое из ныне существующих государств считаю уместным признать» до 1808 года. Конгресс с готовностью выполнил просьбу президента и ввоз рабов запрещен с 1 января 1808 г.

Томас Джефферсон.«Шестое ежегодное послание Конгрессу», 2 декабря 1806 г. Рукопись. Отдел рукописей (112)

Добавить этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/jefferson/jefffed.html#112

Отделение церкви от государства

Томас Джефферсон твердо верил в свободу вероисповедания и отделение церкви от государства. Будучи президентом, Джефферсон был обвинен в неверии и атеизме.Джефферсон посещал церковные службы в Капитолии и несколько раз выразил свои убеждения, включая это письмо, объясняющее его конституционное Посмотреть. «Я рассматриваю правительство США. как запрещено Конституция от вмешательства в религиозные институты, их доктрины, дисциплины или упражнения. это приводит не только из положения о том, что никакой закон не может быть принят в отношении учреждения, или свободное исповедание религии, но и от того, что оставляет штатам полномочия, не делегированные США.

Томас Джефферсон преподобному Сэмюэлю Миллеру 23 января 1808 г. Рукописное письмо. Отдел рукописей (113)

Добавить этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/jefferson/jefffed.html#113

Президентский дом в 1807 году

Чарльз Янсен зарисовал Президентский дом в 1807 году во время второй срок президентства Джефферсона.Дом президента не назывался Белым домом, пока его не покрасили в белый цвет после англичане сожгли его во время войны 1812 года.

Добавить этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/jefferson/jefffed.html#146

Политическая реклама в эпоху отцов-основателей

В этом критическом мультфильме Томас Джефферсон в роли петуха ухаживает за курицей, которую изображает Салли. Хемингс.Современные политические противники Джефферсона стремились разрушить его президентство и его новую политическую партию с обвинениями в распутном поведении Джефферсона и его владении рабы. Петух был также символом революционной Франции, которой, как известно, Джефферсон восхищаться и которым, по мнению его критиков, Джефферсон чрезмерно одобрял.

Джеймс Акин.«Философский петух», Ньюберипорт, Массачусетс, ок. 1804. Раскрашенная вручную акватинта. Предоставлено Американским антикварным обществом, Вустер, Массачусетс (140)

Добавить этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/jefferson/jefffed.html#140

Планы Джефферсона по улучшению городской среды

Набросок Николаса Кинга (1771–1812) о планах Томаса Джефферсона по выращиванию ломбардских тополей вдоль Пенсильвания-авеню от Капитолия до Президентского дома в Вашингтоне, округ Колумбия.C., был отправлен в 1803 году в Джефферсон Томасом Манроу (1771–1852), суперинтендантом города Вашингтон. На идеи Джефферсона в области ландшафтного дизайна повлияли элегантные проспекты и сады Парижа и современные представления о том, что деревья и растения будут очищать воздух в городах.

Николай Кинг. [Планы Томаса Джефферсона относительно Пенсильвания-авеню] 12 марта 1803 года. Набросок рукописи. Отдел рукописей (141)

Добавить этот товар в закладки: //www.loc.gov/exhibits/jefferson/jefffed.html#141

«Младенческая свобода, вскормленная матерями-толпами»

Консервативная партия федералистов все еще надеялась вернуть президентство, когда появилась эта политическая карикатура против Джефферсона в The Echo, книга с критикой Джефферсона, опубликованная жителями Новой Англии.Создатели мультфильма попытались связать опасения бесчинств «республиканской» толпы, ирландцев, чернокожих и Демократические клубы, такие как Таммани Холл. Их усилия не увенчались успехом. Джеймс Мэдисон, ближайший политический протеже Джефферсона, был избран четвертый президент США.

Уильям Лени по рисунку Элканы Тисдейл в [Ричард Олсоп и Теодор Дуайт] Эхо с другими стихами. Нью-Йорк: Porcupine Press Пасквина Петрония, 1807 г. Копия гравюры. Отдел редких книг и специальных коллекций (142)

Добавить этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/jefferson/jefffed.html#142

Вашингтон в 1801 году

В северном крыле Капитолия размещались Конгресс, Верховный Суд и Библиотека Конгресса, когда федеральное правительство переехало в Вашингтон, Д.C. осенью 1800 г. В то время на севере крыло, предназначенное для размещения Сената Соединенных Штатов, было единственным законченная часть Капитолия. За Капитолием вид на запад в сторону Дома президента и Джорджтауна.

Добавить этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/jefferson/jefffed.html#145

Вернуться к началу

Конвенция и ратификация — Создание Соединенных Штатов | Выставки

Вернуться к созданию списка Конституции Соединенных Штатов Предыдущий раздел: Дорога к Конституции | Следующий раздел: Наследие Конституции

Когда делегаты Конституционного конвента начали собираться в Филадельфии в мае 1787 года, они быстро решили заменить, а не просто пересмотреть Статьи Конфедерации.Хотя Джеймс Мэдисон известен как «отец конституции», поддержка Джорджа Вашингтона дала съезду надежду на успех.

Разделение власти между ветвями власти и между федеральным правительством и правительствами штатов, рабство, торговля, налоги, иностранные дела, представительство и даже процедура избрания президента — вот лишь некоторые из спорных вопросов. Расходящиеся планы, сильное эго, региональные требования и права штатов затрудняли поиск решений. Пять месяцев дебатов, компромиссов и творческих стратегий привели к новой конституции, создавшей федеративную республику с сильным центральным правительством, оставив большую часть власти правительствам штатов.

Потребовалось десять месяцев публичных и частных дебатов, чтобы обеспечить ратификацию как минимум девятью штатами. Даже тогда Род-Айленд и Северная Каролина держались до принятия Билля о правах.

«Ибо мы посланы сюда, чтобы советоваться друг с другом, а не спорить; и Декларация твердого мнения и решительных резолюций никогда не изменять его, не просвещать и не убеждать нас».

Бенджамин Франклин, речь в Конгрессе, 11 июня 1787

Филадельфия, родина Конституции

На этой карте 1752 года изображен Филадельфия

, крупнейший город американских колоний, и прилегающие к нему сельские районы.Первое изображение Государственного дома города, позже названного Залом Независимости, доминирует в верхней части карты. На карте также указаны владельцы многих индивидуальных объектов. Филадельфия была, по сути, столицей Соединенных Штатов во время Войны за независимость, а Государственная палата была домом для второго Континентального конгресса и Федерального собрания 1787 года.

Добавьте этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/creating-the-united-states/convention-and-ratification.html#obj22

Откройте для себя!

План Вирджинии

Делегаты Вирджинии на Конституционном конвенте во главе с Джеймсом Мэдисоном (1741–1836) и Джорджем Вашингтоном (1732–1799) подготовили план правления, который предусматривал пропорциональное представительство в двухпалатном (двухпалатном) законодательном органе и сильную национальную правительство с правом вето на законы штата. Губернатор Вирджинии Эдмунд Рэндольф (1753–1813), который в конце концов отказался подписать Конституцию, представил план съезду 29 мая 1787 года.План, призванный защитить интересы крупных государств в сильной национальной республике, стал предметом обсуждения.

  • «План правительства Вирджинии» в заметках Джеймса Мэдисона. Заметки о дебатах на Федеральном конституционном съезде, 29 мая 1787 г. Рукопись. Документы Джеймса Мэдисона, Отдел рукописей, Библиотека Конгресса (056.01.02) [Цифровой идентификатор # us0056_01]

    Прочитать стенограмму

  • «План правительства Вирджинии» в заметках Джеймса Мэдисона о Конституционном съезде, 29 мая 1787 г.Рукопись. Документы Джеймса Мэдисона, Отдел рукописей, Библиотека Конгресса (056.01.01) [Цифровой идентификатор # us0056_01p01]

    Прочитать стенограмму

  • План правительства Вирджинии, май 1787 г. Рукопись, написанная рукой Джорджа Вашингтона. Документы Джорджа Вашингтона, Отдел рукописей, Библиотека Конгресса (56.00.00) [Цифровые идентификаторы us0056, us0056_1, us0056_2]

Добавить этот товар в закладки: //www.loc.gov/exhibits/creating-the-united-states/convention-and-ratification.html#obj0

Уильям Патерсон защищает план Нью-Джерси

Уильям Патерсон (1745–1806) представил Конвенту план правительства, который стал называться «План Нью-Джерси». Патерсон хотел сохранить однопалатный (одну палату) законодательный орган с равными голосами штатов и сделать так, чтобы национальный законодательный орган избирал исполнительную власть. Этот план сохранил форму правления в соответствии со Статьями Конфедерации, но добавил полномочия по сбору доходов и регулированию торговли и иностранных дел.

Уильям Патерсон. Заметки к выступлениям на съезде 16 июня 1787 г. Рукопись. Документы Уильяма Патерсона, Отдел рукописей, Библиотека Конгресса (59.01.00) [Цифровой идентификатор # us0059_01p1]

Добавьте этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/creating-the-united-states/convention-and-ratification.html#obj4

Откройте для себя!

План Нью-Джерси

Делегаты Конституционного собрания от Нью-Джерси во главе с Уильямом Патерсоном (1745–1806) предложили альтернативу плану Вирджинии 15 июня 1787 года.План Нью-Джерси был разработан для защиты безопасности и власти малых штатов путем ограничения каждого штата одним голосом в Конгрессе, как это предусмотрено Статьями Конфедерации. Его принятие разрушило бы планы сильного национального правительства и минимально изменило бы Статьи Конфедерации.

  • «План правительства Нью-Джерси» в книге Джеймса Мэдисона. Заметки о дебатах на Федеральном конституционном съезде, 15 июня 1787 г.Рукопись. Документы Джеймса Мэдисона, Отдел рукописей, Библиотека Конгресса (057.01.02) [Цифровые идентификаторы us0057_01p2, us0057_01p01, us0057_01]

    Прочитать стенограмму

  • Правительственный план Нью-Джерси, июнь 1787 г. Рукопись, написанная рукой Джорджа Вашингтона. Документы Джорджа Вашингтона, Отдел рукописей, Библиотека Конгресса (57.00.01) [Цифровые идентификаторы us0057, us0057_1, us0057_2]

Добавить этот товар в закладки: //www.loc.gov/exhibits/creating-the-united-states/convention-and-ratification.html#obj1

Наверх

Мэдисон отвечает на план Патерсона в Нью-Джерси

План Нью-Джерси Уильяма Патерсона предлагал однопалатный (одну палату) законодательный орган с равным числом голосов штатов и исполнительную власть, избираемую национальным законодательным собранием. Этот план сохранил форму правления в соответствии со Статьями Конфедерации, но добавил полномочия по сбору доходов и регулированию торговли и иностранных дел.Джеймс Мэдисон прокомментировал предложенный Патерсоном план в своем дневнике, который он вел в ходе разбирательства. Записи Мэдисона, которые он уточнял каждую ночь, стали самым важным современным отчетом о дебатах в Конвенте.

Джеймс Мэдисон. Заметки о дебатах на Федеральном конституционном съезде от 16 июня 1787 г. Рукопись. Документы Джеймса Мэдисона, Отдел рукописей, Библиотека Конгресса (059.00.02) [Цифровой идентификатор # us0059p3]

Прочитать стенограмму

Добавьте этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/creating-the-united-states/convention-and-ratification.html#obj20

Дом штата Пенсильвания в Филадельфии

Государственный дом Пенсильвании (известный сегодня как «Зал Независимости») в Филадельфии был резиденцией американского правительства в годы революции и первых национальных лет.С 1775 по 1800 г. здесь проходило большинство сессий национального конгресса. В его стенах была принята Декларация независимости, обсуждалась, составлялась и подписывалась Конституция США. На этой гравюре изображена задняя часть здания, а горожане и коренные американцы гуляют по лужайке.

Уильям Берч и сын. «Задняя часть Государственной палаты, Филадельфия», из . Город Филадельфия в штате Пенсильвания, Северная Америка, каким он был в 1800 году. . . . Офорт. Филадельфия: 1800 г., повторная забастовка напечатана в 1840 г. Коллекция Мэриан С. Карсон, Отдел эстампов и фотографий, Библиотека Конгресса (055.02.00) [Цифровой идентификатор № ppmsca-24335]

Добавьте этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/creating-the-united-states/convention-and-ratification.html#obj21

Конвенция отвергает предложенную Франклином ежедневную молитву

В ответ на разногласия среди делегатов, которые угрожали поставить под угрозу цель Конституционного собрания, Бенджамин Франклин предложил, чтобы священник возглавил ежедневную молитву, чтобы обеспечить божественное руководство в разрешении разногласий.Делегаты отклонили предложение, сославшись на многочисленные религиозные секты, представленные в Конвенте, и нехватку средств для оплаты услуг капеллана.

Добавьте этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/creating-the-united-states/convention-and-ratification.html#obj17

Франклин успокаивает гнев

Когда делегаты Федерального конституционного собрания разозлились и разозлились из-за спорного вопроса о пропорциональном представительстве в новом национальном законодательном органе, Бенджамин Франклин (1706–1790) призвал к «великому хладнокровию и хладнокровию.Джеймс Уилсон (1742–1798) из Пенсильвании, читая речь Франклина, сказал делегатам: «Мы посланы сюда, чтобы советоваться, а не соперничать друг с другом». Как старший делегат съезда, Франклин несколько раз действовал, чтобы восстановить гармонию и хорошее настроение в ходе заседания.

Добавьте этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/creating-the-united-states/convention-and-ratification.html#obj2

«Великий компромисс» спасает Конвенцию

К середине июля проблема представительства поставила Конституционный конвент на грань роспуска.Наконец, делегаты пошли на «большой компромисс» и создали двухпалатный (двухпалатный) законодательный орган, в котором штаты имели равное представительство в верхней палате или сенате, а люди имели пропорциональное представительство в нижней палате, где должны были происходить все денежные счета. .

Заметки Джеймса Мэдисона о Конституционном конвенте от 16 июля 1787 г. Рукопись. Документы Джеймса Мэдисона, Отдел рукописей, Библиотека Конгресса (59) [Цифровые идентификаторы us0059tt_1, us0059tt_2, us0059tt_3]

Добавить этот товар в закладки: //www.loc.gov/exhibits/creating-the-united-states/convention-and-ratification.html#obj3

Наверх

Детальный комитет

Джон Ратледж (1739–1800) из Южной Каролины возглавлял Детальный комитет из пяти человек, назначенный 23 июля 1787 года для принятия девятнадцати резолюций, принятых Конвентом, план, представленный делегатом Южной Каролины Чарльзом Пинкни (1757–1824) и отвергнутый план Нью-Джерси как основу для разработки проекта конституции.Проект Комитета по деталям смело переориентировал конвенцию. Многочисленные аннотации Александра Гамильтона (1757–1804) из Нью-Йорка иллюстрируют тяжелую работу, оставшуюся для делегатов.

  • Проект Конституции США: отчет Детального комитета, ок. 6 августа 1787 г. Печатный документ с примечаниями Чарльза Котсуорта Пинкни. Семейные документы Чарльза Котсуорта Пинкни, Отдел рукописей, Библиотека Конгресса (061.03.00) [Цифровой идентификатор № us0061_03]

  • Проект Конституции США: отчет Детального комитета, ок. 6 августа 1787 г. Печатный документ с примечаниями Джеймса Мэдисона. Документы Джеймса Мэдисона, Отдел рукописей, Библиотека Конгресса (61.02.00) [Цифровой идентификатор # us0061_02]

  • Проект Конституции Соединенных Штатов: отчет Детального комитета, 6 августа – 8 сентября 1787 г.Печатный документ с аннотациями Александра Гамильтона. Документы Александра Гамильтона, Отдел рукописей, Библиотека Конгресса (61.01.00) [Цифровой идентификатор № us0061_01]

  • Проект Конституции США: отчет Детального комитета, ок. 6 августа 1787 г. Печатный документ с примечаниями секретаря конгресса Уильяма Джексона. Документы Уильяма Джонсона, Отдел рукописей, Библиотека Конгресса (61) [Цифровой ID# us0061]

Добавить этот товар в закладки: //www.loc.gov/exhibits/creating-the-united-states/convention-and-ratification.html#obj5

Отчет Комитета по стилю

Комитет по стилю под председательством Уильяма Сэмюэля Джонсона (1727–1819), работавший с Джеймсом Мэдисоном (1751–1836), Руфусом Кингом (1755–1827) и Александром Гамильтоном, наполнил Конституцию содержанием. Гувернеру Моррису (1752–1816), делегату из Пенсильвании, приписывают вводную фразу «Мы, народ Соединенных Штатов, для того, чтобы сформировать более совершенный союз» — резкое изменение по сравнению с началом предыдущей версии.Эта простая фраза закрепила новое национальное правительство на основе согласия народа, а не конфедерации штатов.

  • Проект Конституции США: отчеты Комитета по стилю, 8–15 сентября 1787 г. Печатный документ с аннотациями Чарльза Котсуорта Пинкни. Семейные документы Чарльза Котсуорта Пинкни, Отдел рукописей, Библиотека Конгресса (062.04.01) [Цифровой идентификатор # us0062_04]; us0062_04p1, us0062_04p2, us0062_04p3

  • Проект Конституции США: отчет Комитета по стилю, 8–15 сентября 1787 г. Печатный документ с аннотациями Джеймса Мэдисона. Документы Джеймса Мэдисона, Отдел рукописей, Библиотека Конгресса (062.03.00) [Цифровые идентификаторы us0062_03p1 us0062_03p2, us0062_03p3, us0062_03p4]

  • Проект Конституции Соединенных Штатов: отчет Комитета по стилю, 8–15 сентября 1787 г.Печатный документ с аннотациями секретаря конгресса Уильяма Джексона. Документы Уильяма Сэмюэля Джонсона, Отдел рукописей, Библиотека Конгресса (62.02.00)
    [Цифровые идентификационные номера us0062_02p1; us0062_02p2, us0062_02p3, us0062_02p4]

  • Проект Конституции США: отчет Комитета по стилю, 8–15 сентября 1787 г. Печатный документ с аннотациями Александра Гамильтона. Документы Александра Гамильтона, Отдел рукописей, Библиотека Конгресса (62.01.00) [Цифровые идентификаторы us0062_01p1, us0062_01p2, us0062_01p3, us0062_01p4]

  • Проект Конституции США: отчет Комитета по стилю, 8–12 сентября 1787 г. Печатный документ с аннотациями Джорджа Вашингтона и секретаря съезда Уильяма Джексона. Документы Джорджа Вашингтона, Отдел рукописей, Библиотека Конгресса (62) [Цифровые идентификаторы us0062, us0062_1, us0062_2, us0062_3]

Добавить этот товар в закладки: //www.loc.gov/exhibits/creating-the-united-states/convention-and-ratification.html#obj6

Разочарование Вашингтона на съезде

Джордж Вашингтон, президент Федерального конституционного конвента, в своем ежедневном дневнике раскрывал некоторые личные конфликты и компромиссы делегатов. Однако даже невозмутимый Вашингтон выказал свое недовольство, когда 17 сентября 1787 г. отметил, что все делегаты съезда подписали Конституцию, кроме «губернатора».[Эдмунд] Рэндольф и полковник [Джордж] Мейсон из Вирджинии и мистер [Элбридж] Джерри из Массачусетса».

Запись в дневнике Джорджа Вашингтона от 17 сентября 1787 г. Рукопись. Документы Джорджа Вашингтона, Отдел рукописей, Библиотека Конгресса (063.01.00) [Цифровые идентификаторы us0063_01, us0063]

Добавьте этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/creating-the-united-states/convention-and-ratification.html#obj7

Откройте для себя!

Оппозиция Конституции

По завершении съезда Джордж Мейсон (1725–1792) продолжал опасаться ультранациональной конституции и отсутствия билля о правах. Накануне принятия Конституции 17 сентября 1787 г. Мейсон отметил эти основные возражения в версии своего экземпляра проекта Комитета стиля. Мейсон разослал копии своих возражений друзьям, откуда они вскоре появились в прессе.

Джордж Мейсон. «Возражения против конституции правительства, сформированного Конвентом», ок. 17 сентября 1787 г. Рукописный документ. Документы Джорджа Вашингтона, Отдел рукописей, Библиотека Конгресса (64.00.01) [Цифровые идентификаторы us0064_1, us0064]

Добавьте этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/creating-the-united-states/convention-and-ratification.html#obj9

«Монархия или республика?»

После закрытия Конституционного собрания «женщина [миссис. Элиза Пауэлл] спрашивает доктора Франклина, хорошо, доктор, что у нас республика или монархия? Республика ответила Доктору, если ты сможешь сохранить ее. Хотя эта история, записанная Джеймсом МакГенри (1753–1816), делегатом из Мэриленда, вероятно, вымышлена, люди задавались вопросом, к какому типу правления призывает новая конституция.

Джеймс МакГенри. Дневник, 18 сентября 1787 г. Рукопись. Документы Джеймса МакГенри, Отдел рукописей, Библиотека Конгресса (63.02.00) [Цифровой идентификатор # us0063_02p1]

Добавьте этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/creating-the-united-states/convention-and-ratification.html#obj8

Наверх

Ранний оптимизм по поводу принятия новой Конституции

Сэмюэл Пауэл (1739–1793), политический лидер Филадельфии, отражает ранний оптимизм в отношении быстрого принятия новой федеральной конституции.Такой оптимизм оказался преждевременным, поскольку антифедералистские противники Конституции создали жесткую оппозицию в ключевых штатах, таких как Нью-Йорк, Массачусетс и Вирджиния, но ее сторонники в конечном итоге победили.

Письмо Сэмюэля Пауэла Джорджу Вашингтону от 13 ноября 1787 г. Рукопись. Документы Джорджа Вашингтона, Отдел рукописей, Библиотека Конгресса (67.01.00) [Цифровой идентификатор # us0067_01p1]

Добавить этот товар в закладки: //www.loc.gov/exhibits/creating-the-united-states/convention-and-ratification.html#obj13

Беспокойство Джефферсона по поводу метода избрания президента

Поскольку они служили американскими министрами за границей во время конституционных дебатов, Джон Адамс и Томас Джефферсон не участвовали в Конституционном конвенте. Ни один из них не увидел серьезных недостатков в новой конституции. Однако Джефферсон считал, что законодательный орган будет слишком ограничен, и очень опасался, что способ избрания президента ослабит офис.Джефферсон утверждал, что президент Соединенных Штатов «кажется плохим изданием польского короля, отсылка к обычаю в Польше восемнадцатого века избирать королей, что подрывало королевскую власть.

Письмо Томаса Джефферсона Джону Адамсу от 13 ноября 1787 г. Рукопись. Документы Томаса Джефферсона, Отдел рукописей, Библиотека Конгресса (67) [Цифровой ID# us0067]

Добавить этот товар в закладки: //www.loc.gov/exhibits/creating-the-united-states/convention-and-ratification.html#obj12

Конфликт при ратификации Конституции

Процесс государственной ратификации Конституции Соединенных Штатов вызвал разногласия. Эта сатирическая гравюра восемнадцатого века затрагивает некоторые важные вопросы политики Коннектикута накануне ратификации. Две показанные соперничающие фракции — это «федералы», сторонники Конституции, которые представляли торговые интересы и выступали за тарифы на импорт, и «антифедералы», сторонники аграрных интересов и более восприимчивые к вопросам бумажных денег.Хотя эти концепции были нарисованы для изображения событий в Коннектикуте, их можно было применять по всей стране.

Добавьте этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/creating-the-united-states/convention-and-ratification.html#obj14

Откройте для себя!

Мэдисон защищает Конституцию

В последовавших за этим дебатах по поводу принятия Конституции Джеймс Мэдисон объединился с Александром Гамильтоном и Джоном Джеем из Нью-Йорка, чтобы написать искусное исследование и анализ системы правления, представленной в Конституции.Восемьдесят пять статей изначально были опубликованы в нью-йоркских газетах как аргументы, направленные против антифедеральных сил в этом штате, но их предполагаемый охват был гораздо шире. В книге Мэдисона «Федералист» № X объясняется, что могла бы сделать расширяющаяся республика, если бы она приняла основную предпосылку правления большинства, сбалансированного правительства из трех отдельных ветвей и обязательства уравновесить все разнообразные интересы с помощью системы сдержек и противовесов.

Добавить этот товар в закладки: //www.loc.gov/exhibits/creating-the-united-states/convention-and-ratification.html#obj10

Документы федералистов

«Записки федералиста» представляли собой серию из восьмидесяти пяти газетных эссе, опубликованных анонимно, но на самом деле написанных в защиту Конституции Джеймсом Мэдисоном, Джоном Джеем (1745–1829) и Александром Гамильтоном. Очерки были собраны и изданы в виде двухтомника. Это издание когда-то принадлежало жене Гамильтона, Элизабет Шайлер, сестра которой подарила его Томасу Джефферсону.Как видно из его заметок, Джефферсон пытался определить авторство каждого эссе.

  • Федералист: Сборник эссе, написанных в поддержку новой Конституции . 2 тт. Нью-Йорк: Дж. и А. Маклин, 1788. Библиотека Томаса Джефферсона, Отдел редких книг и специальных коллекций, Библиотека Конгресса (66.00.01) [Цифровой идентификатор № vc127]

  • Федералист: Сборник очерков, написанных в поддержку новой Конституции .2 тт. Нью-Йорк: Дж. и А. Маклин, 1788. Библиотека Томаса Джефферсона, Отдел редких книг и специальных коллекций, Библиотека Конгресса (66). [Цифровой ID# us0066, us0066_1, us0066_2, us0066_3]

Добавьте этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/creating-the-united-states/convention-and-ratification.html#obj11

Наверх

Джеймс Мэдисон защищает Конституцию

«Записки федералиста», серия из восьмидесяти пяти газетных эссе, опубликованных анонимно, на самом деле были написаны в защиту Конституции Джеймсом Мэдисоном, Джоном Джеем (1745–1829) и Александром Гамильтоном.В этом эссе Мэдисон выступает против критики, что республика не может управлять большой территорией. «Следовательно, демократия будет ограничена небольшим местом, — писал Мэдисон, — но «республика может распространиться на большой регион».

Добавьте этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/creating-the-united-states/convention-and-ratification.html#obj19

Александр Гамильтон защищает новую Конституцию

The Federalist Papers, серия из восьмидесяти пяти газетных эссе, опубликованных анонимно, на самом деле были написаны в защиту Конституции Джеймсом Мэдисоном (1751–1836), Джоном Джеем (1745–1829) и Александром Гамильтоном (1755–1804) .В этом эссе Гамильтон начинает свой аргумент в поддержку сильной исполнительной власти словами: «Выборы президента довольно хорошо охраняются. Я рискну несколько дальше; и не решаются утверждать, что если манера этого не совершенна, то, по крайней мере, превосходна. Он объединяет в себе в высшей степени все преимущества; союз которых был желателен». Этот собранный том принадлежал и аннотирован Джеймсу Мэдисону.

[Александр Гамильтон].Номер LXVIII. Федералист: Сборник эссе, написанных в поддержку новой конституции. 2 тома. Нью-Йорк: Дж. и А. Маклин, 1788. Отдел редких книг и специальных коллекций, Библиотека Конгресса (66.01.00). [Цифровой идентификатор # us0066_01]

Добавьте этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/creating-the-united-states/convention-and-ratification.html#obj16

Федеральная конституция, ратифицированная Вирджинией

Прежде чем вновь предложенная Конституция сможет стать высшим законом Соединенных Штатов, потребуется ее ратификация девятью штатами.Нью-Гэмпшир и Вирджиния стали девятым и десятым штатами, утвердившими документ. Сторонники Конституции использовали эти ратификации штатов, чтобы оказать давление на оставшиеся штаты, чтобы они одобрили и присоединились к созданию новой федеративной республики. Нью-Йорк последовал его примеру в июле 1788 года, но Род-Айленд и Северная Каролина не ратифицировали его до тех пор, пока в 1789 году не было сформировано новое правительство.

«Ратификация новой Конституции Конвентом Вирджинии» в Приложении к Independent Journal, , 2 июля 1788 года.Нью-Йорк: Дж. и А. Маклин. Бродсайд. Конституционное собрание Broadside Collection, Отдел редких книг и специальных коллекций, Библиотека Конгресса (071.03.00) [Цифровой идентификатор № us0071_03]

Прочитать стенограмму

Добавьте этот элемент в закладки: //www.loc.gov/exhibits/creating-the-united-states/convention-and-ratification.html#obj18

Парад в Нью-Йорке в поддержку новой федеральной конституции

23 июля 1788 года в Нью-Йорке состоялся парад десяти дивизий ремесленников и профессионалов, которому предшествовала стрельба из десяти орудий, чтобы оказать давление на Нью-Йоркскую ратификационную конвенцию.Всего несколько дней спустя Нью-Йорк стал одиннадцатым штатом, ратифицировавшим новую федеральную конституцию 26 июля 1788 года.

Порядок шествия в честь Конституции США. . . по приказу Комитета по порядку, Ричард Платт, председатель, 23 июля [1788]. Нью-Йорк: 1788 г. Печатный плакат. Отдел редких книг и специальных коллекций Библиотеки Конгресса (68.01.00) [Цифровой идентификатор # us0068_02]

Добавить этот товар в закладки: //www.loc.gov/exhibits/creating-the-united-states/convention-and-ratification.

0 comments on “Александр 1 конституция: Первая российская конституция могла появиться в начале 19-го века

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.