Каспийский поход петра 1: Каспийский поход Петра I 1722-1723 гг. (причины, ход и итоги)

Каспийский поход Петра I 1722-1723 гг. (причины, ход и итоги)

Удобная навигация по статье:

Каспийский поход Петра I

Каспийский или же Персидский военный поход Петра Первого длился год с 1722 по 1723 годы. Главными задачами данной операции было укрепление русского влияния на Востоке, захват богатых торговых путей, большинство которых на тот момент проходило по территории Персии. При этом, царь лично возглавлял поход. Но, обо всём по порядку.

Причины каспийского похода Петра I

В 1721 году Российская империя триумфально завершает Северную войну со Швецией, которая продолжалась на протяжении двадцати одного года. По причине отсутствия на горизонте серьёзных внешних врагов, государь решает воплотить в жизнь план присоединения земель, располагающихся рядом с Каспийским морем. Современные историки выделяют в качестве основных причин Каспийского похода такие факторы:

  • защита православных жителей Кавказа;
  • желание осуществлять контроль над торговыми путями Азии и Индии, проходящими по Каспию;
  • желание всеми силами ослабить на Востоке властные позиции Османской империи.

Начало каспийского похода

Начало Персидского петровского похода приходится на восемнадцатое июля 1722 года. Именно в этот день двести семьдесят четыре корабля спускаются в Каспийское море вниз по Волге. Командование флотом царь доверил адмиралу Апраксину, показавшего отличные результаты в морских баталиях против Швеции в Северной войне. Двадцатого числа русский флот выходит в море и продолжает движение вдоль береговой линии.

В качестве первой цели был Петром был выбран город Дербент, куда и двинулась пехота и корабли. Всего пехота насчитывала двадцать две тысячи человек, в основе которых была регулярная российская армия, а также татары, кабардинцы, казаки и калмыки.

Первое сражение случается спустя месяц. Девятнадцатого августа около городка Утемыш русские войска отбивают напор султана Магмуда. В тот же период кумыкский шах Адиль-Гирей, выступающий в союзе с Россией, захватывает города Баку и Дербент. Войска Петра входят в этот город двадцать третьего августа без боёв и потерь.

Однако, дальнейшее движение на юг армии было остановлено, ведь русский флот, осуществляющий её снабжение был разбит в результате бури. Пётр Первый оставляет свою армию и выезжает срочно в Астрахань, где начинает подготовку к военному походу, который начнётся в 1723 году. Таким образом, завершается первый этап похода.

Ход военных действий

Во втором этапе Каспийского похода Пёрт Первый поручает командование армией Матюшкиному. Руччкие войска вышли в направлении Баку двадцатого июня и достигли цели уже шестого июля. Сразу же начинается осада города, ведь горожане отвергли предложение командующего сдаться и открыть ворота. Подготовленный государем план осады города был простым, но весьма эффективным:

  • Пехота заняла позиции и была готова по первому приказу отразить вылазки противника. Первая такая вылазка состоялась на следующий день после начала осады.
  • Русский флот становится на якорь около крепости и начинает её регулярный обстрел, что вывело полностью вражескую артиллерию и частично разрушило стену крепости.
  • Как только позиции противника были ослаблены русские войска начинают штурм.

Благодаря чёткому следованию каждому пункту плана Персидский поход имел довольно высокие шансы на успех. Начало штурма Баку командующий назначает на двадцать пятое июля, делая основной ключевой фигурой флот, который должен был нанести основной удар по крепости. Однако, осуществлению плана помешал сильный ветер и данная операция была отменена. Двадцать шестого июля 1723 года крепость сдаётся без боя.

Итоги Каспийского похода

Данная победа стала огромным успехом для России и не менее огромной неудачей для её противника Персии, которой пришлось, учитывая сложившуюся ситуацию, искать повод для заключения с Петром Первым мирового соглашения.

Персидский или же Каспийский поход Петра официально завершается двенадцатого сентября 1723 года, когда в Петербурге подписывается мирный договор между Россией и Персией, который войдёт в историю под названием Персидский мир 1723 года. Согласно тексту условий данного документа, Российской империи отходили Решт, Дербент, Баку, а также другие населённые пункты, располагающиеся вдоль южной береговой линии Каспийского моря. Правитель России смог реализовать лишь одну из многих затей и не собирался останавливаться на достигнутом.

Как мы уже упоминали в начале, историки сходятся во мнении, что император Пётр Первый сделал очень важное дело, решившись присоединить Восточные территории к Российской империи. Однако, к сожалению, его преемники, взошедшие на российский престол не смогли удержать данные позиции. Согласно договорам 1732 и 1735 годов правительница России императрица Анна возвращает все каспийские земли Персии, таким образом, перечеркнув все старания и потраченные Петром силы.

Так была завершена история Каспийского похода Петра Первого.

Схема: цели и итоги Каспийского похода Петра I

Цели и итоги каспийского похода Петра I

Историческая таблица: Каспийский поход Петра I

Результаты Каспийского похода Петра I

1724г.  Константинопольский мир России с Турцией
1724г. Рештский мир России с Ираном
Признание Россией владычества Турции над Грузией и Арменией
России отошли западный и южный берега Каспия с городами Дербент, Решт, Астрабад

 

Видео-лекция: Каспийский поход Петра I

 

Персидский поход 1722—1723 — это… Что такое Персидский поход 1722—1723?

Персидский поход 1722—1723

Русско-персидская война 1722—1723 годов

Персидский поход 1722—23 (Русско-персидская война 1722—1723) — поход русских армии и флота в Северный Азербайджан и Дагестан, принадлежавшие Персии, первый из серии русско-персидских конфликтов.

Предпосылки

После окончания Северной войны Пётр I решил совершить поход на западное побережье Каспийского моря, и, овладев Каспием, восстановить торговый путь из Центральной Азии и Индии в Европу, что весьма полезно было бы для российских купцов и для обогащения Российской империи. Путь должен был проходить по территории Индии, Персии, Армении, оттуда в русский форт на реке Куре, потом через Грузию в Астрахань, откуда планировалось товары развозить по территории всей Российской империи.

Следует заметить, что Пётр I уделял большое внимание торговле и экономике. Ещё в 1716 году он посылал через Каспий в Хиву и Бухару отряд князя Бековича-Черкасского.

Перед экспедицией была поставлена задача склонить хивинского хана в подданство, а бухарского эмира к дружбе с Россией; разведать торговые пути в Индию и залежи золота в низовьях Амударьи. Однако эта первая экспедиция полностью провалилась — хивинский хан сначала уговорил князя рассредоточить силы, а затем напал на отдельные отряды.

Поводом к началу новой кампании послужило восстание мятежников в приморских провинциях Персии. Пётр I объявил персидскому шаху о том, что повстанцы совершают вылазки на территорию Российской империи и грабят купцов, и что русские войска будут введены на территорию Северного Азербайджана и Дагестана для оказания помощи шаху в усмирении жителей мятежных провинций.

Подготовка

Ещё во время Северной войны происходила подготовка русских войск к походу в Персию. Капитан Верден составил подробную карту Каспийского моря, позже отправленную в Парижскую академию, русские части постоянно находились на границе с Персией. Пётр I планировал выступить из Астрахани, идти берегом Каспия, захватить Дербент и Баку, дойти до реки Куры и основать там крепость, потом пройти до Тифлиса, оказать грузинам помощь в борьбе с Османской империей и оттуда вернуться в Россию. Казань и Астрахань превратились в центры организации Персидского похода. Для предстоящего похода из 80 рот полевых войск было сформировано 20 батальонов общей численностью 22 тысячи человек. 15 июня 1722 года российский император прибывает в Астрахань. Он решает 22000 человек пехоты переправить морем, а 7 драгунских полков общей численностью 9000 человек под командованием генерал-майора Кропотова отправить по суше из Царицына. По распоряжению Петра I и при его непосредственном участии в Казанском адмиралтействе было построено около 200 транспортных кораблей. В походе также участвовало свыше 30 000 татар.

Боевые действия

Кампания 1722 года

18 июля вся флотилия численностью 274 корабля вышла в море под начальством генерал-адмирала графа Апраксина. Во главе авангардии был Пётр I. 20 июля флот вошёл в Каспий и неделю следовал вдоль западного берега. 27 июля пехота высадилась у Аграханского мыса, в 4-х верстах ниже устья реки Койсу. Через несколько дней прибыла кавалерия и соединилась с главными силами. 5 августа русская армия продолжила движение к Дербенту, 8 августа переправилась через реку Сулак. 15 августа войска подошли к Таркам, местопребыванию Шамхала. 19 августа отбито нападение 10-тысячного отряда отемишского султана Магмуда. 23 августа войска без боя заняли Дербент. Дербент был стратегически важным городом, так как прикрывал береговой путь вдоль Каспия. 28 августа к городу стянулись все русские силы, в том числе и флотилия. Дальнейшее продвижение на юг приостановила сильная буря, которая потопила все суда с продовольствием. Пётр I решил оставить гарнизон в городе и вернулся с основными силами в Астрахань, где начал подготовку к кампании 1723 года. Это был последний военный поход, в котором он непосредственно принимал участие.

В ноябре был высажен десант из пяти рот в персидской провинции Гилян под начальством полковника Шипова для занятия города Рящ. Позже, в марте следующего года, рящский визирь организовал восстание и силами в 15000 человек попытался выбить занимавший Рящ отряд Шипова. Все атаки персов были отражены.

Кампания 1723 года

Во время второй персидской кампании в Персию был послан значительно меньший отряд под командованием Матюшкина, а Пётр I только руководил действиями Матюшкина из Российской империи. В походе принимали участие 15 гекботов, полевая и осадная артиллерия и пехота. 20 июня отряд двинулся на юг, вслед за ним из Казани вышел флот из гекботов. 6 июля сухопутные войска подошли к Баку. На предложение Матюшкина добровольно сдать город его жители ответили отказом. 21 июля 4 батальонами и двумя полевыми орудиями русские отбили вылазку осаждённых. Тем временем 7 гекботов встали на якоре рядом с городской стеной и начали вести по ней плотный огонь, тем самым уничтожив крепостную артиллерию и частично разрушив стену. 25 июля был намечен штурм со стороны моря через образованные в стене проломы, но поднялся сильный ветер, который отогнал российские суда. Жители Баку успели этим воспользоваться, заделав в стене все бреши, но всё равно 26 июля город капитулировал без боя.

Итог

Успехи русских войск во время похода и вторжение османской армии в Закавказье вынудили Персию заключить 12 сентября 1723 года в Петербурге мирный договор, по которому к России отошли Дербент, Баку, Решт, провинции Ширван, Гилян, Мазендеран и Астрабад.

От проникновения в центральные районы Закавказья Петру I пришлось отказаться, т.к. летом 1723 г. туда вторглись османы, опустошившие Грузию, Армению и западную часть Азербайджана. В 1724 г. с Портой был заключен Константинопольский договор, по которому султан признал приобретения России в Прикаспии, а Россия — права султана на Западное Закавказье.

Позднее, в связи с обострением русско-турецких отношений, российское правительство, с целью избежания новой войны с Османской империей и заинтересованное в союзе с Персией, по Рештскому договору (1732) и Гянджинскому трактату (1735) возвратило все прикаспийские области Персии.

См. также

Ссылки

Войны России
Войны древних славян Столкновение славян с Византией в 493 • Набеги склавин на Фракию • Война антов с аварами • Осада славянами Фессалоников • Осада Константинополя (626) • Походы Византии на славян (688, 783) • Походы русов против Византии (830-е, 860)
Войны Киевской Руси Каспийские походы русов • Русско-византийские войны (907, 941-944, 970-971, 988, 1024, 1043) • Набег русов на Бердаа • Хазарский поход Святослава 964-969
Войны русских княжеств Шведско-новгородские войны • Немига • Русско-половецкие войны • Стугна • Каспийский поход русов 1174 • Калка • Монголо-татарское нашествие на Русь • Невская битва • Ледовое побоище • Ирпень • Куликовская битва • Стояние на реке Угре • Русско-литовские войны (1487-1494, 1500-1503, 1507-1508, 1512-1522, 1534-1537) • Русско-шведская война 1495-1497
Войны Царства Русского Казанские походы • Русско-шведские войны (1554-1557, 1563-1583, 1590-1595,1614-1617, 1656-1658, 1700-1721) • Русско-польские войны (Ливонская война, 1605-1618, Смоленская война, 1654-1667) • Русско-турецкие войны (1568-1570, 1676-1681, 1686-1700, 1710-1713) • Русско-крымские войны (Крымский поход на Москву, Молоди, Крымские походы) • Завоевание Сибири • Крестьянские войны (Восстание Хлопка, Восстание Болотникова, Крестьянская война под предводительством Степана Разина, Булавинское восстание)
Войны Российской империи Русско-персидские войны (Персидский поход 1722-23, 1796, 1804-1813, 1826-1828) • Русско-польские войны (Польское наследство, Барская конфедерация, 1792, Восстание Костюшко, Восстание 1830, Восстание 1863) • Русско-турецкие войны (1735-1739, 1768-1774, 1787-1792, 1806-1812, 1828-1829, 1877-1878) • Русско-шведские войны (1741-1743, 1788-1790, 1808-1809) • Семилетняя война • Крестьянская война под предводительством Емельяна Пугачёва • Русско-французские войны (1798-1800, 1805, 1806-1807, Отечественная война 1812, Заграничный поход русской армии 1813-1814) • Англо-русская война • Кавказская война • Присоединение Средней Азии • Венгерское восстание 1848-1849 • Крымская война • Русско-японская война • Первая мировая война
Войны Советской России/СССР Гражданская война • Советско-польская война • Советско-грузинская война • Советско-китайские пограничные конфликты (КВЖД, Даманский, Жаланашколь) • Советско-японские пограничные конфликты (Хасан, Халхин-Гол) • Вторая мировая война (Польский поход РККА (1939), Советско-финская война, Война-продолжение, Великая Отечественная война, Советско-японская война) • Холодная война (Венгерское восстание 1956 года, Ввод советских войск в Чехословакию, Афганская война)
Войны Российской Федерации Война в Приднестровье • Гражданская война в Грузии • Осетино-ингушский конфликт • Гражданская война в Таджикистане • Чеченские войны (Первая, Вторая) • Вооружённый конфликт в Южной Осетии (2008)

Каспийский поход Петра I | ГБУ РД «Редакция республиканского журнала «Женщина Дагестана»

29 июля 1722 года Петр отплыл из Астрахани в Персидский поход, итогом которого стало подчинение России почти всего побережья Каспийского моря

Северная война со шведами успешно закончилась в 1721 году. И сразу же после этой победы, закрепившей за Россией Прибалтику и выход к Балтийскому морю, Петр I стал готовить новый поход, на этот раз далеко к югу, к берегам Каспия. Нет, это не был бездумный милитаризм уверенного в своих силах самодержца — начатая сразу после Северной «южная война» была хорошо обоснованным геополитическим мероприятием.

Дело в том, что, помимо морских путей в Индийском и Атлантическом океанах, значительная часть торговли Западной Европы со странами Азии шла через Каспийский регион. В ту эпоху речной путь по Волге и построенная Петром система каналов, соединявшая Волжский бассейн с Балтикой, позволяли удобно перемещать грузы из Балтийского региона в Каспийский и наоборот. Вопрос с побережьем Балтики решила Северная война, а задуманный царем-реформатором поход на юг должен был отдать под контроль России и основные порты Каспия. Таком образом, наша страна получала полный контроль над значительной частью мировой торговли начала XVIII столетия.

Поход на юг готовился основательно — еще во время войны со шведами русские агенты и дипломаты составили подробные описания берегов Каспийского моря. Главными базами для похода стали Астрахань, Царицын, Казань и Нижний Новгород. Под Казанью, пользуясь близостью обширных лесов, к весне 1722 года построили свыше 200 транспортных судов и почти 60 военных кораблей. Этой армадой управляли 6 тысяч моряков.

Из ветеранов войны со шведами было сформировано войско — 22 тысячи пехоты и 9 тысяч регулярной кавалерии. Кавалеристы собирались в Царицыне, откуда должны были выступить на юг, двинувшись в Дагестан и далее по западному побережью Каспийского моря. Помимо 9 тысяч регулярных драгун, для похода привлекались донские и украинские казаки, а также союзные России калмыки.

Пехотинцев — в их число входили преображенцы и семеновцы обоих гвардейских полков —  посадили на корабли, которые из Казани проплыли до Нижнего Новгорода, где проходила погрузка пехоты, артиллерии и припасов. 2 июня 1722 года огромная армада судов, разделенная на пять отрядов, отплыла из Нижнего вниз по Волге к Астрахани, откуда должен был начаться поход.

Флотилией командовал генерал-адмирал Федор Матвеевич Апраксин, ветеран Азовских походов и участник войны со шведами. Именно под его началом был разгромлен вражеский флот в сражении у мыса Гангут, что стало первой большой победой в истории новорожденного русского флота. Вместе с Апраксиным плыл и сам Петр.

29 июля (18 июля по ст. ст.) 1722 года флот из 274 судов с десантом в 22 тысячи человек вышел из Астрахани в Каспийское море. Авангардом командовал «адмирал Петр Михайлов» — именно под этим именем участвовал в походе Петр, официально занимавший должность «младшего флагмана», то есть заместителя Апраксина.

7 августа 1722 года в устье Терека флот соединился с подошедшей по суше конницей. В начале сентября русским без боя подчинился древний город Дербент, важнейший стратегический пункт на каспийском побережье Кавказа. Одновременно в Карабахе против власти персидских шахов восстали союзные России армяне, их восстание возглавил католикос (патриарх Армянской церкви) Исайя. На помощь восставшим армянам и русским войскам двинулись отряды грузинского царя Вахтанга VI, просившего императора принять Грузию в российское подчинение.

В 1722 году дальнейшее продвижение на юг войск Петра замедлили сильные осенние шторма на Каспии, утопившие часть судов с припасами. Однако в конце года русский десант высадился на самом южном берегу Каспия, заняв крупный торговый центр — персидский город Решт. В 1723 году России полностью подчинилась персидская провинция Ширван, занимавшая территорию современного Азербайджана, с городом Баку.

Каспийский поход, начатый 29 июля 1722 года, стал последней боевой операцией, в которой лично участвовал великий царь. Но этот же поход положил начало процессу присоединения к нашей стране берегов Каспия, Дагестана и Закавказья.

На картине: Франц Рубо. Вступление императора Петра I  в Тарки

Источник: https://rusplt.ru/wins/kaspiyskiy-pohod-petra-i-27869.html

Каспийский поход Петра I — Реферат

Каспийский  поход Петра I  

 

  С завершением в 1721 году Северной  войны правитель Петр I акцентирует свой интерес на Юг, к Каспийскому  морю, где у России ранее существовали существенные торговые   интересы.

 О походах Петра I в Персию говорят экспедиции, инициированные российскими  учеными задолго  до Персидского похода. Таким образом, в 1714–1715 гг.  Бекович-Черкасский  А. собрал описание восточного и северного побережий Каспийского моря.

   В 1718 году Кожин А. и  Урусов В. составили  описание восточного берега Каспия. В 1719–1720 гг.  Город К. и  Соймонов Ф. составили описание южного и западного берегов Каспийского моря. Вследствие,  данной экспедиции была составлена консолидированная схема всего Каспия. Стоит отметить, что  последующее  исследование прикаспийских территорий жители россии  изучили только в 1726 году (еще одна экспедиция  Соймонова Ф.), через 3 года после завершения Персидского похода.

   Предлогом к походу  стал грабеж российских торговцев в Шемахе. Петр I в силу торгового трактата 1718 года потребовал от персидской стороны санкции виновных. Не приобретя сатисфакции, по завершении Северной войны, он в мае 1722 года предпринял поход с целью принятия российского влияния в каспийском районе.

В июне Петр I прибыл в Астрахань. 22 тысяч пехоты и войско были  посажены на суда с целью транспортировки морем, а кавалерия (9 тысяч драгун, 20 тысяч казаков, 30 тысяч татар) были ориентированы по суше с Царицына в Персидские области, прилегавшие к Каспийскому морю.

  Вследствие,  эффективных действий Петра I принудил персов подписать в 1723 году  Петербургский договор, согласно которому падишах Тахмасп II (1722–1732) уступил  России Гилян, провинции Астрабад и Дербент, Баку, Ширван, а кроме того вступил с Россией в дружеские взаимоотношения против Турции. Согласно Рештскому договору 1732 года и Гянджинскому трактату 1735 года  Россия  вернула Персии вышеназванные города.

 

 В Персидском  походе генерал  Апраксин Ф.М. руководил армией, а руководитель Тайной канцелярии  Толстой А.П. и князь  Кантемир Д.К. правили штатскими процессами.   Трое составили  Совет  Его Величества. Помимо этого, Петр I доверил князю Кантемиру,  как знатоку Востока, ведать походной  канцелярией.

По дороге к Каспию при участии Кантемира, а вероятно и по его инициативе, существовали установленные мероприятия по сохранению развалин древнего города Булгара. Петр I  отдал приказ сделать  копии «надгробных надписей, которым полезным трудом история одного старого города  несколько объяснена»: полусотни татарских и арабских надмогильных надписей были скопированы и переведены на русский ахуном  Сюнгалиевым Кадыр-Махмедом и слободским переводчиком Ижбулатовым Юсуном[1].

Сделанная ими работа позже была наименована «едва ли не первой работой, призванным не утилитарною нуждою, а ученою любознательностью в России»[2]. Переход этих надписей был издан 1770-х годах[3].

 

[pic 1]

Еще одним источником является Манифест Петра I к народам Кавказа и Персии от 15 (26) июля 1722 года который был переведен на восточные языки и опубликовал  в 5000 экземпляров.

 

Владение переднеазиатскими языками позволило Кантемиру играть в этом походе видную роль. Он изготовил арабский наборный шрифт, организовал специальную типографию и напечатал на татарском, турецком и персидском языках сочиненный и переведенный им Манифест Петра I к народам Кавказа и Персии от 15 (26) июля 1722 г.

 «…О печатании же их (экземпляров Манифеста. — П.Г.) сохранилось следующее письмо кн. Дм. Кантемира к кабинет-секретарю Макарову, 14 июля 1722 года: “Изволь его императорскому величеству доложить: манифест, который теперь на турецком языке печатается, будет ли чьею рукою подписан, или вместо подписания имя чье напечатать, или ничего того не будет. Такожде, который месяц и число, и место, где печатано, в оном изобразить?.. Половина манифеста с одной стороны листа уже до тысячи (экземпляров. — П.Г.) напечатана, а сегодня и другая половина с другой стороны листа печататься будет, того ради хочу ведати, ровно ли 1000 печатать или больше, чтоб к завтрему все напечатать?”»[4][4].

Гасанов М. Р. Каспийский поход Петра i 1722-1723 гг. Махачкала, 2015. 111 с. (лучшая научная книга 2015 года по итогам Всероссийского конкурса) Текст научной статьи по специальности «История и археология»

ISSN 0321-3056 IZVESTIYA VUZOV. SEVERO-KAVKAZSKII REGION. SOCIAL SCIENCES. 2016. No. 4

DOI 10.18522/0321-3056-2016-4-93-94

Гасанов М.Р. Каспийский поход Петра I 1722-1723 гг. Махачкала, 2015. 111 с. (лучшая научная книга 2015 года по итогам Всероссийского конкурса)

По итогам Всероссийского конкурса на лучшую научную книгу 2015 г., проводимого Фондом развития отечественного образования среди преподавателей высших учебных заведений и научных сотрудников научно- исследовательских учреждений, лауреатом стал заведующий кафедрой истории Даггоспедунивер-ситета, заслуженный деятель науки РФ и РД, проф. М.Р. Гасанов.

Он является известным кавказоведом, соавтором многотомных академических изданий, автором десятков крупных научных исследований, сотен статей, получивших высокое признание в России и во многих странах мира.

Существуют разные критерии оценки научных работ. Они представляют ценность прежде всего тогда, когда прокладывают новые дороги в науке, будят мысль, заставляют по-иному взглянуть на многие проблемы. Книги проф. М.Р. Гасанова полностью отвечают этим требованиям. Его работы внесли существенный вклад не только в кавказскую и российскую, но и мировую историческую науку.

Научная и педагогическая деятельность М.Р. Гасанова отмечена грантами Президента РФ, Министерства образования и науки РФ, Республики Дагестан, дипломами международных, российских, республиканских фондов.

И вот очередная оценка его труда, посвященного актуальной проблеме — Каспийскому походу Петра I 1722-1723 гг. С этим походом связан один из этапов в истории русско-дагестанских взаимоотношений. Их объективное освещение имеет важное значение в дальнейшем сближении и укреплении дружбы между русским и дагестанским народами. Раскрытие исторической роли России в судьбах Дагестана — задача для историка почетная, хотя и нелегкая. Эта тема представляет не только научный, но и широкий общественный интерес.

В книге «Каспийский поход Петра I 1722-1723 гг.» отмечается, что накануне этого похода Дагестан был раздроблен на различные феодальные владения и десятки союзов сельских обществ, говорится о внешнеполитическом положении, об интересах, планах и противоречиях России, Ирана и Турции из-за влияния в Дагестане. Достаточно подробно сказано о причинах и поводе Каспийского похода Петра I, о прохождении войска по территории Утамышского султаната, Кайтагского уцмийства и вступлении в Дербент, где к Петру I стали обращаться феодальные владетели Дагестана, а также представители различных слоев населения Баку, Шемахи, Сальяна, Решта, Тифлиса, Еревана с просьбой о принятии в подданство России и присылке русских войск.

В результате Каспийского похода 1722 г. к России были присоединены Аграханский полуостров, развилка рек Сулака и Аграхани и весь приморский Дагестан, включая Дербент.

В работе говорится о планах Петра I в отношении Грузии, Азербайджана и Армении.

Приводится материал о происках Турции в Дагестане. В связи с усилившейся угрозой захвата Турцией западного побережья Каспия, Петр I предпринял дипломатические шаги и наметил кампанию на 1723 г. и план на последующие годы. Благодаря предпринятым Петром I мерам вслед за городом Баку в 1723 г. были заняты Гилян и Мазандеран. Султанская Турция, поддерживаемая Англией и Францией, вторглась на Кавказ.

В сентябре 1723 г. по предложению шахского Ирана, напуганного вторжением турецких войск на Кавказ, в Петербурге между Россией и Персией был подписан договор, по условиям которого Иран признавал за Россией прикаспийские области Кавказа.

Утверждение русского влияния на берегах Каспийского моря имело важное значение для укрепления внешнеполитического положения и экономической мощи Российской империи.

Итоги Каспийского похода Петра I создавали предпосылки для дальнейшего укрепления военно-политических отношений России с народами Кавказа и усилению здесь прорусской внешнеполитической ориентации.

ISSN 0321-3056 IZVESTIYA VUZOV. SEVERO-KAVKAZSKII REGION. SOCIAL SCIENCES. 2016. No. 4

Каспийский поход Петра I — одно из важных звеньев в цепи русско-дагестанских взаимоотношений, приведших к Гюлистанскому договору 1813 г., согласно которому Дагестан был присоединен к России.

Труд «Каспийский поход Петра I 1722-1723 гг.» по итогам Всероссийского конкурса заслуженно признан лучшей научной книгой, а его автор проф. М.Р. Гасанов достоин звания лауреата этого конкурса.

З.В. Атаев,

проректор Дагестанского государственного педагогического университета, профессор

В.В. Черноус,

директор Центра системных региональных исследований и прогнозирования ИППКЮФУ и ИСПИРАН, заместитель директора ИППК ЮФУ по науке, профессор

К 300- летию Каспийского похода Петра I

Приукрашивать историю, как это делалось недавно, бессмысленно, но и предъявлять теперь друг другу счета за обиды многовековой давности ничуть не разумнее, а в иных ситуациях и преступно. Лишь объективное освещение истории всегда было и не может не быть полезным.

Если до этого южные интересы России сводились в основном к освобождению от Крымского ханства, то Петр I резко активизировал российскую политику в этом направлении. Уже тогда обозначилось явное стремление Рос¬сии продвинуться на юг.

Султанская Турция в начале XVIII в. делала все, чтобы изгнать Иран из Закавказья и не допустить роста влияния России на Кавказе. Хорошо осведомленный в делах Кавказа Волынский советовал Петру I начать военные действия и присоединить к России прикаспийские провинции Кавказа. В свою очередь, дальновид¬ный Петр I заявил: «Нам крайняя нужда будет береги по Каспийскому морю овладеть, понеже … турок тут допустить нам невозможно».

В обстановке захватнических устремлений ведущих государств феодальные правители Дагестана, как и всего Кавказа, исходя из своекорыстных интересов, ориентировались на Россию, на Турцию или Иран. Так, дагестанский шамхал, которого персидские источники именуют «вали», т.е. правителем всего Дагестана, имел печать, на одной стороне которой он значился рабом шахин-шаха Ирана, а на другой  холопом царя московского. О его двойном положении хорошо знали соответственно и в Москве, и в Исфагане, и в Стамбуле, но отно¬сились к этому спокойно, понимая, что на самом деле представляло собой положение такого «двойного холопа».

Таким образом, на рубеже XVII–XVIII вв. Дагестан, который занимал удобное географическое и военно-стратегическое положение на Кавказе, привлекал внимание Ирана, Турции и России.

В конце XVII-начале XVIII вв. Россия в социально-экономическом и политическом отношении значительно окрепла, вырос ее международный авторитет.

Учитывая растущие экономические связи со странами Востока, русское правительство проявляло заботу о расширении судоходства по Волге и Каспию. Петр I обратил внимание на Каспийское море, ибо здесь он «видел истинное средоточие или узел всего Востока».

Борьба России за овладение прикаспийски¬ми областями, таким образом, диктовалась военно-политическими соображениями, ибо юго-восточные границы государства были легко уязвимы в случае нападения извне. Важное значение для России имел выход к Каспийскому морю.

В 1721 г. после победы над Швецией и заключения Ништадского мира Петр I усилил подготовку похода на Каспийское побережье. Политическая обстановка на Ближнем Востоке и на Кавказе благоприятствовала подготовке военных действий на юге.

Астраханский губернатор А.В. Волынский в донесении царю высказался за открытие воен¬ных действий в 1722 г. Петр I принял решение начать военные действия летом этого года с тем, чтобы предупредить вмешательство Турции и присоединить к России прикаспийские земли Кавказа. 15 мая 1722 г. Петр I отправился в Астрахань. Так начался сухопутный и морской поход Петра, занявший полтора года (1722–1723 гг.).

18 июля 1722 г. флот Петра I под коман¬дованием генерал-адмирала графа Апраксина вышел из Астрахани в Каспийское море. За три дня до похода Петр I обнародовал манифест на местных языках и послал его в Тарки, Дербент, Шемаху и Баку, жителям прикаспийских областей. В манифесте указывалось, что подданные шаха  Дауд-бек и Сурхай-хан  восстали, взяли Шемаху и совершили грабительское нападение на русских купцов, причинив России большие материальные убытки и ущемив ее достоинство как великой державы. Ввиду отказа Дауд-бека дать удовлетворение, «принуждены мы,  заявил Петр I,  против предреченных бунтовщиков и всезлобных разбойников войска привести», а прочему населению гарантировалась безопасность.

После двухдневного плавания Петр I с флотилией прибыл к устью Терека. Он отдал флотилии распоряжение двигаться ближе к устью Сулака. 27 июля 1722 г. флот высадился на Аграханском полуострове и приступил к устройству укрепленного лагеря. Одновременно сюда двинулись сухопутные войска, шедшие по астраханским степям. Переправившись через реку Сулак, Петр I вступил в Дагестан.

Некоторые дагестанские владетели оказали сопротивление царским силам. Так, Эндиреевский владетель выступил против войск Петра I. Полковник Наумов овладел аулом Эндири, превратил его в пепел. Владетели же костековский, аксаевский и шамхал Тарковский выразили свою верность России. Шамхал Адиль-Гирей поспешил заверить Россию в своей благожелательности. 6 августа 1722 г. недалеко от Аксая Петра I встречали с подарками: шамхал Тарковский передал Петру I 600 быков, запряженных в телеги, и 150 на пищу войскам, трех персидских коней и седло, украшенное золотом. Шамхал Адиль-Гирей объявил, что до сих пор служил русскому государю верно, а теперь будет «особенно верно служить» и предложил Петру I в помощь свои войска.

12 августа передовые части русского войска достигли г. Тарки, где шамхал встретил Петра I хлебом-солью. Верст за пять от Тарков Петр I раскинул лагерь, который был обнесен с трех сторон земляным валом и расположился на том месте, где ныне г. Махачкала. В народе это место до сих пор принято именовать Петровской горкой.

В это время грузинские и армянские правители, осведомленные о прибытии Петра I в Дагестан, готовились к встрече. Грузинский царь Вахтанг с 40-тысячным войском направился в Гянджу и стал ожидать прихода русских войск в Ширван, где должны были встретиться обе армии для совместной борьбы против ирано-турецких притеснителей.

16 августа армия Петра I выступила из Тарков в сторону Дербента, являвшегося наиболее важным объектом кампании 1722 г. Затем русская армия, возглавляемая самим Петром I, вступила на землю султана Махмуда Утамышского. Однако посланные на разведку казаки были атакованы отрядом султана. Аул Утамыш, состоявший из 500 домов, был обращен в пепел, 26 человек пленных были казнены. Легко разгромив отряд Утамышского султана, Петр I продол¬жал путь на юг.

Уцмий Кайтагский Ахмед-хан и правитель Буйнакский обратились к Петру I с изъявлением покорности. Пройдя через владения уцмия Кайтагского, 23 августа к Дербенту подошли сухопутные войска Петра I. Дербентский наиб Имам-Кулибек встретил императора за версту от крепости. «Дербент,  сказал наиб в приветственной речи, – получил основание от Александра Македонского, а поэтому нет ничего приличнее и справедливее, как город основанный великим монархом, передать во власть другому монарху, не менее его великому». Затем один из старейших и почетных жителей города поднес Петру I городские ключи на серебряном блюде, покрытом богатой персидской парчой. Дербентский наиб преподнес русскому царю драгоценный манускрипт «Дербент-намэ» (руко¬пись XVII в.), представлявший собой важный источник по истории Дербента, Дагестана и других некоторых регионов Кавказа. Русская армия без боя вошла в Дербент. Население города восторженно встретило Петра I. 30 августа Петр I достиг реки Рубас, где заложил крепость на 600 человек гарнизона. Это был крайний пункт, до которого Петр I лично довел свои войска.

Спустя несколько дней, все окрестности Дербента признали власть Петра I. Он сообщил сенату, что в «сих краях твердою ногою стали».

В Дербент к Петру I стали обращаться феодальные владетели Дагестана и других регионов Кавказа. Так, к Петру I обратился табасаранский Рустем-кади с просьбой прислать войска для занятия и укрепления Хучни. Петр I обещал Рустему удовлетворить его просьбу восстановить разрушенную резиденцию, снабдить его оружием и амуницией против изменников и при-слать инженера «для лучшего того строения города».

К Петру I в Дербент явились также представители различных слоев населения Баку, Шемахи, Сальяна, Решта, Тифлиса, Еревана с просьбой о принятии в подданство России.

Россия не отказалась от своих планов и в отношении Грузии, Азербайджана и Армении. Это наглядно видно из письма, в котором Петр I заверял сторонников русской ориентации в Закавказье, что «зачав сия дело, покинуть не изволит». Отвечая на просьбы Вахтанга VI о помощи, Петр I писал: «Когда Баки взят будет и мы на Каспийском море укрепимся, то ему тогда в помощь войска наши, сколько потребно будет, прислать не оставим … Наш первый интерес, дабы основаться на Каспийском море, без чего ничего делать нельзя» (курсив авт.  М.Г.).

Успехи России вызвали сильное беспокойство в Турции. Чтобы восстановить горцев против России, она пустила в ход самые разнообразные средства: подкуп, запугивание и прежде всего мусульманскую религию, стремясь вбить клин между мусульманами и христиана¬ми Кавказа.

Султанские войска, продвигаясь к Каспийскому морю, вплотную подошли к границам Дагестана. Крымские ханы и турецкие султаны стали открыто претендовать на Ширван, Дагестан и Кабарду. Петр I своим предписанием резиденту Неплюеву дал Турции ясно понять, что интересы России «отнюдь не допускают, чтобы какая другая держава, чья б ни была, на Каспийском море утвердилась».

В связи с усилившейся реальной угрозой захвата Турцией западного побережья Каспия, Петр I предпринял дипломатические шаги и наметил кампанию на 1723 г. и план на последующие годы. В частности, были предприняты меры к усилению Каспийской флотилии и Астрахани  военно-морской базы на Каспийском море.

Укрепление позиций России на Кавказе шло вразрез интересам и расчетам Англии и Франции. Они всячески усилили свои действия, направленные на то, чтобы возбудить Турцию на выступление войною против России.

Весной на Кавказ вторглись турецкие войска и постепенно стали продвигаться к пределам Дагестана.

Нашествие турецких войск на Кавказ крайне обострило русско-турецкие отношения. Турки, угрожая войной, требовали от России отказа от всех владений на Кавказе. Однако попытки турок прибрать прикаспийские области к рукам и оттеснить отсюда русские войска провалились.

В сентябре 1723 г. по предложению шахского Ирана, напуганного вторжением турецких войск на Кавказ, между Россией и Персией был подписан договор. По условиям Петербургского договора шах признавал за Россией прикаспийские области Кавказа. Дагестанское побережье Каспия и Баку перешли во владение России. Таким образом, Каспийский поход Петра I завершился присоединением к России прикаспийских областей, в том числе и Дагестана.

Присоединение приморского Дагестана к России явилось важным историческим событием для последующего экономического и культурного развития дагестанских народов.

Возрос интерес России к использованию дагестанской шерсти. Путешественник Бель, находившийся при Петре I в походе, записал в дневнике следующее: «на дагестанских овцах шерсть столь хороша, что такие нигде не видывал». Узнав из донесения А. Лопухина о том, что кубачинцы имеют «немалое довольство шерсти», Петр I приказал Волынскому «трудитца, чтобы достать несколько овец на Кубеши». Русский император стремился увеличить в Дагестане производство шелка-сырца, хлопка, шерсти, марены. Особое внимание Петр I обратил на развитие виноградарства, садоводства, овцеводства.

Для развития виноградарства и виноделия в Дербенте Петр I специально выписал из Венгрии винодела  Туркула. Петр I стремился развить в России отечественное виноделие. В Дербенте был создан «винный завод».

Петр I разработал меры по дальнейшему «втягиванию» присоединенного края в торгово-экономические связи с Россией. Суда с товарами русских купцов ходили из Астрахани в Тарки, Дербент, Низовую и Гилян, откуда возвращались с местными купцами и товарами.

Большую роль в развитии русско-кавказской торговли должен был играть экономический и политический центр Восточного Кавказа  Дербент. Поэтому Петр I уделял большое внимание Дербенту и его благоустройству. Петр I приказал в Дербенте строить «гавань по чертежу».

Россия всячески поощряла местную торговлю. Сенатским указом 1724 г. Дагестану было разрешено отпустить из России железо, свинец, порох. Указом Сената в 1725 г. был разрешен бесплатный провоз и свободная торговля вином, табаком и всякими хлебными и мясными припасами.

В результате оживленной торговли России и Дагестана возникли торговые лавки русских купцов в Дербенте, Аксае, Эндери, Тарках. Местные купцы получили большие льготы для свободной торговли в пределах русских областей. Все это, в свою очередь, способствовало расширению отношений народов Дагестана с русским народом.

Присоединение приморской территории Дагестана к России способствовало и развитию культуры дагестанских народов. Со времени похода Петра I было начато всестороннее обследование края. Участники Каспийского похода Петра I оставили важные описания, материалы, относящиеся к Дагестану. Ф.И. Соймонов составил книгу «Описание Каспийского моря» Д. Кантемир дал описание Дербента, И. Гербер оставил описание народов западного берега Каспийского моря, в котором содержатся ценные сведения о дагестанских народах.

Таким образом, присоединение части территории Дагестана к Российской империи, хотя Петр I действовал в колониальных интересах, объективно открыло перспективы для последующего социально-экономического развития Прикаспия; способствовало укреплению военно-политических отношений России с остальными народами Кавказа и усилению здесь прорусской внешнеполитической ориентации.

Военно-политические последствия Каспийского похода Петра I как для России, так и для народов Кавказа бесспорны и очевидны. В результате была обеспечена безопасность юго-восточных окраин России и открывалась перспектива экономического и культурного развития Дагестана.

 

 

 

 

 

Петр Великий в Дагестане | Дербент

В последнее воскресенье июля в России начиная с 2006 года отмечается День военно-морского флота страны. В честь этого праздника в Каспийске 26 июля  прошёл военно-морской парад с участием Каспийской флотилии.

В связи с этим событием хотим напомнить, что основатель  российского флота император Петр Первый, 350-летие которого Россия будет отмечать через 2 года,  сыграл огромную роль  в истории Дагестана. Петр Великий, «то академик, то герой, то мореплаватель, то плотник», в 1722 году во время своего Персидского (или Каспийского) похода, предпринятого после Северной войны для укрепления позиций России на Юге, посетил  и Дагестан. 

Петр I выступил из Москвы 13 мая 1722 г. В Коломне к нему присоединились Ф. М. Апраксин, П.А. Толстой, а также супруга Екатерина Алексеевна, которую он всегда брал с собой в походы.

Из Коломны император вместе со спутниками отправился в Астрахань, а оттуда во главе пехотных войск численностью 21 495 человек отплыл 18 июля в Каспийское море. 

Регулярная конница в составе семи полков (9000 человек) двигалась сушей. В походе участвовали 12 000 украинских казаков, 4300 донских казаков и 4000 калмыков (правда, калмыки и часть регулярных драгун явились с опозданием и присоединились к основному войску, когда оно возвращалось из Дербента в Астрахань). Командование войсками было поручено генералу Матюшкину М.А.

Высадившись в Аграханском заливе,  царь  со спутниками продолжил продвижение по суше.

В походе Петра I на побережье Каспийского моря сопровождал доктор медицины лейб-лекарь Джон Белл, шотландец, не первый год состоявший на русской службе. Позднее в своих воспоминаниях о том походе он оставил любопытные воспоминания: « … Император, прежде отбытия из Астрахани, разослал манифесты ко всем князьям и главным вельможам дагестанским, в которых объявлял им, что идет он не в таком намерении, чтобы овладеть их землею, неже нанесть им войну; но только просит у них себе прохода, и что наличными деньгами станет платить за припасы, которыми они будут его снабжать. Некоторые из них склонилися на сие, другие отреклись, как то случается обыкновенно в таких неподвластных областях, какова есть Дагестанская». 

Первыми «отреклись» от Петровых грамот воинственные жители Эндирея. Они  напали на отряд драгун, за что были Петром нещадно биты: «…он их разогнал, и овладел деревнею; …множество пленников было приведено во стан».

Со 2-го по 6-е августа в лагерь Петра I на Сулаке прибывали владетели костековский, аксаевский и шамхал Тарковский с «выражением покорности и изъявлением верности России». Шамхал, кроме богатых даров, предоставил царю до 300 телег, «из коих каждую влекли два быка» и 150 быков на провиант, еще 100 быков на содержание войск передал аксаевский владетель.

Когда Петр I разбил свой лагерь на берегу Каспия и расположил свои отряды «на широкой долине, лежащей прямо против Тарки, на другой день с утра в стан императора приехал шамхал Абдулгирей «на поклон к их величествам и просил их к себе откушать».

Около полудня следом за шамхалом прибыла его супруга и «возобновила зов, учиненный мужем». Приехала она, как и подобало ее сану, в закрытой коляске «везомой двумя волами», в сопровождении эскорта «пеших служителей и небольшого числа всадников».

Когда почтенная шамхальша, по словам Дж.Белла «сохранявшая еще остатки красоты» и ее дочь, что «могла спорить в рассуждении пригожества со всем тем, что мы ни имеем славнейшаго в Европе» вошли в царский шатер, ее величество Екатерина Алексеевна привстала. Гостьи держались с «великой благопристойностию и осанкою». Выпив по чашке чаю, женщины мило простились.

Ответный визит был нанесен императорской четой в тот же день. Так его описывает лейб-лекарь Дж. Белл: «Вскоре по их отбытии их величества поехали в город; император ехал верхом, а императрица в карете с несколькими придворными госпожами и сопровождаемы были баталионом гвардии. Улицы были столь узки и покаты подле дворца, что карета, хотя и шестью лошадьми была везена, никак не могла подъехать, что и принудило выйти из кареты и дойти остальной путь пешком.

Дворец шамхала построен на вершине и высится надо всем городом. Состоит оный из многих комнат и из пространныя залы во вкусе персидском. Подле онаго находится площадка и небольшой садик. 

Императору очень понравилось полевое положение города. Ввечеру возвратилися их величества во стан. 22 августа войско пошло от шамхала».

Несмотря  на потери (от жары и тяжелых походных условий умерло много солдат) войска Петра I  довольно быстро двигались на юг. Но, как передает Джон Белл, войскам Петра I пытался было оказать сопротивление  утемышский владетель, «небольшой князец нагорных жителей, называемый Усмей» (то есть уцмий).

Действительно, 15 августа Султан-Махмут утемышский напал на передовые отряды. За дерзость утемышцы заплатили дорого – петровские драгуны «…разсеяли и овладели городом, в котором имел пребывание князь Усмей». Горцы, по выражению Петра I «бились зело удивительно: в обществе они не держались, но персонально бились десперантно, так что, покинув ружья, резались кинжалами и саблями». Тем не менее, они были разбиты, Утемиш сожжен, а пленные повешены «в отмщение за смерть есаула и трех казаков, которые были зарезаны по приказанию  уцмия, когда они доставили ему от государя письмо самого миролюбивого содержания».

И 30 августа 1722 г. русские войска без боя вступили в Дербент. Современник писал: «Жители онаго вышли на встречу сего могущественного царя с ключами города и были осчастливлены словом его». Радость дербентских жителей приходу русских войск отметил и Петр I.

«Наиб сего города,- писал император Сенату,- встретил нас и ключ поднес от ворот. Правда, что сии люди нелицемерною любовью приняли и так нам рады, как бы своих из осады выручили».

Население Дербента действительно встретило русских как защитников от набегов пресловутых «невежественных ханов» Дауд-Гаджи и Чулак-Сурхая, беспощадно грабивших горожан.

Из Дербента Петр I намеревался было пройти дорогу сухим путем до Шемахи и там соединиться с грузинским и карабахским войсками. Но этому плану не суждено было осуществиться. На внешнеполитическом горизонте наметились осложнения с Турцией, которые потребовали присутствия царя в России, и Петр I, оставив в Дербенте гарнизон, спешно выехал обратно.

Каспийский (Персидский) поход, прерванный также из-за недостатка продовольствия и потерь от болезней, в следующем году опять возобновился. В июле 1723 г. был высажен десант на Апшероне, а в августе 1723 г. штурмом взят Баку. Завоёвано было всё западное и южное побережье Каспийского моря.

В конечном итоге результатом знаменитого Каспийского (Персидского) похода Петра I явились значительные территориальные приобретения России в Прикаспии.

В честь Петра Великого основанный на берегу Каспия город, ставший столицей Дагестана, был назван Порт-Петровском и  носил это название с 1857 до 1921 год.

Поделитесь данным материалом

От Санкт-Петербурга до Сюника: возрождение российско-армянского альянса безопасности

Сергей Караганов был советником президента в Кремле как при Борисе Ельцине, так и при Владимире Путине. Его до сих пор считают приближенным к президенту России и министру иностранных дел Сергею Лаврову. Его недавние предложения о русскоязычных меньшинствах в «ближнем зарубежье» известны как «доктрина Путина», и профессор Караганов, почетный председатель московского аналитического центра Совета по внешней и оборонной политике, первым публично заявил о Тотальное вторжение в Украину в 2019 году.Президент Путин 24 февраля упомянул, что вступление Украины в НАТО требует военного вмешательства России для предотвращения этого. Однако у Украины даже не было Плана действий по членству в НАТО, а канцлер Германии Олаф Шольц четко заявил, что до вступления в НАТО осталось много-много лет.

Как можно оправдать нападение на таких основаниях?
«На протяжении 25 лет такие люди, как я, говорили, что расширение НАТО приведет к войне. Путин несколько раз говорил, что если дело дойдет до членства Украины в НАТО, то Украины уже не будет.В Бухаресте в 2008 году был план быстрого вступления Украины и Грузии в НАТО. Она была заблокирована усилиями Германии и Франции, но с тех пор Украина интегрирована в НАТО. Она была накачана вооружением, ее войска обучались в НАТО, их армия становилась все сильнее и сильнее день ото дня. Кроме того, мы наблюдали очень быстрый рост неонацистских настроений, особенно среди военных, общества и правящей элиты. Было ясно, что примерно в 1936-1937 годах Украина стала чем-то вроде Германии.Война была неизбежна, они были в авангарде НАТО. Мы приняли очень трудное решение нанести удар первыми, прежде чем угроза станет более смертельной».

Но Украина не собиралась становиться членом НАТО, по крайней мере, много-много лет. Было время договориться.
«За эти 30 лет мы слышали всевозможные обещания от западных лидеров. Но они наврали нам или забыли о своих обещаниях. Нам с самого начала сказали, что НАТО не будет расширяться».

Как вы могли подумать, что такая неядерная страна среднего размера, как Украина, когда-либо нападет на такого ядерного гиганта, как Россия? И как вы можете думать, что это нацистская страна с президентом-евреем, избранным более чем 70% голосов?
«Украина строилась США и другими странами НАТО как острие, может быть, агрессии или, по крайней мере, военного давления, чтобы приблизить военную машину НАТО к сердцу России.Теперь мы видим, насколько хорошо их войска готовились к войне. И нацисты были не только в убийстве евреев. Нацизм — это превосходство одной нации над другой. Нацизм — это унижение других народов. Режим и общество в Украине были очень похожи на немецкие в 1930-е годы».

Вы говорите, что НАТО обещало никогда не расширяться на Восток, а Россию обманули. Но бывшие страны Варшавского договора сами просили о включении в НАТО. И Россия подписала Основополагающий акт об отношениях Россия-НАТО в 1997 году, приняв расширение НАТО.Там нет обмана.
«Это была самая большая ошибка внешней политики России за последние 30 лет. Я боролся против этого, потому что Основополагающий акт 1997 года узаконил дальнейшее расширение НАТО. Но мы подписали его, потому что были отчаянно бедны и все еще полагались на мудрость наших партнеров. Президент Ельцин, наверное, думал, что мы будем пробираться между каплями дождя, но напрасно. Что касается НАТО, то он создавался как оборонительный союз. Но когда распался Советский Союз и Россия ослабла, я был потрясен, увидев изнасилование Сербии в 1999 году.Затем у нас была абсолютно зверская война в Ираке, которую вели большинство членов НАТО, а затем у нас была еще одна явная агрессия в Ливии, всегда со стороны НАТО. Так что не верим словам. Но мы знаем, что статья 5 НАТО, гласящая, что нападение на члена НАТО является нападением на всех, не работает. Нет автоматической гарантии того, что НАТО встанет на защиту члена, подвергшегося нападению. Пожалуйста, ознакомьтесь со статьей 5 Договора. Но это расширение есть расширение агрессивного союза. Это рак, и мы хотели остановить его метастазирование.Мы должны сделать это с помощью хирургической операции. Сожалею, что мы не смогли предотвратить такой исход».

Мы все согласны с тем, что война в Ираке была незаконной и очень серьезной ошибкой. Corriere della Sera выступила тогда против этой войны. Но одна серьезная ошибка не оправдывает вторую серьезную ошибку. И народ США мог избрать нового лидера Обаму, который был против войны в Ираке и изменил американскую политику. Есть ли у россиян возможность сделать то же самое?
«Я не думаю, что в обозримом будущем у нас будет смена власти в России, потому что мы ведем войну на выживание.Это война с Западом и люди перегруппировываются вокруг своего лидера. Это авторитарная страна и руководство всегда очень внимательно относится к настроениям народа. Но я не вижу реальных признаков оппозиции. Кроме того, в США или где-то еще за войну в Ираке никто толком не наказан, поэтому у нас есть сомнения в эффективности демократии».

Похоже, ваши параллели не совпадают. В Ливии Каддафи бомбил с неба демонстрации протеста. НАТО ввела запретную для полетов зону, к чему призывала резолюция Совета Безопасности ООН, и Россия не наложила на нее вето.
«Да. Тогда мы поверили заверениям наших западных партнеров. Но затем мы увидели явную агрессию, разоряющую страну. Это привело нас к тотальному недоверию к западным странам и особенно к НАТО».

Что касается интервенции в Югославию в 1999 году, то она была предпринята для того, чтобы остановить войну, в результате которой погибло более 10 000 человек, а трибунал ООН обвинил Милошевича в военных преступлениях, депортации и преступлениях против человечности.
«Массовые убийства в бывшей Югославии произошли после изнасилования НАТО Сербии.Людей убивали со всех сторон. Это была гражданская война. Это была невыносимая агрессия. А суд над Милошевичем был грустным и унизительным зрелищем мелких людей, пытающихся оправдать свои прежние ошибки, если не преступления».


Это был трибунал ООН, а не трибунал ЕС. «Мы не признаем права этого трибунала».

Вы сказали, что настоящая война сейчас ведется против западной экспансии. Что ты имеешь в виду?
«Мы видели, как происходит западная экспансия, мы видим, как русофобия на Западе достигла уровня антисемитизма между мировыми войнами.Так что война уже становилась вероятной. И мы видели глубокие разногласия и структурные проблемы в западных обществах, поэтому мы верили, что война в любом случае становится все более и более вероятной. Поэтому Кремль решил нанести удар первым. Также эта военная операция будет использована для реструктуризации российской элиты и российского общества. Оно станет более воинственным и национальным обществом, вытеснив из элиты непатриотические элементы».

Суть вопроса такова: Муссолини не признавал международный порядок, возникший в результате Версальского договора 1919 года. Признает ли Кремль легитимность европейского порядка, возникшего после падения Берлинской стены? Считаете ли вы этот приказ законным? «Мы не должны признавать тот порядок, который был построен против России. Мы пытались в нее интегрироваться, но увидели, что это Версальская система номер 2. Я написал, что ее надо уничтожить. Не силой, а через созидательное разрушение, через отказ от участия в нем. Но после того, как последнее требование остановить НАТО снова было отклонено, было решено применить силу».

Значит, общая цель этой войны — лишить НАТО присутствия в странах Центральной и Восточной Европы?
«Мы видим, что большинство учреждений, на наш взгляд, односторонние и нелегитимные. Они угрожают России и Восточной Европе. Мы хотели справедливого мира, но жадность и глупость американцев и недальновидность европейцев показали, что они этого не хотят. Мы должны исправить их ошибки».

Является ли ЕС частью институтов, которые Россия считает нелегитимными?
«Нет, законно.Но иногда нам не нравится политика ЕС, особенно если она становится все более и более воинственной».

Кажется, вы считаете, что эскалация этой войны в другие страны неизбежна. Это то, что вы имеете в виду?
«К сожалению, это становится все более и более вероятным. Американцы и их партнеры по НАТО продолжают поддерживать Украину, посылая оружие. Если это продолжится, очевидно, что цели в Европе могут или будут поражены, чтобы перекрыть линии связи. Тогда война может обостриться.На данном этапе это становится все более и более правдоподобным. Думаю, Объединенный комитет начальников штабов вооруженных сил США придерживается того же мнения, что и я».

Денацификация Украина, кажется, доказала, избрав президентом еврея. Демилитаризация — это противоположность того, чего добился Путин, поскольку эта атака привела к тому, что Украина получила тяжелое вооружение с Запада. Плюс Германия и ЕС тоже перевооружаются, НАТО перебросила войска ближе к границам России, западные санкции стали гораздо жестче, а Европа и США сблизились, а Россия становится финансово изолированной.Можно ли сказать, что военная операция Путина до сих пор увенчалась успехом?
«Нацизм — это не только антисемитизм. Речь идет о ненависти и подавлении всех других национальностей. И это захватило Украину. Мы никогда не знаем, чем закончатся боевые действия. Демилитаризация означает уничтожение украинских вооруженных сил – это происходит и будет ускоряться. Конечно, если Украину поддержат новым оружием, это может продлить агонию. О «победе» можно говорить только в кавычках, потому что жертв много и с российской, и с украинской стороны.Война будет победоносной, так или иначе. Я предполагаю, что демилитаризация будет достигнута, а также будет денацификация. Как мы делали в Германии и в Чечне. Украинцы станут к нам намного миролюбивее и дружелюбнее».

Но пока российским военным пришлось отступить после того, как они месяц держали Киев в осаде . Не похоже, что военная операция идет так хорошо, не так ли?
«Это крупная военная операция, поэтому в ее проведении есть секреты.Что, если Киевская операция должна была отвлечь украинские силы и удержать их от главного театра военных действий на юге и юго-востоке? Может быть, это был план. Более того, российские войска были очень осторожны, чтобы не поразить гражданские цели, мы использовали только 30-35% смертоносного оружия, которое могли применить. Если бы мы использовали все, это означало бы разрушение украинских городов и гораздо более быструю победу. Мы не занимались ковровыми бомбардировками, как американцы в Ираке. Финалом, вероятно, станет новый договор, может быть, с Зеленским.Вероятно, это означало бы создание на юге и юго-востоке Украины страны, дружественной России. Может быть, будет несколько украин. Но на данном этапе это невозможно предсказать, потому что, конечно, это история с открытым концом. Мы в тумане войны».

Имеются явные доказательства того, что русские убивали гражданских лиц в Мариуполе, Буче и других местах. Это очень похоже на военные преступления и преступления против человечности, и они были преднамеренными.Должны ли они преследоваться?

«История с Бучей полностью инсценирована, это провокация».

Совсем не похоже на постановку.
«Я смотрел фотографии и уверен на 99%. А больше вообще идет война и страдают мирные жители. Мы знаем, что украинские неонацистские силы используют мирных жителей в качестве живого щита, особенно в Мариуполе. У нас с тобой разные картинки».

Скорее наоборот: российская армия не пропускала гуманитарные коридоры.
«Мы открыли их. Они были заблокированы националистическими силами. Я знаю, как действует наша армия, но, конечно, это война. Нас ждет трагедия».

Ожидали ли вы такого уровня сплоченности между Европой и США?
«Ну, сплоченность рухнет из-за проблем Запада. Но пока они организовывались еще до этого конфликта. Запад терпит неудачу и теряет свои позиции в мире, поэтому ему нужен враг — на данный момент врагом являемся мы.Я не думаю, что единство продлится долго, Европа не совершит самоубийство, решив потерять свою независимость. Надеюсь, наши европейские соседи оправятся от этого головокружения ненависти».

Вы говорите так, будто эту войну начала какая-то другая страна, на самом деле ее начала Россия.
«Я не был за этот конкретный сценарий, но это произошло. И я поддерживаю свою страну. Запад совершил несколько агрессий. Мы сейчас на одном моральном уровне, мы равны, мы поступаем более-менее как вы.Я сожалею, что мы потеряли наше моральное превосходство. Но мы ведем экзистенциальную войну».

Санкции ужесточаются. Станет ли Россия более зависимой от Китая?
«В этом нет сомнений: мы будем более интегрированы и зависимы от Китая. В нем есть положительные элементы, но в целом мы будем гораздо более зависимы. Я не очень боюсь стать пешкой Китая, как некоторые страны ЕС стали пешками США. Во-первых, у россиян есть основной ген суверенитета.Во-вторых, мы культурно отличаемся от китайцев, я не думаю, что Китай мог бы или хотел бы нас обогнать. Однако мы недовольны ситуацией, потому что я бы предпочел иметь лучшие отношения с Европой. Но китайцы наши близкие союзники и друзья и самый большой источник русской силы после самих русских. Мы являемся источником их силы. Я бы предпочел прекратить это противостояние с Европой. Моим расчетом было создать безопасный западный фланг, чтобы более эффективно конкурировать в азиатском мире завтрашнего дня».

Вы заявили, что Китай, а не Россия, выйдет победителем в этой войне. Что ты имел в виду?
«Мы победим, потому что русские всегда в конце. Но при этом мы многое потеряем. Мы потеряем людей. Мы потеряем финансовые ресурсы и станем на время беднее. Но мы готовы пойти на жертвы, чтобы построить более жизнеспособную и справедливую международную систему. Мы говорим об Украине, но мы действительно хотим построить другую международную систему, чем та, которая возникла после распада Советского Союза и, в свою очередь, сейчас разваливается.Мы все сейчас погружаемся в хаос. Мы хотели бы построить Крепость Россия, чтобы защитить себя от этого хаоса, даже если мы беднеем от этого. К сожалению, хаос может овладеть Европой, если Европа не будет действовать в соответствии со своими интересами. То, что сейчас делает Европа, абсолютно самоубийственно».

Это угроза? Вам не кажется, что ядерное сдерживание все еще действует?
«Мне известно, что официально США при определенных обстоятельствах могли использовать ядерное оружие для защиты Европы и якобы могли воевать для защиты Европы от ядерной сверхдержавы.Это может произойти с вероятностью 1%, поэтому мы должны быть осторожны. Но если американский президент примет такое решение, вызывающее сокрушительную реакцию, это будет означать, что он сумасшедший».

Эта война не выглядит устойчивой, в том числе и для России. Это не может продолжаться долго. Какие есть элементы, чтобы договориться хотя бы о реальном прекращении огня?
«Во-первых, Украина должна быть полностью демилитаризованной нейтральной страной — никакого тяжелого вооружения, ради чего бы ни осталась Украина. Это должно быть гарантировано внешними силами, в том числе Россией, и никакие военные учения не должны проводиться в стране, если против этого выступает один из гарантов.Украина должна быть мирным буфером, который, надеюсь, вернет часть систем вооружений, развернутых в последние годы».

Украина нуждается в гарантиях безопасности, она должна уметь защищать себя, иначе она больше не будет суверенной страной .
«Извините, но Италия и большинство европейских стран тоже не могут себя защитить».

Они из НАТО…
«Экономили на безопасности. Вот так они попали в такое неловкое положение, что Европа не считается серьезным игроком в мире.Швейцария и Австрия нейтральны, но в безопасности. Так может и Украина».

Вы понимаете, что после того, что вы только что сказали, дебаты в Италии переместятся в сторону увеличения инвестиций в оборону?
«Добро пожаловать. Одна из серьезных ошибок европейцев последних десятилетий заключается в том, что они не инвестировали в свою безопасность в соответствии со своим идеалом вечного мира. Но я думаю, что европейские страны должны быть в состоянии защитить себя, потому что они имеют реальные угрозы, исходящие с юга, и мир становится очень опасным местом, поскольку международные отношения рушатся.Вопрос больше в том, против кого Италия хотела бы вооружиться. Против России? Ну, это было бы безумием. Но вам нужна более мощная военная сила. Вы живете в очень опасном месте в мире. Если вы зависите от Америки, вы продаете свою безопасность и суверенитет, потому что у американцев есть свои интересы».

Похоже, что ЕС движется к сокращению зависимости от российских энергоресурсов – сначала угля, затем нефти и, наконец, природного газа. Вы ожидали этого?
«Надеюсь, вы не склонны к суициду.Конечно, это нанесет ущерб и России, но Европа подорвет ее экономику и ее социальное положение. Я надеюсь, что этого не произойдет, потому что вы можете просчитать свои собственные интересы. Если вам не нужен наш уголь, мы продадим его в другом месте. Если вам не нужна наша нефть, через время и некоторые потери, мы продадим ее в другом месте. А если не хотите газ, ну-ну, мы тоже можем в итоге его перенаправить, помучившись. Россияне сейчас поддерживают Путина на 81%, люди готовы к трудному периоду».

Как вы думаете, Италия и Европа могли бы что-то сделать для заключения сделки?
«Непросто, учитывая ситуацию.Но что они могли бы сделать, так это попытаться остановить эту русофобию, сродни антисемитизму прошлых веков, этой сатанизации России, которая в итоге привела бы нас к худшему противостоянию, чем сейчас. Даже русская культура стирается в Европе новой культурой отмены».

От нашего партнера РСМД

Родственные

Дербент | Программа «Шелковый путь»

Дербент занимает западное побережье Каспийского моря, недалеко от устья реки Самур на юге и реки Рубас на севере, а также реки Суходол, которая образует узкие ворота между Каспийским морем и Кавказскими горами.Дербент сыграл важную роль в развитии Шелкового пути; он находился на Каспийском тракте, имевшем стратегическое значение, соединявшем Европу и Западную Азию.

Дербент претендует на звание одного из древнейших городов мира и самого южного города Российской Федерации. Считается, что ему 5000 лет, что было установлено в ходе археологических раскопок под руководством А. А. Кудрявцева.

Первые поселения появились здесь в эпоху ранней бронзы – в IV веке до н.э.Каспийские ворота — первое название Дербента в VI веке до н. э., упомянутое раннегреческим географом Гекатеем Милетским. Харес описал события VIII-VII веков до н.э., а также упомянул о крепости, существовавшей в районе Дербента с IV века до н.э. Геродот был одним из первых историков, подробно рассказавших о Каспийских воротах в V веке до нашей эры.

Значение Каспийского прохода сделало его стратегически важным для многочисленных кочевников и степных племен, таких как скифы, сарматы, монголы, аланы и др.Это был один из важнейших коридоров Шелкового пути как перекресток цивилизаций, соединявший Восток и Запад, Север и Юг морскими и сухопутными путями. Дербент был одним из важных городов на Шелковом пути.

Империя Селевкидов проявила большой интерес к этому городу, куда Селевк I организовал первую экспедицию в 290-281 годах до н.э. Лукулл и Помпей вели военную кампанию на Кавказе в 66-65 годах до н.э., и их целью был захват Дербента.

Согласно истории Дербента, крепость этого Прикаспия находилась под властью албанцев, персов, арабов и русских.Ключ от Дербента Петр I получил во время Персидского похода, известного также как «Лезгинский поход Петра I в Персию».

По мнению многих авторов, самым важным фактом в истории Дербента в составе Кавказской Албании было принятие христианства в 313 году. Так город стал государственным форпостом и главным христианским оплотом против зороастризма и других языческих религий.

Дербент претерпел большое развитие с V века до н.э. и крепость была построена для защиты Западной Азии от различных кочевников и степных племен.

При Йездигерде I в 439-457 годах крепость была построена на ранее существовавшем фундаменте, заложенном местным населением албанского происхождения. При Хосрове I Анушируване, при котором, согласно легенде, были построены стены. В 488-531 годах нашей эры более 60 километров стены были заменены стенами из сырой кладки (остатки которых сохранились до сих пор).

Крепость сохранилась до наших дней. От крепости, расположенной у подножия горного хребта, шли две стены, которые шли к морю и перекрывали проход Каспию, чтобы защитить город и торговый путь.

Новый этап развития города связан с нашествием арабов в VII веке н.э.; они смогли получить власть в Дербенте только при Масламе ибн Абд ал-Малике в 733-734 гг.

После завоевания Дербента арабами город стал крупным оплотом халифата на Кавказе, важным военным, политическим и идеологическим центром. Дербент был крупнейшим средневековым городом-портом, важным центром международной транзитной торговли между Востоком и Западом, Севером и Югом, с бурным ремесленным производством (гончарное, стеклодувное, металлургическое, ювелирное, камнеобрабатывающее и строительное, ткачество, ковроткачество, бумажное, шелк, мыло) и земледелие (земледелие, садоводство, выращивание шафрана, марены, хлопка, льна и др.). Караваны и корабли прибывали из Хорасана, Хорезма, Индии, Китая, России, Волжской Булгарии и др.

Свидетель эпохи великого переселения народов, один из главных опорных пунктов Великого Шелкового пути и выдающийся памятник оборонного зодчества Дербентский крепостной комплекс за 1500 лет своего существования охранял разные империи. В него входит крепость Нарын-Кала, представляющая собой две городские стены, полностью перекрывающие проезд и простирающиеся до самого моря, образуя порт.

В 2003 году ЮНЕСКО признала старую часть Дербента объектом Всемирного наследия.

ИСТОРИОГРАФИЯ ПЕРСИДСКОГО ПОХОДА ПЕТРА ВЕЛИКОГО 1722-1723 ГГ. И ЕГО ИТОГИ (К 300-ЛЕТИЮ) | Магарамов

Персидский поход 1722-1723 гг. Петра Великого — первая крупномасштабная внешнеполитическая операция Русского государства на Востоке, приведшая к установлению российской власти в Кавказско-Каспийской области. Сегодня мы находимся в трех веках от начала этой военной кампании.Приближающийся юбилей – хороший повод подвести итоги истории изучения этой военной операции Российской империи. Историографическое осмысление проблемы позволит проследить динамику исторической мысли по истории Персидского похода на протяжении почти трех столетий, выявить наиболее слабо разработанные аспекты, показать новаторские оценки авторов разных исторических эпох, актуализировать новые темы. Актуальность исследования обусловлена ​​также отсутствием историографического исследования даже в жанре статьи по истории Персидской экспедиции Петра I.В статье ставится задача историографического анализа имеющейся научной литературы по истории Персидского похода Петра I и его итогов, акцентируется внимание на спорных моментах и ​​противоречиях между концепциями и, главное, дается авторское мнение о путях преодоления выявленных проблем. и противоречия. Работа никоим образом не претендует на комплексное решение данной проблемы, так как добиться этого в рамках одной научной публикации невозможно в силу ее ограниченного объема.

Персидский поход Петра I стал отправной точкой в ​​изучении этнокультуры, истории, географии Кавказа, т.е. изучение края шло рука об руку с постепенным присоединением отдельных его частей к империи. Научные знания были необходимы для успешного осуществления военных экспедиций, для установления коммуникаций в торговых и военно-политических целях, для создания более эффективной системы управления. Примерно в это же время появляются первые исторические описания [1; 2; 3] похода и были подготовлены приобретенные русскими территории на Каспии.Научная значимость этих изданий заключается в том, что они написаны и составлены непосредственными участниками описываемых ими событий. При использовании этих произведений следует учитывать субъективность взглядов авторов.

В XVIII веке в области гуманитарных знаний эпохальным явлением стало создание многотомного труда И.И. Голикова «Деяния Петра Великого, мудрого реформатора России», в которой впервые использованы документы из архива Кабинета Петра Великого.Описание Персидского похода на документальном материале было освещено в восьмой части книги [4].

В XIX веке в связи с длившейся полвека Кавказской войной возрос интерес не только к событиям военных лет, но и к предшествующим военно-политическим действиям России в регионе. Первые специальные исторические исследования [5; 6; 7; 8; 9; 10; 11; 12] о походе императора в Прикаспий, которые являются ценными историографическими источниками.Многие из них были написаны на основе рукописных документов из личного архива царя, некоторые из которых впоследствии были утеряны или стали труднодоступными. Так, например, В.В. Комаров в своей работе опубликовал часть текста военно-исторического плаката 1779 г. «Описание похода императора Петра Великого в персидские провинции, лежащие у Каспийского моря», с иллюстрациями планов прикаспийских городов, крепостей и карта Каспийского моря. Археографическое издание этого же плаката из собрания Отдела рукописей Библиотеки Академии наук осуществила Л.Л. Муравьева [13].

Картографическая часть и иллюстрации плаката до недавнего времени игнорировались, тогда как рукописный текст и карта Каспийского моря, планы городов и крепостей составляют две тесно связанные части плаката 1779 г., составленного на основе источники, имеющие отношение к описываемым событиям [14]. Нам удалось восполнить этот пробел. В процессе работы над проектом РФФИ «Петр Великий в исторической судьбе Кавказско-Каспийского региона» в 2020 г. нами выявлен и опубликован весь военно-исторический плакат 1779 г. в сборнике документов «Западный Прикаспий как части Российской империи (1722-1735 гг.): собрание архивных документов.Махачкала: Мавраев, 2020».

Поход Петра в Прикаспий освещался в дореволюционной историографии в контексте изучения захватнических войн и установления русской власти на Кавказе. В своих работах историки XIX века Д.П. Бутурлин [15], П.Г. Бутков [16], В.А. Потто [17; 18] при освещении проблемы восточной политики России сосредоточить внимание на Персидском походе Петра I. Эти исследования преследовали в основном политическую цель – обосновать вторжение и установление Российской империи на Кавказе.Как известно, завоеванные Россией территории на западном берегу Каспийского моря были возвращены Персии в середине 30-х годов XVIII века. Оккупация Прикаспия русскими войсками преследовала две цели: экономическую — захватить закавказский путь, ведущий в Малую Азию и Индию, и политическую — не допустить выхода Турции к Каспийскому морю. Завоеванные прикаспийские территории оказались убыточными, несмотря на то, что «персидские» доходы медленно, но постепенно росли.Доход не покрывал расходов на содержание армии. Когда в Персию вновь пришла политическая стабилизация, а вместе с ней и гарантия того, что тюрки не будут допущены в Прикаспий, Российская империя сочла необходимым вернуть завоеванные прикаспийские территории Надир-шаху. Такую интерпретацию событий предложили военные историки П.Г. Бутков, В.А. Потто и др.

Повышенный в XIX веке интерес официальной российской историографии к Кавказскому региону, в частности к внешнеполитической деятельности Петра, привел к публикации ряда документов [19] по этому вопросу, содержащих ценные сведения о петровской поход и присутствие русской армии в районе Западного Прикаспия.

Политический аспект кампании освещается в книге Е.И. Козубского по истории города Дербента [20]. Автор сообщает данные о добровольной сдаче города и лояльности большинства его жителей к русским, приводит подробности о пребывании императора в городе, о назначении полковника А.Т. Юнгера как коменданта, квартал войск в крепости и прибрежной части гарнизона, о его командном составе и функциях. К сожалению, автор не приводит никакого обоснования похода, не делает вывод о причинах вывода русских войск из Прикаспия в середине 30-х годов XVIII в.

В дореволюционной историографии больше внимания уделялось военно-политическому аспекту похода Петра Великого, тогда как вопрос экономического освоения прикаспийских территорий оставался неисследованным. В начале советской эпохи Е.С. Зевакин посвятил свою работу изучению указанного аспекта [21]. Опубликовав в своем труде основные статьи доходов и расходов по отдельным прикаспийским регионам за восемь лет, с 1723 по 1731 год, автор приходит к выводу об эффективности экономической политики империи в регионе.В своем заключении автор учитывает только местные расходы. На наш взгляд, если прибавить общегосударственные расходы на боеприпасы, транспорт, строительство военных укреплений, а также затраты на рабочую силу, то о рентабельности не может быть и речи. Нерентабельность во многом была обусловлена ​​низким уровнем организации хозяйственного ведения на присоединенных территориях. Хозяйственная деятельность была возложена на военные власти, которые были некомпетентны в этой сфере. Никаких попыток освоить новые культуры, кроме виноградарства и шафранного дела в Дербенте и его земледельческом районе, организовать торговлю и транспорт не предпринималось.Поэтому вывод Е.С. Зевакина, основанного на неполных статистических данных, следует признать неточным.

Первым монографическим исследованием Персидского похода стала работа историка В.П. Лысцова [7], изданной на основании кандидатской диссертации. Опираясь на документы, в основном Российского государственного архива древних актов (РГАДА), автор подробно раскрывает предпосылки и цели похода Петра в Западный Прикаспий, кратко рассматривает его ход, освещает сложную международную обстановку в регионе.В.П. Лысцова ограничивается довольно узкими хронологическими рамками – 1722-1723 гг., так как широкая хронология значительно превышала бы объем и возможности кандидатской диссертации. Более того, по идеологическим соображениям автор не мог связать описываемые события с Гянджинским договором 1735 года, по условиям которого аннулировались все прежние достижения Российской империи, что в конечном итоге обесценило итоги Персидского похода Петра. Таким образом, данная работа не в полной мере освещает изучаемый вопрос.

Книга в целом была воспринята историками положительно, но с некоторой долей критики. Работая в то время деканом факультета истории и международных отношений МГИМО, кандидат исторических наук Л.А. Никифоров опубликовал подробный обзор в журнале «Вопросы истории» [22]. Рецензент считает необоснованным стремление автора выделить экономические цели и планы похода, продиктованные растущими «потребностями России в различном сырье, предметах роскоши и денежных средствах.» Эта постановка вопроса «очень удачно разбивается самим автором, когда во втором разделе книги он пишет об уязвимости России с юго-востока, о необходимости обезопасить российские границы, т. оборона. Действительно, правильнее было бы поставить эти причины похода на первое место». По этой причине «первую главу книги, противоречащую другим главам, следует признать неудачной», заключает рецензент [22, с.106-107].

В.П. Книга Лысцова, по крайней мере, за последние шесть десятилетий, осталась единственным монографическим исследованием Персидского похода Петра I, послужившим отправной точкой для разработки новых аспектов этой проблемы в последующий период.

Различные вопросы похода и пребывания русских войск на западном побережье Каспийского моря освещались в советской региональной историографии преимущественно с позиций совместной борьбы с турецкими и иранскими притязаниями [23; 24; 25].Выводы в этих трудах сводятся к тому, что какие бы цели не преследовал царизм, «присоединение прикаспийских провинций имело объективно прогрессивное значение, предохраняло Дагестан от поглощения Турцией, способствовало развитию производительных сил края и культурного его народов» [23, с. 124].

Историки закавказских республик, такие как В.Н. Левиатов, П.Т. Арутюнян, А.А. Абдурахманов, Г.Б. Абдуллаев, Г.Г. Пайчадзе, Ф.М. Алиев [26; 27; 28; 29; 30; 31] и другие рассматривают проблему с аналогичной точки зрения.Политика Российской империи на Кавказе истолковывалась из прагматических соображений как направленная на защиту соотечественников-армян и грузин от ирано-турецкого гнета; в царе видели освободителя от произвола восточных правителей. Авторы придерживаются позиции объективно-прогрессивного значения присоединения кавказских областей к Российской империи. Оставление Прикаспия русскими войсками объяснялось усилением Ирана, которому можно было безопасно передать прикаспийские районы.Ключевым моментом было не допустить, чтобы Турция получила доступ к Каспийскому морю. Последнее положение взято из дореволюционной историографической практики. В этих работах не учитываются цели Российского государства как молодой империи, стремившейся утвердиться в Прикаспийских районах и получить свои пути в восточные страны.

Значительным достижением дагестанской исторической школы советской эпохи в изучении проблем русско-дагестанских отношений XVII – начала XIX века следует считать создание двух сборников документов [32; 33].В них собраны ценные документы из архивов Москвы, Санкт-Петербурга, Тбилиси и Махачкалы об истории многовековых взаимоотношений России и народов Дагестана, в том числе о Персидском походе 1722-1723 годов и его итогах. Однако сам отбор документов вызывает определенные вопросы; документы по российско-дагестанским отношениям, не соответствующие официальной советской идеологии, в сборники не включались.

Встреча одного из влиятельных правителей Дагестана, шамхала Адиль-Гирея, с Петром Великим, заявившим о своей верности царю, и визит императора в дом шамхала в сопровождении министров и генералов описаны в небольшое издание Г.С. Федорова [34], составленный на основе «Экспедиционного журнала 1722 г.».

В период формирования собственных национальных историографических принципов в республиках бывшего Союза появились работы по истории взаимоотношений закавказских народов с Россией, которые в своих оценках коренным образом отличались от советской эпохи. При характеристике политики Петра в Прикаспии вместо прежней «помощи хозяйственному освоению», защиты «от грабежей и насилия иранских захватчиков и турецких наемников» даются новые, диаметрально противоположные оценки: «нашествие», «оккупация». , «захват территории Сефевидского государства и Азербайджана» [35; 36], а прежняя помощь России трактуется как осуществление собственных замыслов или стремление «поработить» закавказские народы [37].После обретения закавказскими республиками суверенитета их историки пытались показать, что план включения народов региона в состав Российской империи был ущербен, присоединение неэтнических территорий к империи было представлено с позиций известной концепции «абсолютного зла».

На рубеже падения советской и становления российской историографии в связи с изучением внешнеполитической истории Северного Кавказа XVIII века дагестанский историк Н.А. Сотавов обратился к проблеме Персидского похода Петра Великого. Один из разделов его труда называется «Каспийский поход Петра I и его итоги» [38]. На богатом архивном материале автор анализирует сложные русско-турецкие отношения, сложившиеся после похода императора. Саму кампанию и подписанные после нее русско-иранский Санкт-Петербургский договор 1723 г. и русско-турецкий Константинопольский договор 1724 г. автор считает началом нового этапа русской борьбы за решение кавказской проблемы [ 38, с.67]. В отношении этого утверждения наша точка зрения совпадает с мнением Н.А. Сотавова, главным образом потому, что Россия в то время предприняла реальные действия в Кавказско-Каспийском регионе спустя более чем столетие. Работы Н.А. Сотавова оказали значительное влияние на работы последующих поколений историков Дагестана в плане освещения истории Персидского похода и его внешнеполитической подоплеки.

В начале 1990-х вместо устоявшегося в историографии названия «Персидский поход» было введено понятие «Каспийский поход».Впервые это название употребил в отечественной историографии Н.И. Павленко [39, с. 429, 432]. После него Н.А. Сотавов широко применяет концепцию «Каспийского похода». Однако авторы никак не оправдывают введение нового названия похода в науку. Справедливости ради следует отметить, что и ранее предпринимались попытки ввести для похода новые названия – «кавказская» и «закавказская» [40], но безрезультатно. Анализируя большой массив документов федеральных и государственных архивов России по этому вопросу, мы не обнаружили названия «Каспийский поход» ни в одном из источников; наоборот, в документах поход именуется «персидским» или «низовым».Кроме того, поход был предпринят для завоевания областей, входивших в то время в состав Персии или находившихся в сфере ее влияния. Поэтому мы считаем, что определение «Каспийского похода», введенное вышеназванными авторами, не совсем соответствует исторической действительности.

Тем не менее, название «Каспийский поход» с начала 1990-х гг. постепенно стало утверждаться в региональном кавказоведении. С этой точки зрения дагестанский ученый-педагог М.Р. Гасанов [41; 42] обратился к изучаемой проблеме, считая этот поход одним из ключевых и судьбоносных этапов в истории русско-дагестанских отношений.

Аналогичных оценок придерживаются и авторы обобщающих научных публикаций, опубликованных в первом десятилетии нового века по истории народов Дагестана и Северного Кавказа, их многовековым связям и интеграции с Россией [43; 44; 45]. В этих работах наряду с устаревшими советскими подходами к оценке результатов кампании встречаются и новые интерпретации.Таким образом, оставление Россией в середине 30-х годов XVIII века Прикаспийских областей объясняется «экономической невыгодностью сохранения отдаленных и бедных северокавказских земель в составе Российского государства». При этом учитывается политический фактор: «На отношения России с ее давними соперниками, Ираном и Османской империей, также повлияло изменившееся соотношение сил на европейской арене» [45, с. 43].

В постсоветской российской историографии отмечается повышенный интерес к походу Петра на Каспий, о чем свидетельствуют публикации, подготовленные на основе новых документальных данных о положении Корпуса Низового [46; 47; 48; 49], созданный для управления и интеграции региона в российское экономическое, политическое и правовое пространство.В этих публикациях значительно расширена источниковая база проблемы. В одной из своих публикаций М.А. Полиевктов вводит ценный архивный документ на немецком языке под названием «Замечания, склоняющиеся к истинной пользе вашего величества в тех завоеванных персидских провинциях, которые, по персидским трактатам, оставались за его величеством Россией». Документ представляет собой официальный меморандум, составленный от имени официальных властей, о возможности повышения доходности прикаспийских районов, в первую очередь Баку и Дербента, вошедших в состав Российской империи.По предположению исследователя, автором меморандума был Дж.Г. Гербера, составившего ее в 1732 г. [49, с. 527-534, 536] после оставления Гиляна русскими войсками. К сожалению, этот проект, предусматривавший целый комплекс мер по увеличению доходов от прикаспийских районов, остался на бумаге и не повлиял на хозяйственное ведение «вновь завоеванных» регионов.

Кандидатские диссертации последних двух-трех десятилетий по различным аспектам истории Кавказа и его отношений с Россией в первой половине XVIII века отчетливо свидетельствуют о возросшем интересе к теме Персидского похода Петра Великого [50; 51; 52; 53; 54; 55].Многие из них остаются приверженными советским подходам, а поход императора видится как защита кавказских народов от тирании Ирана и Турции, укрепление юго-восточных границ; некоторые авторы даже приписывают походу оборонительный характер.

Значительный вклад в историографию Персидского похода и его итогов внес видный русский историк И.В. Курукин [56; 57; 58; 59; 60; 61]. На основе новых документальных данных из федеральных архивов страны исследуются различные аспекты проблемы, связанные с системой имперского опыта управления регионом, выстраиванием контактов между русскими и местным населением.В результате исследования автор приходит к очень важному выводу о том, что «рассеянные на значительной территории русские войска столкнулись с неприятием иностранного господства в стране с устойчивыми традициями государственности и с трудом могли поддерживать порядок в оккупированных провинциях» и в результате «молодая (Российская – авт.) империя была еще не готова к освоению отдаленных прикаспийских провинций и управлению ими» [58, с. 768]. Этот вывод, существенно отличающийся от выводов, сделанных предыдущими исследователями, характеризуется новаторством и подтверждается документальными данными.

Поход Петра I в 1722-1723 гг. в Западный Прикаспий и Кавказ, приведший к завоеванию края, а также дальнейшая судьба Корпуса Низового и политика России в этом регионе до конца XVIII века стал предметом углубленного изучения в монографическом труде И.В. Курукин [61]. Это вторая монография в отечественной историографии после работы В.П. Лысова по истории Персидского похода Петра I и его итогам.Монографию отличает солидная источниковая база, сочетание документов федеральных архивов с редко публикуемыми источниками и малоизвестной историографией. Используя современные исторические подходы, автор рассматривает широкий круг вопросов, связанных с военно-политической кампанией 1722-1723 гг., заключением международных договоров с Ираном (1723 г.) и Турцией (1724 г.), установлением русско-турецкой границы, деятельность Низового (Персидского) корпуса по управлению и хозяйственному освоению империей западных берегов Прикаспия, быт русских офицеров и солдат.Многие авторские обобщения явились результатом поиска, выявления и анализа документальных данных. Среди них, в частности, мысль о том, что «планы Петра, как и во многих других случаях, опередили свое время. Страна еще не имела экономических возможностей для масштабного освоения заморских территорий, а призыв царя «строить компании» не получил отклика; Казаки и солдаты не могли заменить энергичных дельцов, матросов, купцов, судовладельцев, которых в самой России было мало» [62, с.274].

Военные события в Дагестане во время пребывания царской армии в крае, в частности карательные походы против шамхала Тарковского Адиль-Гирея, по данным И.В. Курукина, положило начало Кавказской войне. Автор считает «справедливым существование не одной (Кавказской войны. – Авт.), а нескольких таких войн в период с 1722 г. до подавления последнего великого восстания в Чечне и Дагестане в 1878 г., точнее, не так немало собственно войн как сопряжение разнородных и разновременных конфликтов, связанных с проблемами внутреннего развития горских обществ, их сопротивлением продвижению русских на Кавказ, борьбой русских властей с набегами, межнациональными противоречиями и непрерывными распрями, наконец , со столкновением различных цивилизаций и борьбой за раздел Закавказья между великими державами» [63, с.10]. Отнесение начала Кавказской войны к событиям петровской эпохи на Кавказе возникло в работах дореволюционных авторов. Таким образом, В.А. Потто обратил внимание на то, что «если отношения России с Кавказом восходят к древнейшим временам нашей истории, то первые шаги к его прочному завоеванию были сделаны еще Петром Великим, который указал России глобальные задачи, которые перед ней стояли. на Переднеазиатском Востоке в будущем» [63]. Если исходить из этой точки зрения, то следует отметить, что в предшествующий период, в частности на рубеже XVI-XVII вв., имели место вооруженные столкновения между русскими войсками и дагестанскими отрядами, что именно с этого времени начинается наступление России на Кавказе началось.Что же касается Кавказской войны, то ее следует рассматривать как самостоятельный процесс, как это уже установлено в историографии, следующий за включением Кавказского края в состав Российской империи, либо как завершающий этап аннексии, со специфическими хронологическими рамками.

Различные аспекты пребывания русской армии в Дагестане в 1722-1735 гг. нашли отражение в монографии и многочисленных публикациях дагестанского историка Н. Д. Чекулаева [64; 65; 66; 67; 68; 69; 70; 71; 72; 73; 74], некоторые из которых были подготовлены в сотрудничестве с другими исследователями.Исследовательская практика автора показала, что в региональных архивах, в частности в Центральном государственном архиве Республики Дагестан, хранится большое количество ценных документов о деятельности Корпуса Низового в Западном Прикаспии. Н. Д. Чекулаев и соавторы приводят сведения о комплектовании, продовольственном и медицинском обеспечении полков русской армии. На основе документальных данных рассматривается роль терских казаков в кавказской политике империи, вопросы комендантской службы и отправления правосудия в отдельных гарнизонах.

При всей ценности публикаций Н. Д. Чекулаева среди них есть и такие, в которых реанимированы старые дореволюционные подходы. Вслед за профессором И.В. Курукин, двухвековую историю русско-кавказского противостояния автор помещает в понятие «Кавказская война», относя начало войны к 1725-1726 гг., когда под руководством майора Генерал Г. С. Кропотов против дагестанского правителя шамхала Адиль-Гирея, предавшего царя[74].

Публикации Е.И. Иноземцева посвящены преимущественно экономической политике Русского государства на Кавказе в XVIII в. [75; 76; 77; 78]. Соединяя архивные документы с нарративными источниками, ей удалось исследовать роль и значение Каспийского торгового пути и Каспийского моря как контактной зоны в становлении и развитии экономических отношений между Российской империей и ее восточными соседями, показать организацию безопасного судоходства в Каспийском регионе, создания торговой инфраструктуры, показать процесс интеграции Западного Каспия в экономическую систему России.

Важным направлением в историографии рассматриваемой проблемы в последнее время стало изучение роли кочевых и оседлых народов юга России как союзников российской власти на Кавказе. В ряде публикаций рассматривается роль казаков и калмыков в русской военной компании в Западном Прикаспии в первой трети XVIII в. [77; 79; 80; 81]. Как известно, иррегулярные войска выступали в качестве карательных отрядов против непокорных кавказских и персидских правителей.Калмыцкий историк В.Т. Тепкеев показывает неоднозначность политики калмыцкого хана Аюки, когда он одновременно участвовал как союзник в походе русской армии на Дербент, и в то же время продолжал поддерживать добрососедские отношения с теми дагестанскими правителями, которые выступали против русского правительство. Когда предводителям калмыцкого войска было приказано преследовать жителей Эндирея, оказывавших сопротивление войску Петра I, калмыки тайно предупредили их «прятаться, где только можно» [82, с.18]. Однако следует отметить, что В.Т. Тепкеев использует новое название «Дербентский поход» для обозначения военной кампании 1722 г., которое по семантике не может охватить суть военно-политической операции Петра Великого.

Н.Н. Исследование Гаруновой посвящено проблемам реализации кавказской политики Российской империи и роли в этом процессе русских городов-крепостей, в том числе основанных в петровскую эпоху [83; 84]. Исследователь рассматривает роль Терского городка и Крестовоздвиженской крепости (последняя была основана по личному указу императора Петра Великого) как русских форпостов на Кавказе, а также проблемы колонизационной и переселенческой политики империи в регионе.Заметным явлением в историографии изучаемой проблемы стала еще одна публикация Н.Н. Гарунова, посвященная генерал-аншефу В.Я. Левашов [85] во время пребывания на Кавказе.

Историография личностей участников петровского похода 1722-1723 годов и деятелей Корпуса Низового до сих пор остается слабо разработанной историографической темой. Исторический персонализм в научных исследованиях, методологически связанный с проблемой роли личности в истории, может быть перспективным направлением в изучении заявленной проблемы.

Об актуализации не только отдельных аспектов, но и всей проблемы Персидского похода 1722-1723 гг. свидетельствует проведение международной научной конференции «Кавказ и Ближний Восток: от Каспийского похода Петра I до крушения Власть Надир-шаха» в Махачкале в 2020 году, посвященной 290-летию похода, с последующим изданием сборника статей. Среди большого количества публикаций выделим работы Н.Сотавов А. «Кавказские походы Петра I и Надир-шаха Афшара и их последствия для народов региона» [86], А.М. Магомеддаев, З.М. Амирова «Азово-Каспийские походы Петра I в контексте международной политики и нашествия Надир-шаха на Кавказ» [87], в которой Персидский поход рассматривается в контексте сложной международной обстановки в регионе, в совместно с другими внешнеполитическими компаниями императора.

В публикации чеченского историка Ш.А. Гапуров [88] поход Петра I рассматривается с точки зрения зарубежных авторов. Автор приходит к выводу, что «почти все зарубежные историки согласны в основном с мнением отечественных авторов о целях каспийского похода Петра Великого: получить выход к Каспию, установить на его побережье торговые фактории, установить торговые отношения с Индией. и другие восточные страны через Каспийское море, повернуть персидский шелковый торговый путь в Европу, пролегавший через Турцию и турецкие владения в Россию, превратив его в перевалочный пункт для восточной торговли с Европой и, наконец, воспрепятствовать выходу Турции к Каспийскому морю , захват Каспийского побережья, что представляло бы серьезную угрозу южным границам России.» Что касается причин неожиданного отступления самого императора и его армии, то иностранные авторы склонны рассматривать «самой важной причиной угрозу войны с Турцией» [88, с. 68]. Об этом, в частности, упоминали некоторые русские историки, такие как В.П. Лысцов, О.П. Марков, Н.А. Сотавов со ссылкой на турецких авторов. По этому вопросу историк И.В. Курукин пишет, что «находящиеся в нашем распоряжении указы и другие бумаги из Кабинета Петра не содержат сведений о прибытии кого-либо из турецких дипломатов в русский лагерь; эта тема не поднималась среди генералов на «совете» в лагере [62, с.102]. Кроме того, мы провели комплексное исследование петровского наследия в истории Кавказа в рамках гранта РФФИ и не обнаружили никаких документов на эту тему в центральных и региональных архивах. Таким образом, мысль о том, что поход императора был прерван из-за угрозы войны с турками, перекочевавшая из работ турецких авторов в работы отечественных историков, не имеет документального подтверждения.

Основы восточной политики Петра Великого занимают важное место в современном российском историографическом дискурсе.Об этом свидетельствует XI Международный петровский конгресс «Петр I и Восток», состоявшийся в Санкт-Петербурге в 2018 г., по итогам которого подготовлен сборник статей. Первый раздел сборника «Прикаспий и Персия» из двенадцати статей охватывает широкий круг вопросов политики императора в Прикаспийском регионе. Не менее шести статей этого сборника посвящены Персидскому походу. Это публикации ростовского историка П.А. Аваков [89] об участии донских казаков в походе, дагестанские историки М.С. Гаджиев, Э.И. Иноземцева, Н.Д. Чекулаева [90] о Дербентском гарнизоне корпуса Низового, Н.М. Сперанская [91] о журнале Персидского похода из библиотеки Вольтера и др., которые отличаются солидной источниковой базой, новаторскими подходами и оценками исследуемая проблема.

Наиболее информативна статья ведущего архивиста и историка Т.А. Лаптевой [92], написанной на основе документов собрания «Кабинета Петра Великого» из РГАДА.В публикации рассматривается деятельность коменданта Дербентского гарнизона корпуса Низового полковника А.Т. Юнгера («птенца петрова гнезда») за управление и хозяйственное освоение Дербента и его окрестностей, одного из немногих, кто продолжил дело императора после его смерти. Документы, опубликованные в качестве приложения к статье, представляют собой переписку коменданта с секретарем кабинета министров А.В. Макарова, выявить коменданта А.Т. Юнгера как опытного и эффективного управленца, заботящегося о делах империи в прикаспийских регионах.

Пребывание Петра Великого в Дербенте во время Персидского похода рассматривается в статье археолога М.С. Гаджиев [93]. Кроме того, в издании приведены графические материалы и фотографии XIX – начала XX века, на которых изображена землянка Петра I и колонное здание над ней, дан обзор археологических исследований на стоянке «Дом Петра I» в Дербенте.

Вопрос о походе Петра Великого 1722-1723 гг. и его итогах недавно был затронут в монографических исследованиях дагестанского кавказоведа в связи с освещением вопросов кавказской политики Российского государства, международных отношений на Северо-Востоке Кавказ в XVIII – начале XIX вв. [94; 95; 96].

Политическая ситуация в Дагестане и внешняя политика его правителей накануне похода исследуются в статье Ш.А. Магарамов [97]. Ф.Н. Статья Оруджева посвящена изучению влияния петровского похода на процесс формирования и укрепления пророссийской ориентации дагестанских политических элит [98].

В настоящее время происходит актуализация источниковедения по рассматриваемой проблеме в связи с двумя крупными датами: 2022 г., 350-летием со дня рождения Петра Великого и 300-летием Персидского похода.В 2020 году сборник архивных документов и материалов, подготовленный дагестанскими историками Е.И. Иноземцева, Ш.А. Магарамова и Н.Д. Чекулаева [99], включающие около 300 подлинных документов из государственных и федеральных архивов России. Документы впервые введены в научный оборот и позволяют реконструировать имперскую политику России в Западном Прикаспии в 1722-1735 гг. в международном контексте. Собранные документы освещают имперский опыт управления и хозяйственного освоения края, систему взаимодействия с местными элитами, раскрывают повседневную жизнь русских офицеров и солдат на побережьях Каспийского моря, трудности в функционировании Корпуса Низового, связанные с природным фактором и этнополитическим составом региона.

Авторы опубликовали серию научных работ, посвященных различным аспектам деятельности Петра I и Корпуса Низового в Прикаспии. Среди них публикации, посвященные финансово-хозяйственной деятельности Дербентского гарнизона Императорских войск [100; 101] и нереализованных планов Петра I по созданию сети торговых коммуникаций и инфраструктуры в Западном Прикаспии [102]. Следует также отметить совместную публикацию Ф.А. Полчаевой и Д.А. Касымова, в которой воссоздан образ Петра I в исторической памяти дагестанского населения. Следует также отметить новаторские идеи авторов в постановке проблемы. Их исследование выявляет неоднозначность восприятия личности Петра Великого современным дагестанским обществом: «С одной стороны, Петр Великий — захватчик, сжигавший слободы (в Утамыше и Эндирее), разорявшие села (в Нижнем Кайтаге). ) и зверски убивали их население. С другой стороны, это великий политик, повлиявший на развитие Российского государства на многие десятилетия вперед, сыгравший положительную роль в развитии российско-дагестанских отношений.Несмотря на эти диаметрально противоположные мнения, образ Петра I в исторической памяти народов Дагестана сложился принципиально положительный» [103, с. 897].

Таким образом, анализ всего комплекса историографических источников, изданных за почти три века, показывает, что в изучении Персидской кампании 1722-1723 годов и ее итогов достигнут значительный прогресс. В то же время оценки и выводы авторов дореволюционной и советской эпохи были сделаны в соответствии с господствующими в стране идеологическими линиями.В последние три десятилетия благодаря методологической эволюции исследовательских подходов появилась возможность по-новому взглянуть на, казалось бы, уже устоявшиеся оценки военно-политической кампании Петра Великого в Прикаспии. В науку введен большой фонд источников, позволяющих разрабатывать как самостоятельные аспекты проблемы, связанные с экономическим развитием империи Западного Прикаспия, деятельностью отдельных личностей, реакцией кавказских и персидских правителей на новые политические реалии.В современной исторической науке наблюдается тенденция к изучению проблемы с позиций русско-персидско-османского фронтира, выступавшего не только зоной конфликта, сопротивления, но и взаимодействия приграничных общин и их элит. Перспективным направлением может быть изучение отражения событий тех лет в исторической памяти населения Кавказско-Каспийского региона, в том числе образа Петра Великого и его полководцев – М.А. Матюшкина, В.В. Долгоруков, В.Я. Левашов и другие, являвшиеся непосредственными агентами российской политики в Прикаспийском регионе. Создаются условия для изучения проблемы с использованием таких методологических подходов, как история повседневности, военно-историческая антропология, исторический персонализм.

Каспийский конфликт вызывает опасения по поводу транзита энергоносителей

Лада Евграшина, Дмитрий Жданников — Анализ

БАКУ/МОСКВА (Рейтер) — Вооруженный конфликт между Россией и Грузией в сочетании с последствиями пожара на трубопроводе в Турции высветили хрупкость Кавказа как энерготранзитная зона.

Но Европейский Союз по-прежнему высоко ценит его как способ уменьшить свою зависимость от российской нефти и газа и как первый маршрут доставки энергии из Каспийского моря на Запад, минуя российскую территорию и пролегающую через Грузию.

«У России очень четкая стратегия, и она предпочла бы, чтобы европейский газ шел через Россию, а не через независимые страны», — сказал Дитер Хелм из Оксфордского университета. «Определенной попытки сорвать поставки нет… но беспорядки не бесполезны для России.”

Крупнейшие потрясения в регионе произошли до того, как в прошлый четверг разразился конфликт, когда Грузия отправила войска, чтобы отвоевать Южную Осетию, пророссийскую провинцию, которая сбросила грузинское правление в 1990-х годах.

На прошлой неделе по трубопроводу Баку-Тбилиси-Джейхан (БТД) прекратилось поступление около 850 000 баррелей сырой нефти в сутки после взрыва на территории Турции, ответственность за который взяла на себя курдская сепаратистская Рабочая партия Курдистана (РПК).

Трубопровод, по которому транспортируется высококачественная нефть из азербайджанского участка Каспийского моря, предположительно будет иметь пропускную способность 1.Источники сообщают, что в следующем году добыча 2 млн баррелей в сутки может быть закрыта на две недели.

Источники в отрасли сообщили в понедельник, что Азербайджан использовал железнодорожные и нефтяные танкеры для перенаправления некоторого количества сырой нефти, которая должна была быть перекачана по трубопроводу БТД, в турецкий средиземноморский порт Джейхан, но другие варианты были ограничены.

После бомбардировок Грузии приостановлены перевозки небольших партий грузов через черноморские порты Поти и Батуми.

Порты используются для экспорта нефтепродуктов другими экспортерами Каспийского моря, такими как Казахстан или Туркменистан, а также для экспорта азербайджанской нефти.

Экспорт азербайджанской, казахстанской и туркменской нефти и нефтепродуктов из и через Азербайджан в начале августа составлял около 1,3 млн баррелей в сутки. По данным трейдеров и государственных чиновников, в конце прошлой недели они упали до 350 000 баррелей в сутки.

Сбой оказал некоторую поддержку медвежьему рынку нефти на международных рынках.

Но ценовая реакция была сдержанной, так как свидетельство замедления международного спроса на нефть компенсировало перебои с поставками, и аналитики ждали, чтобы оценить полное влияние.

«Азербайджанская звезда еще не совсем погасла, поскольку неясно, насколько серьезным или продолжительным будет перерыв в поставках по этому коридору», — говорится в примечании банка UBS. «Также пока неясно, какие риски сейчас нависают над этим трубопроводом».

НЕОБХОДИМОСТЬ ДИВЕРСИФИКАЦИИ

Европейский Союз настолько стремится избежать чрезмерной зависимости от российских поставок, которые также оказались ненадежными в прошлом, что каспийские поставки сохраняют свою привлекательность. Европейский Союз полагается на Россию примерно на 25 процентов своих потребностей в газе.

Она поддерживает трубопровод Nabucco, который, как ожидается, будет введен в эксплуатацию в 2013 году и будет транспортировать каспийский газ в Турцию, а затем в Западную Европу.

Хелм сказал, что нынешний конфликт подчеркнул необходимость того, чтобы правительства заняли более жесткую позицию.

«Урок для Европы ясен. Nabucco и связанные с ним проекты не могут полностью отдаваться на откуп частным компаниям. Каспийские ресурсы нуждаются в защите со стороны правительств», — сказал Хелм.

Другие аналитики считают, что вероятность того, что конфликт приведет к нарушению работы магистральных газо- и нефтепроводов, проходящих через Грузию, остается низкой.

«Мы оцениваем очень низкую вероятность того, что трубопроводы будут затронуты. Это потребует значительной эскалации конфликта», — сказала Ана Желенкович из Eurasia Group.

Трейдер крупной западной компании, акционер трубопровода Баку-Джейхан, также заявил, что преждевременно делать пессимистичные выводы о перспективах экспорта азербайджанской нефти.

«Я бы не стал сильно истерить по этому поводу. Если трубопровод до Джейхана не возобновит работу в течение двух недель, это произойдет в течение трех недель.Турки поднимут охрану, русские вряд ли вмешаются, и все снова будет хорошо», — сказал он.

(чтобы просмотреть информационные блоки, нажмите на и и соответствующую историю отключения, нажмите на)

Дополнительный отчет Маргарет Оргилл, Голнара Мотевалли и Барбары Льюис в Лондоне

РОССИЯ i. Российско-иранские отношения — Encyclopaedia Iranica

РОССИЯ

я. Российско-иранские отношения до большевистской революции

Отношения между Ираном и Россией насчитывают более тысячи лет.До 18 века Иран и Россия относились друг к другу как к равным в своих спорадических торговых и дипломатических контактах. В царствование Петра Великого (годы правления 1682-1725) Россия начала осуществлять экспансионистские замыслы против Ирана, кульминацией которых в XIX в. стало присоединение иранских земель и агрессивное вмешательство во внутренние дела Ирана. К концу 19 века, успешно конкурируя с Великобританией, Россия добивалась концессий в Иране, предоставляла ссуды своим монархам, оккупировала иранские земли и манипулировала иранскими правителями, чтобы удовлетворить свое стремление к господству в Иране.

До Петра Великого . По сообщениям некоторых арабских географов, контакты между Ираном и Россией существовали уже в IX в. в области торговли (Эстари, с. 221, 226; Эбн-Хавкал, с. 392; тр., II, с. 382; Эбн Хордабех, стр. 154; Бушев, 1976, стр. 29-30). Главный торговый путь, соединявший Иран с древней Русью, проходил по Каспийскому морю и реке Волге. Монгольские нашествия в 13—14 вв. прервали торговлю, но в 14—15 вв. через Тверь, Астрахань и Среднюю Азию проложили новый торговый путь в Иран и Индию.Возрождение экономических и политических отношений между Россией и Ираном началось к середине 15 века. Русские купцы, отправлявшиеся в Иран, часто совмещали торговые миссии с дипломатическими поручениями своих правителей.

Освобождение от монголов городов Казанского (Казанского) ханства в 1552 г. и Астраханского ханства в 1556 г. царем Иваном IV (годы правления 1533-84) возродило торговлю между Ираном и Россией по Волго-Каспийскому пути и положило начало русской проникновение на Кавказ и в Прикаспий.В то время иранский экспорт в Россию включал шелковые и хлопчатобумажные ткани, вышитые ткани, рис, фрукты и индийские специи; Иранцы ввозили из России меха, янтарь, хрусталь, кожу, бумагу, металлы, а также европейские шерстяные ткани (Куканова, 1957, с. 244-45). В 1552-53 гг. Сефевидский Иран и Московское государство в России впервые обменялись послами, а с 1586 г. установились регулярные дипломатические отношения (Бушев, 1976, с. 36, 52). Антиосманская борьба служила основным общим политическим интересом Ирана и России на протяжении всего периода правления Сефевидов, с несколькими попытками заключить антиосманский военный договор.

К последней четверти XVII века дипломатические отношения между Ираном и Россией пошли на убыль после того, как Иран подписал мирный договор с османами в мае 1639 г. (Мохаррам 1049 г.), и Россия стала на сторону других европейских держав в борьбе против османов. В то же время Иран конкурировал с Россией и Османской империей за контроль над Кавказом (Аткин, стр. 3). В 1668-69 годах восставшие казаки под предводительством Стеньки Разина разоряли иранские берега Каспийского моря, грабя города и вырезая их жителей (Аткин, с.4). В целом, допетровское время, хотя иногда и возникали разногласия, Иран и Россия относились друг к другу как к равным, поскольку уровень их военного и политического развития был примерно одинаковым.

При Петре Великом (годы правления 1696-1725) . Петр Великий инициировал агрессивную политику в отношении Ирана. Хотя его в основном интересовало положение России в Европе, у него также были планы на восточные территории, включая Иран, Кавказ, Среднюю Азию и Индию.Уже в 1697 году Петр отправил Василия Кучукова в Иран с безуспешной миссией для учреждения должности постоянного представителя при сефевидском дворе. В 1707 году он попытался собрать информацию о положении в Иране и отправил письмо шаху Солтан-Хосейну через Исраэля Ори, армянского патриота, посланного в Иран Ватиканом (Бушев, 1978, с. 8-9; Локхарт, с. 63-65). В 1712 году в Москву прибыло великолепное посольство под руководством Фазл-Али-бека с огромной партией товаров и поручением договориться о правах иранских купцов в России.Иранским купцам были предоставлены некоторые налоговые льготы в России, но русские требовали, чтобы русским купцам разрешили свободно вывозить шелк из Ирана, в основном из Гиляна, и чтобы армянские купцы в Джульфе направляли свою торговлю шелком исключительно в Россию и через Россию (Куканова, 1957, стр. 234). Хотя Петр и пытался выудить из этого посольства некоторые сведения о внутреннем положении в Иране, ничего существенного его сотрудники не выявили (Бушев, 1978, с. 9).

В 1715-18 годах в Иран был послан молодой офицер Артемий Петрович Волынский для сбора сведений о войсках и крепостях, а также о политическом и экономическом положении там.Он также должен был убедить шаха Солтана-Хосейна заключить военный союз против османов и способствовать заключению торгового соглашения, признающего монополию России на торговлю шелком в Иране и торговлю России с Индией через Иран. По указанию Петра, задачей Волынского был сбор подробных сведений о Гилане и других прикаспийских провинциях Ирана, их гаванях, городах и особенно реках, впадающих в Каспий (Бушев, 1978, с. 23-24; Локхарт, с. 103-103). 4). Волынский записывал разведданные в секретном ежедневном журнале, создавая подробный отчет, который правильно предсказал крах государства Сефевидов.Он также успешно заключил первый торговый договор с Ираном, который предоставил русским купцам различные льготы, включая свободную торговлю шелком (Куканова, стр. 245-46; Локхарт, стр. 106-107; Аткин, стр. 4). По договору Россия также направила своих консулов ​​в Исфахан и Гилян.

Османская угроза ослабленному Ирану в сочетании с афганским вторжением и глубоким внутренним упадком убедили Петра Великого вмешаться, чтобы предотвратить появление османов на юго-восточных границах России.Петр имел значительный интерес к ресурсам прикаспийских провинций, включая шелк, фрукты, сахар, возможно, медь, железо, свинец и селитру (Куканова, 1957, с. 250). Нападение некоторых кавказских племен на Ширван, при котором несколько русских купцов были убиты, а другие потеряли имущество, дало Петру повод для нападения. За два месяца до того, как шах Солтан-Хосайн был свергнут афганцами, Петр вторгся на кавказское побережье Каспия во главе более чем 100 000 русских воинов. Он захватил Дарбанд и намеревался объединить силы с 30 000 грузинскими и 10 000 армянскими войсками (Каземзаде, 1991, с.318; Аткин, стр. 4-5; Локхарт, стр. 179 и далее). Однако русские потеряли 33 000 человек из-за болезней из-за необычно жаркого и влажного климата (Аткин, стр. 5): они также потеряли большую часть своих лошадей и испытывали острую нехватку снабжения. Поэтому они были вынуждены вывести свою армию, оставив несколько гарнизонов, бросив своих грузинских и армянских союзников и свои честолюбивые планы по присоединению прикаспийских провинций.

В 1723 году посланник шаха Тахмасба II, сына покойного шаха, подписал договор с Россией в Санкт-Петербурге.Петербурга, по которому Иран уступил России города Дербенд и Баку, а также провинции Гилян, Мазандеран и Астарабад. Шах Тахмасб отказался ратифицировать договор, но Россия сохранила гарнизоны в Дербанде, Баку и Гиляне. В 1724 году Россия подписала договор с османами, признавая османский контроль над Азербайджаном и большей частью Закавказья, в то время как прикаспийские провинции оставались под контролем России (Каземзаде, 1991, стр. 318-20; Гуревич, I, стр. 65-69; Локхарт, стр. 233-35, Аткин, стр.5). Однако большая часть территории Гиляна находилась вне фактического контроля России, и не было предпринято никаких попыток отправить гарнизоны в Мазандеран и Астарабад. Низкие доходы от шелка в Гиляне разочаровали россиян. Кроме того, около 100 000 русских солдат умерло, в основном от болезней, во время оккупации приморских провинций (Аткин, стр. 5). Петр Великий умер в 1725 г., а императрица Анна (годы правления 1730–1740 гг.) в Раштском (1732 г.) и Гянджинском (1735 г.) договорах согласилась вывести русские войска со всех иранских территорий (Hurewitz, стр.69-71; Локхарт, с. 348; Аткин, 5). После этого отношения между Ираном и Россией оставались ограниченными до конца 18 века, когда Екатерина Великая (годы правления 1762-96) возобновила экспансионистскую политику.

При первых Каджарах . Раздробление Ирана в 18 веке стимулировало стремление России установить свое господство на Кавказе и в прикаспийских провинциях Ирана. Политика Екатерины Великой также включала союз с грузинами-христианами и армянами на Кавказе, чтобы сдерживать повторяющиеся наступления Османской империи.В 1781 году русская экспедиция под руководством графа Войновича высадилась недалеко от Астарабада / Эстрабада, пытаясь создать базу на пути доступа в Индию. Они построили форт на берегу Астарабадского залива, но в течение нескольких месяцев были вынуждены Адамом-ханом Каджаром сровнять его с землей и уйти (Андреева, 2007. С. 39; Эхтемад-ас-Салтана, III, с. 1390- 91). Ада Мохаммад-хан, основатель династии Каджаров, в то время укреплял свою власть и хотел, чтобы его владения включали как кавказские окраины, так и побережье Каспийского моря.Стараясь не враждовать окончательно со своими русскими соседями, он отправил своего посланника в Санкт-Петербург, но Екатерина отказалась принять его, заявив, что не считает Аша Мохаммад-хана законным правителем Гиляна и Мазандерана (Аткин, стр. 34-35). .

Следующий эпизод вмешательства России в дела Ирана произошел в 1785-86 гг., когда правитель Гиляна Хедайят-Аллах-хан Гилани, соперник Аша Мухаммед-хана, обратился за помощью к Гилан.Взамен русские попросили Хедайят-Аллах-хана уступить порт Энзели (Энзели), но, поскольку Аха Мухаммад-хан не напал, Хедаят-Аллах-хан потерял интерес к защите России. В этот момент российские официальные лица в Энзели попросили Аха Мохаммад-хана напасть на Гилан и поддержали его оружием. Побежденный Хедайат-Аллах укрылся у русских, но вскоре они сдали его другому врагу, который предал его смерти (Аткин, стр. 34; Этемад-ас-Салтана, III, стр. 1399-400). Союз между русскими и Ада Мохаммад-ханом распался, когда русский чиновник потребовал крупную сумму денег за помощь в завоевании Гиляна и отказался поделиться сокровищами Хедайят-Аллах-хана, которые он якобы захватил.Затем русские поддержали Мортазаголи, брата-соперника Аша Мохаммад-хана, в то время как Аша Мохаммад-хан приказал заблокировать русское поселение в Энзели, что нарушило русскую торговлю. Русские также предприняли неудачную попытку покровительствовать другому претенденту, Али-Морад-хану Занду (Аткин, стр. 35, 37; Этемад-ас-Салтана, III, стр. 1402-405).

Грузины, которым угрожали османы и Аша Мохаммад-хан, попросили защиты у России, и в 1783 году был подписан Георгиевский договор, по которому Грузинское царство находилось под защитой России (Аллен, стр.210-11). В 1795 году Аха Мохаммад-хан, пытаясь воссоединить Иранскую империю, напал на Грузию и разграбил Тбилиси. Из-за ошибочных суждений местных русских полководцев русские не оказали своему союзнику никакой помощи, но в следующем году Екатерина отправила армию численностью от 10 000 до 30 000 солдат в поход против Аша Мохаммад-хана. Валериан Зубов, возглавивший войско, добился подчинения большинства ханов Восточного Кавказа, но оккупация продлилась меньше года. Сочетание плохого снабжения, неадекватного планирования, незнания местности и ненадежности местных ханов сделало решительное наступление на Гилян невозможным (Аткин, 37-42; Этемад-ас-Салтана, III, с.1429-30, 1434; Этезад-аль-Салтана, стр. 46–48; Аллен, стр. 213–214). Русская и иранская армии никогда не встречались на поле боя; в ноябре 1796 г. умерла Екатерина Великая, и ее сын и новый российский император Павел (годы правления 1796-1801) немедленно приказали войскам вернуться с Кавказа. Вся кампания была позорным провалом для русских. Недавно коронованный шах Ирана Аха Мохаммад-хан с триумфом вернулся на Кавказ, но был убит 17 июня 1797 г.1436-39; Этезад-аль-Салтана, с. 52). Его племянник и назначенный наследник, Баба Хан, сменил его на троне как Фатх-Али Шах (см.).

Русско-иранские войны . Ада Мохаммад-хан был последним иранским правителем, который смог сохранить представление о сотрудничестве с Россией «в терминах союза двух государей, а не подчинения вассала своему сюзерену» (Аткин, стр. 35). К XIX веку соотношение сил изменилось, империализм и колониализм открыли новую страницу в отношениях между Россией и Ираном.Россия вступила в XIX век как мощная евразийская империя с высоким международным авторитетом и сильным влиянием в европейских политических делах. Он завершил столетие вестернизации и перенял западные технологии и военные навыки. Российская территориальная экспансия теперь сочеталась с распространением политического суверенитета на покоренные народы в надежде, что колонии обогатят империю и что империя, в свою очередь, принесет цивилизацию и христианство подчиненным народам.

На протяжении 19 века русские относились к Ирану как к низшему «Востоку», смотрели на его народ свысока и высмеивали каждый аспект его культуры. Однако российская разновидность западного отношения к превосходству имела свою уникальную изюминку. Поскольку русская национальная идентичность была разделена на Восток и Запад, а русская культура включала в себя сильные азиатские элементы, русские чувствовали себя двойственно и даже неполноценно по отношению к западноевропейцам. Пытаясь компенсировать этот своеобразный комплекс неполноценности, они часто пытались доказать свое равенство перед западноевропейскими державами, подчеркивая свою европейскую принадлежность и приверженность христианству, а также подавляющим пренебрежением к иранцам.Эта тенденция очевидна в более чем 200 русских путевых заметках об Иране, опубликованных в XIX и начале XX вв., а также в дипломатических и других официальных изданиях (Андреева, 2007, с. 24-35).

При Фатх-Али-шахе и императоре Павле произошло незначительное улучшение отношений. Фатх-Али Шах направил России несколько дружеских нот, а Пол предпринял некоторые примирительные шаги, в том числе отмену запрета на использование иранских военных кораблей на Каспии, обещание не допускать российских военных кораблей к иранским портам и меры по улучшению российско-иранской торговли.Уникально для русского правителя, Павел считал, что иранцы и кавказцы могут иметь свои собственные законные интересы, отличные от интересов России. Пытаясь избежать конфронтации с Ираном, он отправил консула Скибиневского обратно в Энзели с указанием не враждовать с иранцами, а завоевать их «доверие и любовь» (Аткин, с. 54-57).

Одновременно надвигалась конфронтация, поскольку Иран и Россия претендовали на одни и те же территории на Восточном Кавказе. Под угрозой со стороны Фатх-Али-шаха Грузия обратилась за защитой к России в 1799 году, и в следующем году Грузия стала частью Российской империи.В марте того же года Павел был убит, и новым русским императором стал его сын Александр (годы правления 1801–1825) (Аллен, с. 214–215). Как и его отец, он считал, что граница России должна проходить по рекам Кура и Аракс. В отличие от своего отца, он смотрел на иранцев и других мусульман с презрением и изменил политику терпимости Павла. В 1801 году он подписал манифест императора Павла, согласно которому территории, находившиеся под властью двух Грузинских грузинских царств, вошли в состав Российской империи (Аллен, с.214-15).

В 1803 году Александр поставил князя Павла Дмитриевича Цицианова (в перс. Эшпохтор / Эшпохдор, Сисианоф) ответственным за кавказские дела, назначение, которое привело к началу первой войны с Ираном. Печально известная агрессивная империалистическая политика Цистианова на Кавказе сочеталась с его воинствующим европеизмом и сильным отвращением к терминам «азиатский» или «персидский», которые он использовал взаимозаменяемо (Аткин, с. 75; Каземзаде, 1991, с. 331-332). Он оказал сильное влияние на императора.Навязывая русское господство на кавказских территориях, Цитицианов пытался перенести границу России за реки Аракс и Куру, добивался присоединения Хоя, Тебриза и Гиляна. Казалось, он никогда не хотел смягчить свои невыносимо жесткие требования к местным правителям и всегда выступал против попыток мирного урегулирования с Ираном. За исключением Ширванского ханства, другие ханства подверглись военному завоеванию, в том числе Гянджа в 1804 г., Карабах, Шакки, Баку (перс. Бадкуба), Гобба и Дербанд в 1806 г., Талеш в 1813 г., Ереван и Наджаван в 1827 г. .Традиционное соперничество между местными правителями облегчало русские завоевания. Когда Цицианов напал на Гянджу в 1803 году, Аббас Мирза, наследник Фатх-Али Шаха и наместник Азербайджана, выступил на помощь хану, но опоздал. В середине января 1804 года Цитицианов взял цитадель штурмом, вырезал от 1500 до 3000 жителей, сделал Гянджу уездом Грузии и переименовал ее в Елизаветполь в честь супруги императора. Упоминание места по его старому названию стало преступлением, наказуемым штрафом, главная мечеть была превращена в церковь, а русский закон заменил исламский закон (Аткин, стр.82-86, 95, 96; Этемад-ас-Салтана, III, стр. 1468-69; Фасаи, I, стр. 686-88; Каземзаде, 1991, с. 332).

Прямое военное противостояние между Россией и Ираном стало неизбежным, поскольку Каджары видели в российской агрессии на Кавказе прямую угрозу своей там власти. Первая русско-иранская война (1804-1813 гг.) началась в июне 1804 г., когда Цицианов появился под Ереваном с 3000 войсками, но был отброшен Аббасом Мирзой, который встретил его с превосходящими силами в 18000 человек.В июле того же года русские осадили город, но были вынуждены снова отступить. В 1805 году русские предприняли безуспешную попытку взять Энзели, Гилян и Казвин (Аткин, стр. 120–121; Этемад-ас-Салтана, III, стр. 1470–73; Этезад-ас-Салтана, стр. 104–104). 5; Фасаи, I, стр. 687-88). Положение русских осложнялось их войнами против Наполеона (1805-07 и 1812-15) и Османской империи (1806-1812). Русское правительство было готово заключить мир в 1806 и 1808 годах, но обе стороны выдвинули требования, которые другая сторона считала нереалистичными, и война затянулась.Поскольку война России с Ираном была второстепенной по сравнению с войнами в Европе, у России никогда не было достаточного количества войск и припасов на Кавказе, а качество русской армии, включая ее подготовку и офицеров, часто было недостаточным. Кроме того, русские не смогли использовать свой каспийский флот для снабжения войск и нападения на прибрежные позиции и в суровом климате столкнулись с серьезными проблемами со здоровьем. Русская армия была лучше подготовлена ​​к обычным боям, но вместо этого ей приходилось сталкиваться с набегами иранских военных партизан и сопротивлением различных кавказских племен (Аткин, стр.101-9). Кроме того, серьезной проблемой в русской армии было дезертирство.

Для Ирана война имела первостепенное значение и ознаменовала его первое знакомство с активными контактами с европейскими державами. Надеясь получить помощь против российской агрессии, Фатх-Али-шах оказался втянутым в дипломатические интриги, результатом которых стало несколько соглашений с британскими, французскими и европейскими дипломатическими и военными миссиями, направленными в Иран, а также участие в попытках военных реформ в Иране. сначала под руководством французских, а затем британских военных инструкторов.Хотя обученная европейцами армия с помощью европейских офицеров и во главе с Аббасом Мирзой добилась определенных успехов в боях против русских в Талеше и Карабахе в 1812 году, иранцы не смогли выиграть войну. Они потерпели поражение с большими потерями в битвах при Асландузе и Ленкорани в 1812 году и потеряли около 5000 солдат из своей новой армии. Русскими войсками руководил генерал Котляревский, тяжело раненный под Ленкораном (Аткин, с. 138–139; Этемад-ас-Салтана, III, с.351-53; Сайкс, II, стр. 313–314). К 1813 г. Наполеон был изгнан из России; Россия и Великобритания снова стали союзниками; и при посредничестве Великобритании Голестанский договор (см.) завершил первую русско-иранскую войну в том же году.

Согласно договору, каждая сторона должна была оставить за собой земли, которые они занимали на момент подписания договора. Поэтому Иран уступил большую часть своих кавказских владений, в том числе Талеш и ханства к северу от рек Аракс и Кура, за исключением Наджавана и Еревана.Несмотря на подробное описание, граница четко не определена. В отдельном акте Ирану было позволено требовать изменения существующих границ и возвращения некоторых утраченных территорий (Кулагина и Дунаева, стр. 39; Гуревич, I, стр. 177-79; Этемад-ас-Салтана, III, стр. 1510). -16; Каземзаде, 1991, стр. 334). Кроме того, только России разрешалось иметь флот на Каспии. В договоре были некоторые положения для улучшения торговли между двумя странами. Договор также предоставил предлог для будущего вмешательства России в дела Ирана, подтвердив поддержку Россией законного наследника иранского престола.В целом договор был расплывчатым и не удовлетворял ни одну из сторон.

В 1814 г. Мирза Абуль-Хасан-хан Ильчи, иранский представитель, подписавший Голестанский договор, был отправлен в Петербург для переговоров о территориальных уступках Ирану, но его миссия не увенчалась успехом. В 1817 г. русское правительство направило в Тегеран для установления демаркационных линий генерала Алексея Ермолова (перс. Ермолов), героя войны с Наполеоном, главнокомандующего Кавказским ядром и гражданского администратора Кавказа и Астраханской губернии.Ожидалось, что он пойдет на некоторые незначительные территориальные уступки Ирану, прежде всего в Талеше или Карабахе, чтобы разрешить напряженные отношения между недавними врагами (Кулагина и Дунаева, с. 41). Ермолов, прославившийся своим деспотическим обращением с народами Кавказа, был убежденным сторонником агрессивной имперской политики России. Он все еще пребывал в эйфорическом состоянии после победы России над Наполеоном и смотрел свысока не только на побежденный Иран, но и на Западную Европу.Изучив завоеванные Россией территории, Ермолов пришел к выводу, что ни одна из этих территорий не может быть возвращена Ирану без ущерба для интересов России. Кроме того, его отказ соблюдать правила персидского этикета, снимать сапоги и надевать красные носки перед входом в резиденцию шаха и наследного принца оскорблял хозяев (Андреева , 2007, с. 54, 79; Каземзаде, 1991, стр. 335; Аткин, стр. 65, 153). Что еще хуже, он отдавал предпочтение Мохаммад-Али Мирзе Даулатшаху, старшему сыну Фатх-Али Шаха, а не Аббасу Мирзе.Когда Ермолов предложил союз против Османской империи, предложил, чтобы русские инструкторы обучали иранскую армию, и попросил предоставить русским войскам свободный проход для нападения на Хиву, ему было отказано по всем пунктам (Аткин, стр. 153-54). Ермолову удалось назначить демаркацию границы на 1818 г., но только в 1823 г. на границе начали работать специальные чиновники. Вскоре процесс был остановлен иранской стороной. Тем временем Аббас-мирза отправлял своих агентов в Ширван, Карабах и Дагестан, отошедшие к России, для поднятия мятежа против их новых правителей (Кулагина и Дунаева, с.42). В то же время он отправил Мухаммад-Хасан-хана в Петербург с дарами для Александра I и просил императора признать его наследником престола, в чем тот и преуспел. В 1825 году Александр I отправил посла в Иран, так как он был нужен ему для сохранения нейтралитета в случае новой русско-османской войны. Посол предложил вернуть территории в Талеше Ирану, но шах не впечатлился и отказался уступить Карабах и Грузию (Кулагина и Дунаева, с. 43; Каземзаде, 1991, с. 335-336).

Отношения между двумя странами стремительно ухудшались. Аббас Мирза готовился к повторной войне и, игнорируя реальность подавляющей военной и экономической мощи России, надеялся вернуть себе все уступленные кавказские территории. Его воодушевляли антироссийские настроения в потерянных провинциях, а внутри Ирана его поддерживали улемы. Фатх-Али Шах и Аббас Мирза возлагали большие надежды на договор с Великобританией, подписанный в 1814 году, обещающий британские войска или субсидию, если Иран подвергнется нападению со стороны европейской державы; только британские офицеры должны были обучать иранскую армию (Hurewitz, I, pp.199-201; Этемад-ас-Салтана, III, стр. 1520-24; Алгар, с. 89). С помощью Великобритании Аббас Мирза продолжал свои попытки модернизировать иранскую армию. Александр I умер в 1825 году, и после попытки переворота декабристов на российский престол взошел Николай I. Аббас Мирза отказался подписать акт о разграничении границ. Иранцы в одностороннем порядке сдвигали демаркационную линию дальше на север в нескольких спорных местах, изгоняя местных жителей и заменяя их иранцами, а в нескольких портах арестовывали русские товары и торговцев.Их английские советники и топографы составляли вводящие в заблуждение карты, что еще больше осложняло обстановку на границе (Кулагина и Дунаева, с. 43—44).

В том же году Николай I отправил князя Меншикова в Иран, чтобы сообщить иранскому государю о своем владычестве, мирно договориться о границах и вернуть некоторые территории в Талеше. Одновременно с миссией Меншикова Николай отправил лейтенанта Носкова со знаменитой хрустальной кроватью в подарок Фатх-Али Шаху. Великолепная кровать была поставлена ​​в Голестанском дворце, но миссия Меншикова провалилась; Иран готовился к войне (Андреева, 2007, с.69-70; Этемад-ас-Салтана, III, стр. 1569-70; Каземзаде, 1991, стр. 336-37; Этезад-аль-Салтана, с. 153). Англичане, чье влияние на шаха было в то время сильно, вели работу по провоцированию вооруженного конфликта и доставляли военное снаряжение в южные иранские порты. Российское посольство было встречено холодно и встретило серьезные трудности на обратном пути. 23 июня 1826 г. улемы призвали к священной войне ( jehād ) против России (Кулагина и Дунаева, стр. 44; Алгар, стр.89-90; Каземзаде, 1991, с. 336). Действия Ермолова также носили провокационный характер. В 1825 г. он отправил войска для занятия северного берега озера Гокча по пути в Ереван, а в мае 1826 г. занял Мирак в Ереванском ханстве (Каземзаде, 1991, с. 337). В июле Аббас Мирза напал на русских в Талеше, Карабахе и Армении, захватил Гянджу, Ленкорань, Ширван и некоторые другие районы и осадил Баку. Жители многих ханств, на которые претендовала Россия, восстали против своих новых хозяев.

К сентябрю наступление иранцев было остановлено, и Ермолова сменил генерал Пашкевич.Осенью 1827 г. русские войска продвинулись вперед и овладели Ереваном, Наджаваном и Аббасабадом; дорога на Тебриз была открыта, и вскоре после этого начались мирные переговоры. Во время переговоров в декабре 1827 года разразилась война между Россией и Османской империей. Османы предложили Ирану военную помощь против России. Фатх-Али-шах пытался использовать ситуацию в своих интересах в переговорах, но русские возобновили военные действия, захватили Урмию, Ардебиль и Миану и продвинулись в сторону Тегерана.Иран должен был принять все условия, выдвинутые Пашкевичем (Кулагина и Дунаева, стр. 46; Этемад-ас-Салтана, стр. 1571-81; Этезад-ас-Салтана, стр. 376-83; Аткин, стр. 156-58). ).

Торкманчайский договор, подписанный 22 февраля 1826 г. (14 раджаба 1241 г.), отразил новые отношения неравенства между двумя странами и служил основой их отношений вплоть до большевистского переворота в России в 1917 г. Он четко определил на местах Российско-иранской границы, которая оставалась неизменной до 1991 года.Помимо земель, уступленных по Голестанскому договору, Иран должен был уступить России Эриванское и Наджаванское ханства (Гуревиц, I, с. 231-37; Кулагина и Дунаева, 47; Эхтемад-ас-Салтана, III, с. 1581-92; Kazemzadeh, 1991, стр. 338-40; Watson, стр. 239-45). Хотя только России было разрешено иметь флот на Каспии, обе страны должны были использовать Каспий для торговли. Россия признала Аббаса Мирзу наследником престола. Дополнительный торговый договор позволял России открывать консульства в любом месте Ирана и предоставлял российским гражданам право на экстерриториальность.Чтобы усугубить унижение Ирана, Иран был вынужден выплатить огромную сумму в 20 миллионов рублей в качестве репараций. Аббас Мирза опустошил свою казну и расстался с большей частью своих ценностей, чтобы заплатить репарации (Аткин, стр. 159; Этешад-ас-Салтана, стр. 382; Экбал, стр. 27-28). Чрезвычайные налоги и сборы, взимаемые с иранцев, еще больше разжигали антироссийские настроения в Иране (Кулагина и Дунаева, с. 49).

Отношения после войн. Антироссийские настроения трагически проявились в убийстве посла России Александра Грибоедова (рис. 1) и всего его посольства (за одним исключением).Автор знаменитой комедии « Горе от ума » Грибоедов был назначен русским посланником в Тегеран в 1828 году и ему было поручено выполнение Торкманчайского договора, в том числе освобождение и возвращение русских военнопленных. Он также пытался навязать Ирану войну против Османской империи, чтобы поддержать русских. Наиболее распространенная версия этого скандального события состоит в том, что Грибоедов дал убежище в русской миссии Аша Якуб-хану, важному евнуху армянского происхождения на службе у шаха и распоряжавшемуся крупной суммой денег, принадлежавшей царскому двору.Люди Грибоедова разыскивали женщин грузинского и армянского происхождения и доставляли их в резиденцию Грибоедова. Подстрекаемый Ашей Якубом, он потребовал, чтобы ему были переданы две грузинские женщины, принявшие ислам и находившиеся в гареме Аллахьяр-хана Асаф-ад-Даула, известного аристократа, связанного с царской семьей. Так было приказано Аллахьяр-хану, и женщин отвели в резиденцию Грибайдофа. Распространился слух, что их вынудили отказаться от ислама. 11 февраля 1829 года толпа, спровоцированная Хаджи Мирзой Масихом Астарабади, видным религиозным авторитетом ( моджтахед ) в Тегеране, штурмовала российскую миссию и убила всех членов миссии, кроме одного человека, который смог спрятаться.Несколько коллег Грибоедова, в том числе Иван Симонич и Александр Дюгамель, оба служившие русскими министрами в Тегеране после Грибоедова, позже обвинили его в высокомерном и даже унизительном поведении по отношению к шаху и его министрам. Они утверждали, что держать женщин в здании русской миссии было неуважительно и невежественно со стороны Грибоедова. Хосров Мирза, один из сыновей Аббаса Мирзы, был отправлен в Санкт-Петербург с подарками, чтобы извиниться перед императором. Князь был радушно принят в Санкт-Петербурге.в Санкт-Петербурге и получил прощение, так как Россия, воевавшая тогда с османами, не была готова начать новую войну с Ираном (Андреева, 2007, с. 147-48; Алгар, с. 94-99; Эхтемад-ал- Saltana, III, стр. 1594-96; Eʿteżād-al-Saltana, стр. 160-62, 383-84; Fasāi, I, стр. 736-39; Watson, стр. 248-57; Kazemzadeh, 1991, стр. 338-40; Т. Адамият, стр. 35-37; Келли, стр. 183-94).

В 1830-х годах вокруг Герата на западе Афганистана, города, который был ключом к стратегическому и военному господству в регионе, возникла непростая ситуация.Воодушевленный русскими, Аббас Мирза готовился напасть на город, но он умер в Машаде в Джомаде II 1249 г./октябре 1833 г. Его сын Мохаммад Мирза был провозглашен наследником и взошел на престол в 1834 г., после смерти Фатх-Али. Шах (Этемад-ас-Салтана, III, стр. 1614-16, 1620-21; Этезад-ас-Салтана, стр. 172-75, 392-93; Уотсон, стр. 268-69). Ян Виткевич, знаток среднеазиатских и ближневосточных языков, был назначен к российскому полномочному посланнику графу Симоничу.Ему удалось заключить союз между Тегераном, Кабулом и Кандагаром, который Симонич гарантировал от имени Российской империи. В 1837 году, когда Мохаммад-шах осадил Герат, Симонич и другие члены Русской миссии пытались ему помочь. Заметную роль в обороне города сыграл британский офицер Элдред Поттингер.

Британцы восприняли установление иранского, а значит и российского присутствия в Афганистане как опасность для Индии, поэтому разорвали отношения с Ираном и пригрозили войной.В июне 1838 года они заняли остров Харг в Персидском заливе. В сентябре Мохаммад-шах ушел из Герата. Великобритания также инициировала активную кампанию против России, обвинив ее в заговоре с целью завоевания Индии. Российское правительство пыталось объяснить, что их действия были неверно истолкованы. Симонич стал козлом отпущения, и его заменил Александр Дюгамель, которому было поручено сохранить статус-кво в Иране, избегая прямой конфронтации с Великобританией. «Дружеские» отношения между Россией и Великобританией вскоре были восстановлены (Андреева, 2007, с.70-72; Этемад-аль-Салтана, III, стр. 1638-42; Хормуджи, стр. 26-27; Роулинсон, стр. 47-49, 56-57; Уотсон, стр. 296 и далее).

В том же 1838 году русский капитан Альбрант смог вернуть в Россию большую часть русских дезертиров, проживавших в Иране. Русские начали бежать в Иран в самом начале XIX века, когда Россия установила там свое военное присутствие. Дезертирство солдат было обычной проблемой в русской армии, где крепостные крестьяне призывались на двадцать пять лет, служили в соответствии с заведомо суровой дисциплиной и часто терпели плохое снабжение продовольствием и голод.На Кавказе было относительно легко оторваться, так как граница была пористая. В Иране дезертиров с готовностью принимали на службу Аббас Мирза и другие иранские официальные лица. В начале XIX века Аббас Мирза сформировал из русских дезертиров, главным образом из русской армии в Грузии, русский батальон под названием Бахадоран под командованием некоего Самсона Яковлевича Макинцева, ставшего известным как Самсон-хан (Андреева, 2007, с. 60). . Солдаты батальона славились дисциплиной и бесстрашием и использовались иранским правительством в борьбе с турками, афганцами, курдами и османами.

После смерти Аббаса Мирзы Русский батальон продолжал служить Мохаммад-шаху. Информация об их численности неточна: скорее всего, батальон насчитывал от 1500 до 2000 человек. Для российских властей существование Русского батальона было источником раздражения, политических затруднений и практических неудобств, а также привлекало и вдохновляло новых дезертиров. Согласно Голестанскому договору, все военнопленные подлежали возвращению, а сбежавшие могли вернуться.В 1826-27 лейтенант И. Носков вернул 250 русских военнопленных. Неожиданно они были преподнесены ему Фатх-Али Шахом в подарок (Андреева, 2007, с. 60-63). По Торкманчайскому договору все военнопленные подлежали освобождению и возвращению. Ни одна из сторон не должна была требовать возвращения дезертиров и беглецов, а Иран не разрешал размещать вблизи российской границы российских дезертиров, служащих в иранских вооруженных силах.

В 1837 году Николай I путешествовал по Кавказу и во время встречи с Мирзой Таки-ханом Амир-е Незамом (будущий Амир Кабир, кв.v.), просил распустить батальон и вернуть русских солдат в Россию. В случае отказа Мохаммад-шаха выполнить это требование в течение шести месяцев российский посланник в Тегеране должен был покинуть Иран вместе со всеми членами миссии. Мохаммад-шаху пришлось согласиться, и в 1838 году капитану Альбранту было поручено отправиться в Иран в 1838 году и сопроводить дезертиров обратно. Всего из Тебриза он отправил 327 человек, включая дезертиров и членов их семей. Из Тегерана он вернул большую часть русского батальона, 385 человек с семьями.Самсон-хан продолжал служить иранским правителям и даже сформировал новый полк дезертиров. После его смерти в 1850-х годах в Иране не было другой русской воинской части. Во второй половине XIX века бежали только отдельные дезертиров, но их число было невелико и исчислялось десятками. Российские официальные лица обвинили местные иранские власти в том, что они приветствуют дезертиров и не жалеют усилий для их возвращения. Дополнительная конвенция к Торкманчайскому договору о дезертирах, подписанная в 1844 г., предусматривала, что гражданам обеих стран не разрешается пересекать границу без паспортов и официального разрешения их правительства; нарушившие это правило подлежали аресту (Андреева, 2007, с.60-63; см. также Берже).

Установив свое господство на западном берегу Каспия, Россия стала поглядывать на его восточный берег. В 1820-30-е годы в этот район направлялись русские экспедиции для изучения его социально-экономического и политического положения. В 1838 году иранское правительство обратилось к России с просьбой направить в Астарабадский залив два военных корабля, чтобы подавить мятеж туркменского лидера Киата. Воспользовавшись случаем, Россия отправила свой флот и к 1842 году основала станцию ​​на острове Ашурада в Астарабадской бухте.В 1846 году в Астарабаде было открыто русское консульство. В том же году на полуострове Мангышлак был построен русский форт Ново-Перовское (Александровское). В 1849-50 годах на Каспии начала свою деятельность русская судоходная компания «Меркурий» (Кулагина и Дунаева, с. 54-55; Роулинсон, с. 136-39; Ф. Адамият, 1975, с. 482 и сл.).

К середине XIX века международное положение России стало меняться. К тому времени Россия отставала от Западной Европы в своем техническом и военном развитии.Внутренняя слабость привела к дипломатическим неудачам, за которыми последовало унизительное поражение в Крымской войне против союзных войск Англии, Франции, Турции и Сардинии (1853-56). Роль России в европейской политике уменьшилась, а ее политика в отношении Средней Азии и Дальнего Востока приобрела большее значение. Только там Россия еще могла успешно конкурировать с западноевропейскими державами. Русское военное продвижение в Среднюю Азию началось в 1860-х годах, и к 1873 году территории Кокандского (Кокандского), Бухарского и Хивинского ханств стали российскими.В 1873 году Насер-ад-Дин-шах посетил Россию и предложил России и Ирану объединить усилия для «усмирения» туркменских племен. По словам российского министра в Тегеране А. Ф. Бергера, в следующем году он снова предложил свою помощь, но российское правительство отклонило его предложение. Однако во время военных действий России в Средней Азии Иран поддерживал русскую армию поставками продовольствия и фуража (Кулагина и Дунаева, стр. 58–59; Роулинсон, стр. 169–71, 313–315; , III, стр. 1939 и далее., 1951). После падения Геок-Тепе в 1881 году большая часть туркменских территорий Закаспия перешла под власть России.

В том же году была подписана конвенция о русско-иранской границе к востоку от Каспийского моря, по которой граница проводилась в основном по реке Атрак (текст Крауссе, стр. 360-62). Оазисы Атрак и Марв теперь отделяли российскую Среднюю Азию от иранского Хорасана, а миграции турок-йомудов между русскими и иранскими территориями вызывали конфликты между двумя странами.Согласно Конвенции 1881 г., Россия назначила своих представителей в приграничные иранские города Кучан, Бойнурд и Мохаммадабад. В 1883 г. в дополнение к Конвенции 1881 г. был подписан секретный договор, давший России право занять Хорасан в случае угрозы Закаспийской железной дороге. В 1884 г. Россия приобрела Марв, а в следующем году Сарас. Британцы были встревожены и пытались вмешаться, чтобы предотвратить продвижение русских. Конвенция 1893 года определила остальную часть русско-иранской границы и разработала дальнейшие правила использования водных ресурсов (Кулагина и Дунаева, стр.62-66, 68-69; Роулинсон, стр. 169–71, 313–315; Керзон, 1966, I, стр. 193-95; Бахаш, стр. 218-20).

« Отличная игра ». С 1860-х до начала 20 века Великобритания стала важнейшим соперником России на международной арене. Растущее присутствие России на Кавказе и ее неуклонное продвижение в Среднюю Азию встревожило британцев, которые в первую очередь были озабочены защитой Индии от других великих держав. Соперничество России и Великобритании за господство в азиатской политике стало известно как «Большая игра».Географическое положение Ирана на границах России, Индии и Персидского залива превратило его в естественную мишень в политической борьбе между Россией и Великобританией, в одну из «фишек на шахматной доске, на которой разыгрывается игра за господство мира» (Керзон, 1966, I, стр. 3-4). Политические и стратегические интересы имели первостепенное значение как для Великобритании, так и для России, хотя они также были заинтересованы в иранской торговле, а во второй половине XIX века — в концессиях и займах.Великобритания была в основном озабочена сохранением формальной независимости и целостности Ирана, чтобы защитить Индию. Россия, лишив Иран его кавказских и закаспийских территорий, имела дальнейшие экспансионистские планы на северный и северо-восточный Иран, особенно на Хорасан. Обе имперские державы стремились оказать как можно большее влияние на правителей Каджаров, чтобы доминировать в Иране и дать отпор там своим соперникам.

Монархи Каджаров не смогли противостоять европейскому давлению.Вместо этого Фатх-Али Шах (годы правления 1797–1834), Аббас Мирза и Мохаммад Шах (годы правления 1834–48) пытались, по большей части безуспешно, использовать соперничество между ними. Насер-ад-Дин Шах (годы правления 1848–1896) поощрял иностранные уступки в Иране в надежде, что они помогут модернизировать страну, но, как и другие правители Каджаров, недооценивал необходимость радикальной финансовой и административной реформы в Иране. чтобы эта политика была успешной. Формально Иран так и не стал колонией, в основном из-за соперничества между Россией и Великобританией; баланс сил между Россией и Великобританией имел особое значение для сохранения целостности Ирана.Однако с течением времени суверенитет Ирана становился все более и более ограниченным.

Перетягивание каната между Россией и Великобританией за уступки привело к усилению экономического посягательства двух империй на Иран, препятствуя сбалансированному развитию его экономики. Одним из ярких примеров стало блокирование строительства железной дороги в Иране. Начиная с 1870-х годов и Великобритания, и Россия оказывали давление на иранских монархов, чтобы они предоставили им концессию на железную дорогу и отказали друг другу во власти.В результате интересы Ирана полностью игнорировались, и, за исключением нескольких незначительных отраслей, строительство железных дорог вплоть до окончания 1-й мировой войны находилось под мораторием (см. Каземзаде, 1957; см. также ЖЕЛЕЗНЫЕ ДОРОГИ i).

Сопротивление России, усиленное безразличием британского правительства, привело к отмене широкой концессии на промышленное развитие, предоставленной британскому подданному барону Юлиусу де Рейтеру в начале 1870-х годов (Алгар, стр. 174-78; Фархад-Мохамед, стр. 210-12; Ф.Адамият, 1972. С. 367-69; Каземзаде, 1968, стр. 126-34; Frechling, apud Issawi, стр. 178-84). Позже аналогичные российские проекты были фактически заблокированы конкурентами. В начале 1890-х годов Насер-ад-Дин Шах предоставил табачную монополию британскому подданному майору Талботу. Сильное движение протеста иранских купцов и улемов, поддержанное русскими, вынудило шаха отменить концессию. В качестве компенсации компании Ирану пришлось заплатить крупную сумму денег, которую шах занял сначала у англичан, а затем и у русских.Задолженность перед европейскими державами становилась дополнительным инструментом западного господства (Каземзаде, 1968, с. 246-51, 260-65, 271-72; Браун, с. 46-58; Бахаш, с. 24-44; Лэмбтон, стр. 223 и далее).

Несмотря на жесткую конкуренцию с британцами, русским удалось создать в Иране несколько хозяйственных предприятий, в том числе каспийское судоходство, рыболовство, телеграфные линии и строительство дорог, Страхово-транспортную компанию и Учетно-ссудный банк (la Banque d ‘Escompte de Perse; Bank-e esteqrāżi-e Rus).Через банк русское правительство предоставляло ссуды иранским царям и знати, расширяя тем самым свое влияние на них (Махбуби Ардакани, I, с. 99-106).

В 1879 году русские помогли Насер-ад-Дин-шаху сформировать казачью бригаду ( berigād-e qazāq ; qv), которой руководили русские офицеры. Она имела репутацию хорошо дисциплинированной современной воинской части, лояльной шаху (Каземзаде, 1968, с. 166-68; Шустер, с. xxxviii [фотография], 290, 293). В то же время это был инструмент российского влияния.

Русско-иранская торговля начала расти после Торкманчайского договора, по которому России были предоставлены низкие тарифы и другие торговые привилегии. Однако отсутствие надежных дорог и развитие транспорта были серьезными препятствиями для торговли. Основание российской судоходной компании «Кавказ и Меркурий» и строительство новых дорог упростили перевозки, хотя доставка товаров в Иран и из Ирана оставалась опасным и рискованным предприятием. Соревнуясь с британской торговлей, русские устанавливали свое торговое господство в северном и центральном Иране.Уже к середине XIX века русский экспорт в Иран составлял от 40 до 60% всех русских товаров, вывозимых в Азию. Доминирующими русскими товарами были хлопчатобумажные ткани, изделия из железа, кожа, меха, изделия из стекла, цветы и зерно, сахар, чай и масло. Иранский экспорт в Иран включал хлопок-сырец, шелк, рис, сухофрукты, табак, опиум. и ковры (Назем, с. 10; Кулагина, с. 103, 107, 117).

Российский контроль над внутренними делами Ирана в последнее десятилетие 19-го и начало 20-го века особенно усилился в правление Музаффар-ад-Дин Шаха (р.1896–1907) и Мохаммад-Али Шах (годы правления 1907–1909). Когда в 1896 г. был убит Насер-ад-Дин-шах, казачья бригада под командованием полковника Косоговского поддерживала порядок и обеспечивала преемственность Моцаффар-ад-Дина (Косоговский, стр. 458-63). Поскольку британцы также были заинтересованы в предотвращении хаоса, который обычно сопровождал смену нового шаха в Иране, они поддержали усилия своих соперников по мирной передаче власти.

Унизительное поражение России в войне с Японией (1904-05) и русская революция 1905 года не замедлили проникновение России в Иран.Новые русские консульства были открыты в Ланге (см. БАНДАР-Э ЛЕНГА) и Бандар-Аббасе, русские подданные покупали земли в Машаде и Энзели, и был предоставлен заем Мохаммад-Али-Мирзе, наследнику престола (Каземзаде, 1968, с. 469-70).

Англо-русская конвенция 1907 года и Конституционная революция в Иране . В 1905 году начались переговоры между Россией и Великобританией. Россия была ослаблена войной и революцией, в то время как Великобритания была обеспокоена растущей мощью Германии и ее растущим влиянием на Ближнем Востоке (Каземзаде, 1968, с.483). В конце 1905 года, когда в Петербурге шли переговоры, в Тегеране началась Конституционная революция. Отчасти оно было направлено против российского господства в Иране. В начале января 1907 года, за неделю до своей смерти, Музаффар-ад-Дин Шах подписал конституцию, и ему наследовал его сын Мохаммад-Али Шах, имевший тесные отношения с русскими. Он немного говорил по-русски, имел русского придворного врача доктора Садовского и некоего капитана Смирнова в качестве воспитателей своего наследника. Личный друг шаха, русский подданный Шапшал (Шапшал-хан), имел влияние во внешней политике Ирана (Андреева, 2007, с.192-93; Браун, стр. 199-200, 418-20).

31 августа 1907 года произошло самое экстраординарное и унизительное событие в отношениях Ирана с Россией и Великобританией. Была подписана англо-российская конвенция, разделившая Иран на сферы влияния и урегулировавшая разногласия между правительствами России и Великобритании. Хотя в преамбуле соглашения говорилось о целостности и независимости Персии, иранское правительство даже не было проинформировано о конвенции. Согласно первой статье конвенции, северные и центральные районы Ирана резервировались за Россией, при этом Британия обещала «не добиваться для себя и не поддерживать ни в пользу британских подданных, ни в пользу подданных третьих держав». любые уступки политического или коммерческого характера.Великобритания также пообещала «не противодействовать прямо или косвенно требованиям подобных концессий в этом районе, которые поддерживаются русским правительством» (Hurewitz, I, стр. 538-41; Kazemzadeh, 1968, стр. 499-500; Browne, стр. 172 и далее; Назем, стр. 20-31). Юго-Восточный Иран перешел в сферу влияния Великобритании, где Россия взяла на себя аналогичные обязательства. Территория между сферами интересов России и Великобритании была объявлена ​​нейтральной территорией. Соглашение подтверждало фактическое разделение Ирана на российскую и британскую сферы интересов, которые к концу XIX века сложились де-факто (Андреева, 2007, с.52).

Россия с самого начала решительно выступала против Конституционной революции. Большинство революционных событий происходило в сфере влияния России и воспринималось как угроза российским экономическим интересам и концессиям. Также для русских Иранская революция выглядела как продолжение их собственной революции 1905 года, в которой участвовали многие революционеры с Кавказа. 23 июня 1908 г. Мохаммад-Али-шах при поддержке Казачьей бригады предпринял антиреволюционный переворот.Во главе с полковником Ляховым (Liāḵof) они обстреливали Меджлес, пока он не был закрыт; многие лидеры были арестованы и казнены, другие бежали в ссылку (Мамонтов, стр. 202-4; Назем-аль-Эслам, II, стр. 156 и далее; Малекзада, стр. 71 и далее; Браун, 198 и далее; Каземзаде, 1968, стр. 521–31; Lambton, стр. 319–329). Переворот в Тегеране удался, и Мохаммад-Али-шаху удалось остаться на иранском престоле еще на год. Однако оппозиция ему и его сторонникам была сильна и на юге, и на севере. В Исфахане племена Бахтиари взяли под свой контроль, а в Тебризе Саттар Хан стал главой оппозиции.Русские отправили войска в Тебриз, Решт и Казвин. В июне 1909 года революционеры из Гиляна и Исфахана двинулись в сторону Тегерана. Мохаммад-Али Шах бежал в летнюю резиденцию русской миссии к северу от Терхана, а затем в ссылку в Россию (Касрави, стр. 22 и далее). Его заменил его сын Ахмад, и его поддержали недавно объединившиеся Россия и Великобритания. Вскоре после этого полковник Ляхов и российские офицеры, служившие в казачьей бригаде, были уволены иранским правительством. Русским пришлось оказать давление на правительство, чтобы сохранить бригаду и Др.Садовского и капитана Смирнова при новом шахском дворе и достичь финансового урегулирования, связанного с бывшим шахом. Иранское правительство попросило у Великобритании и России ссуды для восстановления порядка, но Имперский банк Персии (Bānk-e šāhanšāhi-e Iran), учрежденный Британской королевской хартией, согласился дать деньги в долг только в мае 1911 г., после Россия преуспела в своих собственных требованиях и подписала договор с Ираном о консолидации его долгов (Каземзаде, 1968, стр. 562; Браун, стр. 31). Тем временем российская оккупация севера продолжалась, хотя иранское правительство пыталось заставить их уйти.

В августе 1910 года Меджлис нанял американца Уильяма Моргана Шустера в качестве своего экономического советника, чтобы помочь разрешить финансовый кризис в Иране. Действуя заодно с конституционалистами и совершенно независимо от русских и англичан, Шустер вскоре вызвал неприязнь русских. Он назначал антироссийских чиновников в российской сфере влияния и иным образом угрожал интересам России в Иране. В июле 1911 года, когда бывший шах Мохаммад-Али высадился в Иране и попытался вернуть себе трон, Шустер организовал сопротивление и разгромил своих сторонников (Каземзаде, 1968, с.586-87). По приказу Меджлиса он пытался конфисковать имущество брата бывшего шаха, который был ставленником российского правительства. Он также опубликовал письмо в The Times с осуждением политики России и Великобритании; письмо также было напечатано в Тегеране в персидском переводе как Maktub-e ruz-nāma (англ. текст, Шустер, Приложение-C, стр. 359-71; Kazemzadeh, 1968, стр. 613-15, 631) .

российских чиновника протестовали, а российская пресса открыла атаку на Шустера.Российское правительство предъявило Меджлису ультиматум с требованием увольнения Шустера среди других требований, посягающих на суверенитет Ирана; англичане поддержали это требование (Шустер, стр. 166—168, 169). Когда ультиматум был отклонен, русские двинули свои силы с севера в сторону Тегерана. В декабре 1911 года ханы Бахтиари и консервативные министры распустили Меджлис и уволили Шустера, событие, которое часто рассматривалось как конец Конституционной революции (Шустер, стр. 214–215; Касрави, стр.234-39). На севере продолжалось сопротивление российской оккупации. В Тебризе, Энзели, Раште, Казвине русские войска подавляли революционное движение. После того, как бывший шах наконец покинул Иран на борту российского корабля, его последователи в Мешхеде укрылись в святыне имама Резы. 30 марта 912 года, после того как они несколько раз отказывались покинуть свою святыню, русские войска окружили святыню, обстреляли и взяли ее штурмом. По меньшей мере тридцать девять иранцев были убиты (Кулагина, с. 182-86).

Русская колонизация и Первая мировая война .В годы между подписанием англо-русской конвенции 1907 года и началом Первой мировой войны Россия играла хозяина в северном Иране, держа войска в Гиляне, Азербайджане и Хорасане. Российские консульства сосредоточили в своих руках значительную власть, доминировали в местной иранской администрации, а иногда даже собирали местные налоги (Каземзаде, 1968, с. 676). В 1907 г. началась стихийная русская колонизация в провинциях Мазендаран и Астарабад. Поскольку иностранцам не разрешалось покупать недвижимость в Иране, приобретение земли осуществлялось через заслуживающих доверия иранцев при поддержке российских консулов.Начиная с 1912 г. колонизация Северного Ирана стала признаваться направлением внешней политики России, и был выработан комплекс специальных мер по оказанию государственной помощи. В Иран были направлены чиновники миграционного процесса, а русским консулам и пограничным комиссарам было поручено оказать содействие в покупке земли, на что были выделены значительные денежные суммы. Планы помощи колонизации включали основание православных приходов, медицинское обслуживание и ссуды переселенцам, строительство церквей, школ и почтовых отделений, межевание земель.Общее количество поселенцев к началу Первой мировой войны в Астарабаде и Мазандаране, скорее всего, составляло около 4000 человек. На северо-востоке Ирана было не менее 15 русских деревень (Андреева и Нурай).

В Иране также существовало несколько русских православных церквей, обычно основанных при русских представительствах. В 1864 году в Тегеране при русской миссии на месте временного храма был основан постоянный русский православный приход. Во второй половине 19 и начале 20 веков русские церкви были основаны при русских миссиях и консульствах в Терхане, Тебризе, Казвине, Раште и Энзели (Александр, с.69-76, 93-95, 104-7).

Во время Первой мировой войны Иран стал полем битвы для немецких, османских, русских и британских войск, несмотря на то, что в начале войны он объявил о своем нейтралитете. Русские войска дислоцировались в Азербайджане, Хорасане, Гиляне и Мазандеране и сражались с османами на северо-западе Ирана. Под командованием генерала Чернозубова они разгромили османов в нескольких сражениях, в том числе в Сефианском (Кулагина, с. 190-91). Русские оккупировали север Ирана и попытались способствовать дальнейшей российской колонизации.В марте 1915 г. Россия согласилась на британский контроль над центральной территорией Ирана, которая по конвенции 1907 г. была определена как «нейтральная». ). В октябре 1915 года казачий корпус под командованием генерала Баратова высадился в Энзели и продвинулся в сторону Тегерана и Казвина, а англичане высадились в Бушере (см. БУШЭХР). В декабре русские вошли в Хамадан и Кум, а в январе 1916 года в Керманшах. Иранская армия пыталась противостоять наступлению русских, но полностью потерпела неудачу.К началу 1917 г. Иран был почти полностью оккупирован русскими и англичанами (Кулагина, с. 193-194).

После Февральской революции 1917 года в России Временное правительство выразило свое несогласие с «русификацией» северного Ирана, запретило захват новых земель и отказалось от поддержки переселенцев. В октябре правительство издало приказ о выводе российских войск из Ирана; поселенцы, желавшие уехать, должны были получить государственную помощь.Большевистский переворот в октябре 1917 года положил конец планам России в отношении Ирана, российской колонизации Ирана и Российской империи в целом. Правительство Ирана одним из первых признало новое советское правительство. Российские войска должны были быть выведены из Ирана. В декабре 1917 г., в период с января по март 1918 г., большая часть русских войск была эвакуирована, а часть войск под командованием Баратова осталась в Иране и поступила на британскую военную службу (Кулагина, с. 194). В 1919 году новое большевистское правительство прекратило действие англо-русской конвенции 1907 года и всех уступок, предоставленных Ираном имперскому правительству, и кредитов, предоставленных Россией Ирану.Они также начали переговоры с Ираном, заложив основу для отношений между Ираном и Советским Союзом.

 

Библиография :

Фатхулла Абдуллаев, Из истории русско-иранских отношений и английской политики в Иране в начале XIX века Ташкент, 1971; тр. Холам-Хосайн Матин, as Гуша-и аз монасебат-е Русия ва Иран ва сиасат-е Энгелис дар Иран дар ахаз-е карн-е нуздахом , Тегеран, 1977.

Юсуф Негматович Абдуллаев, Астрабад и русско-иранские отношения (вторака половина XIX-начало XX в.) , г.Ташкент, 1975г.

Фаридун Адамият, Андиша-йе таракки ва хокумат-е канун : аср-е Сепахсалар , Тегеран, 1972, стр. 335-69.

То же, Амир(-е) Кабир ва Иран , Тегеран, 1975, стр. 472-513.

Тахмуран Адамият, «Тафсил-е энтехаб-е хайат-е немаяндаги-е Иран бара-йе рафтан бе-Руссия дар сал-е 1233 камари», Ядгар 1/8, 1945, 3 стр. 27-7.

Игумен Александр (Заркешев), Русская православная церковь в Персии-Иране (1579-2001) , г.СПб, 2002.

Хамид Алгар, Религия и государство в Иране 1785-1906: роль улемов в период Каджаров , Беркли и Лос-Анджелес, 1969.

Уильям Э. Д. Аллен. История грузинского народа от начала до завоевания русскими в девятнадцатом веке , Нью-Йорк, н.д. [Лондон, 1932].

Елена Андреева, Россия и Иран в большой игре: путешествия и ориентализм , Лондон и Нью-Йорк, 2007.

Там же, «Русские дезертиры в Иране в XIX веке», в Елене Андреевой и Руди Матти, под ред., россиян в Иране , ожидается.

Елена Андреева и Мортеза Нурай, «Русские поселения в Иране в начале ХХ века: начальная фаза колонизации», Иранские исследования, 2013b, стр. 415-42.

Хоммат А. Атаев, Торгово-экономические связи Ирана с Россией в VIII-XIX вв (Экономические и торговые отношения Ирана с Россией в XVIII-XIX вв.), Москва, 1991.

Мюриэль Аткин, Россия и Иран, 1780-1828, Миннеаполис, 1980.

Шауль Бахаш, Иранская монархия, бюрократия и реформы при Каджарах: 1858-1896 , Оксфорд, 1978.

А. П. Берже, «Самсон-хан Макинцеви русские беглецы в Персиле», Русская старина 4, 1876, стр. 770-804.

Эдвард Грэнвилл Браун, Персидская революция 1905-1909 гг. , Кембридж, 1910; репр., 1966.

Петр Павлович Бушев, История посольств и дипломатических отношений русского и иранского государств в 1585-1612 гг.: По русским архивам , Москва, 1976.

То же, Посольство Артемия Волынского в Иране в 1715-1718 гг.: По русским архивам , М., 1978.

Джордж Натаниэль Керзон, Персия и персидский вопрос , 2 тома, переиздание, Лондон, 1966.

Там же, Россия в Средней Азии в 1889 г. и англо-русский вопрос, репр., Нью-Йорк, 1967.

Эбн Хаукал, Кетаб Сурат аль-Арш , изд. Йоханнес Хендрик Х. Крамерс, Лейден, 1967; тр.Йоханнес Хендрик Крамерс и Гастон Вит, as Configuration de la terre , 2 тома, Париж, 1964.

Эбн Хордабех, аль-Масалек аль-Мамалек , изд. Микаэль Ян де Гойе, Лейден, 1967.

Аббас Экбал, «Шарамат-е моахада-йе Торкаманчай ва джарайан-е пардант-е ан», Ядгар 1/2, 1944, стр. 21-35.

Абу Эсхак Эбрахим Эштахри, Кетаб масалек аль-мамалек , изд. Микаэль Ян де Гойе, Лейден, 1967.

Мохаммад-Хасан Хан Этемад-аль-Салтана, Тарих-е монтамам-е насери , изд.Мохаммад-Эсмаил Резвани, 3 тома, Тегеран, 1984-88 гг.

Аликоли Мирза Этежад-аль-Салтана, Эксир ат-таварих: тарих-е Каджар аз ахаз та 1295 хиджри камари , изд. Джамшид Каянфар, Тегеран, 1991.

Махмуд Фархад-Мухамед, « Карардад-е Ройтер [Рейтер]», Ядгар 2/5, 1949, стр. 210-12.

Мирза Хасан Фасаи, Фарс-нама-йе насери , изд. Мансур Растгар Фасаи, 2 тома, Тегеран, 1988,

.

Л. Э. Фрехтлинг, «Концессия Рейтера в Персии», Asiatic Review , 1938, стр.518-33; частично репр. в Чарльзе Иссави, изд., Экономическая история Ирана 1800-1914 , Чикаго и Лондон, 1971, стр. 178-84.

Питер Хопкирк, Большая игра: борьба за империю в Центральной Азии, Нью- Йорк, 1994.

Джейкоб Коулман Гуревиц, комп., тр. и изд., Ближний Восток и Северная Африка в мировой политике : Документальный отчет , 2 тома, Нью-Хейвен, 1975-79.

Ахмад Касрави, Тарих-е хейда сала-йе Дарбайджан , Тегеран, 1961.

Фируз Каземзаде, «Происхождение и раннее развитие персидской казачьей бригады», The American Slavic and East European Review 15/3, 1956, стр. 351-63

То же, «Российский империализм и Персидские железные дороги», в Хью Маклине, изд., Русская мысль и политика , Гарвардские славистические исследования 4, Кембридж, Массачусетс, 1957.

То же, Россия и Великобритания в Персии, 1864-1914: исследование империализма , Нью-Хейвен, 1968.

Там же, «Отношения Ирана с Россией и Советским Союзом до 1921 года», в Питере Эйвери, Гэлвине Хэмбли и Чарльзе Мелвилле, под ред., Кембриджская история Ирана VII. От Надир-шаха до Исламской Республики , Кембридж, 1991, стр. 314-49.

Лоуренс Келли, Дипломатия и убийство в Тегеране: Александр Грибоедов и миссия имперской России к шаху Персии, Лондон, 2002.

Мохаммад-Джафар Хормуджи, Хакайек аль-ахбар-е насери , изд. Хосайн Чадив-Джам, Тегеран, 1983 г.

Косоговский Владимир Андрович, Из тегеранского дневника полковника В.А. Косоговского , Москва, 1960.

Алексис Краус, Россия в Азии: отчет и исследование 1558-1914 , Лондон, 1899.

Куканова Нина Г. Русско-иранские торговые отношения в конце XVII-начале XVIII в., Исторические записки 57, 1957.

Там же, Русско-иранская торговля в 30-50-е годы XIX века: Сборник документов . М., 1984.

Людмила Михайловна Кулагина, Россия и Иран, XIX-начало XX в, Москва, 2010.

Людмила Михайловна Кулагина и Елена Викторовна Дунаева, Россия и Иран: история формирования гранитов, Москва,2007.

Энн К. С. Лэмбтон, Каджар, Персия , Остин, Техас, 1987 г.

Лоуренс Локхарт, Падение династии Сефави и афганская оккупация Персии , Кембридж, 1958.

Хосайн Махбуби Ардакани, Тарих-е мохассасат-е тамаддони-е джадид дар Иран , 3 тома, Тегеран, 1975-89.

Махди Малекзада, Тарих-е энкелаб-е машрутият-е Иран IV: Офул-е сетара-йе азади , Тегеран, 1952.

Али-Ашар Мосаддек, «Торкманчай, ахд-нама», в Данеш-нама-йе джахан-е Эслам VII, Тегеран, 2003, стр. 150-54.

Викентий Фвлович Лысцов, Персидский поход Петра I, 1722-1723, Москва, 1951.

Бахридин С. Маннонов, Из истории русско-иранских отношений конца XIX-начала ХХ века, Москва, 1965;

Мамонтов Н.П., Очерки современной Персии, Санкт-Петербург, 1909.

Руди Матти, «Между симпатией и враждой: иранские взгляды девятнадцатого века на британцев и русских», в Беате Эшмент и Хансе Хардере, ред., Глядя на колонизатора: межкультурное восприятие в Центральной Азии и на Кавказе, в Бенгалии и смежных регионах, Вюртбург, 2004, стр. 311-38.

Джахангир Кам-Маками, «Нокат-и дар бара-йе вака-йе катл-е Грибайдоф», Барасиха-йе тарихи 4/5-6, 1970, стр. 255-301 (включая официальную переписку).

Hossein Nazem, Россия и Великобритания в Иране (19:00-19:14) : На основании дипломатических документов Великобритании, Франции, Германии, Ирана, России и США , Тегеран, 1975.

Назем-аль-Эслам Кермани, Тарих-е бидари-е Ираниан , изд. Али-Акбар Саиди Сирджани, 6 тт. в 2, Тегеран, 1983.

Джамиль Козанлу, Джанг-е дах-сала йа джанг-е аввал ба Рус, Ахд-нама-йе Голестан , Тегеран, 1936.

Генри Роулинсон, Англия и Россия на Востоке , Нью-Йорк и Лондон, 1970.

Уильям Морган Шустер, Удушение Персии: история европейской дипломатии и восточных интриг: личный рассказ , Нью-Йорк, 1968.

Дженнифер Сигел, Финал: Британия, Россия и последняя битва за Среднюю Азию, Лондон и Нью-Йорк, 2002.

Перси Сайкс, История Персии , 2 тома, Лондон и Нью-Йорк, 1958.

Ахмад Таджбаш, Тарих-е равабет-е Иран ва Русия дар нима-йе аввал-е карн-е нуздахом, 18:00-18:50 , Тебриз, 1958.

Эбрахим Теймури, «Wāqeʿa-ye qatl-e Gribāydof dar zamān-e Fatḥ-Ali Šah», Našriya-ye Wezārat-e omur-e ḵāreja 3/3, стр.117-87.

Роберт Грант Уотсон, История Персии с начала девятнадцатого века до 1858 года , Лондон, 1866; репр., Тегеран, 1976.

(Елена Андреева)

Первоначально опубликовано: 6 января 2014 г.

Последнее обновление: 6 января 2014 г.

Процитируйте эту запись:

Елена Андреева, «РОССИЯ i. Российско-иранские отношения до большевистской революции», Encyclopædia Iranica , онлайн-издание, 2014 г., доступно на http://www.iranicaonline.org/articles/russia-i-relations (по состоянию на 6 января 2014 г.).

Великая Турецкая война: Первый военный поход Петра Великого | Андрей Хржановский

Русско-турецкая война 1686–1700 годов (третья из двенадцати) была частью Великой Турецкой войны — возможно, самого важного конфликта между Османской империей и ее европейскими противниками. Это война, которая полностью изменила границы Восточной Европы. 23 правителя участвующих стран погибли или были свергнуты во время этой войны.Это война, в которой османы продвинулись дальше всех в Европу. Это война, в которую прибыли крылатые гусары и где стал очевиден упадок османов. Но это не история крылатых гусар или упадка Османской империи. Это история первого военного триумфа Петра Великого — и его единственного окончательного военного поражения.

Что задумала Европа?

В 1683 году балканская политика менялась. Венгрия была разделена на три части — Королевская Венгрия под властью католического императора Священной Римской империи Леопольда I, протестантское княжество Верхняя Венгрия и различные вассалы Османской империи (см. карту ниже).Леопольд попытался укрепить свое правление и провести контрреформацию, что не понравилось протестантам. Итак, протестантская Верхняя Венгрия присягнула на верность османам, которые терпели их гораздо лучше, чем австрийцы-католики. Верхняя Венгрия отдала свои войска туркам, жаждавшим вести войну против императора.

Тем временем в османской политике доминировали визири Кёпрюлю. И они становились высокомерными. За последние 20 лет Османская империя отобрала земли у Австрии, отвоевала Крит у венецианцев и закрепила свои украинские территории в войнах с Россией и Польшей-Литвой.Они искоренили религиозный сепаратизм и реформировали разваливающуюся экономику. Пока семья Кепрюлю преуспевала, султан Мехмед IV был доволен тем, что они занимали должность великого визиря. Но их удача вот-вот должна была закончиться.

Воодушевленный недавними победами и при поддержке протестантской Верхней Венгрии и Крымского ханства великий визирь Кара Мустафа объявил войну Австрии. Не теряя много времени, он решил направить армию прямо в Вену. Это был самый дальний османский путь в Европу.Осада Вены шла, как и планировалось, в течение первых двух месяцев… а затем прибыли крылатые гусары. Польский король Ян Собеский снял осаду и отбил турок. В ярости Мехмед IV казнил великого визиря (в следующие несколько лет головы визирей летали налево и направо, и в конце концов семья Кёпрюлю вернула себе власть).

Воодушевленные своей победой, католики сформировали Священную лигу между СРИ, Польшей-Литвой и Венецией и начали наступление против османов.Венецианцы напали на Грецию, а Польша и Австрия вторглись в Венгрию. Османы теряли город за городом, и Священная Лига решила еще больше извлечь выгоду из своего успеха… пригласив Россию в Коалицию.

Когда началась Великая турецкая война, Россия только начинала стабилизироваться после ужасного кризиса престолонаследия. Регент Софья и ее фаворит (и, вероятно, любовник) Голицын укрепляли свою власть, и война предоставила для этого прекрасную возможность. В 1686 году Голицын подписал (не очень) Вечный мир с Польшей.В результате Россия получила большой кусок украинской территории, включая Киев, и присоединилась к Священной лиге. Это был первый союз России с западноевропейскими государствами. Так началась новая русско-турецкая война.

Осада Вены (бонусные очки, если вы сможете найти Крылатых гусар)

Катастрофа в Крыму

В мае 1687 года Голицын собрал огромную армию (~140 000 человек) и, присоединившись к украинским казакам, двинулся на Крым. Из-за огромного размера армии она страдала от летней жары, а также от проблем со снабжением.Голицын хотел битвы с Крымским ханством, но, видя численность русской армии, хан вместо этого применил тактику выжженной земли, избегая конфронтации, сжигая поля и отравляя колодцы. Гибли солдаты и лошади, назревал конфликт между русскими и казаками. Через два месяца после начала похода измученные и голодные русские развернулись и ушли из Крыма. России удалось проиграть кампанию, не встретив ни одного врага. Тем не менее Голицын объявил поход успешным, заявив, что русское войско «показало свою силу крымскому хану».

Через два года Голицын собрал еще большую армию и отправился в ту же экспедицию. На этот раз он поехал в феврале, чтобы избежать летней жары. На этот раз русские дошли до Крыма, но там были атакованы крымской армией и как-то проиграли, несмотря на подавляющую численность. Чтобы больше не тратить людей, Голицын снова отступил.

Тем временем Османская империя лежала в руинах. Несмотря на впечатляющий провал обоих наступлений, кампании Голицына оказались полезными для Священной лиги, оккупировав крымские армии и сделав балканский театр легкой прогулкой для Священного союза.Разочарованная потерями при Мохаче и Морее, турецкая армия свергла Мехмеда IV и посадила на трон Сулеймана II… который вскоре умер от болезни и передал трон Ахмеду II, который также умер, и ему наследовал Мустафа II. Мустафа тоже не продержится, но это совсем другая история. Между тем в России Софья была свергнута Петром в 1692 году. Другими словами, #стабильность.

Поход Голицына (думаю, огонь представляет собой посевы, сожженные крымским ханом)

Большой поход на потеху

Политическая неурядица не помогла Османской империи.Турки проигрывали битву за битвой, провинции захватывались одна за другой, Трансильвания переходила на другую сторону и поддерживала Священную Лигу. Самое главное, что Петр смог реализовать свою одержимость флотом и захватить Азовский порт. Несмотря на то, что Азовский замок находился на территории Крыма, он находился под непосредственным управлением османов с тех пор, как был взят у Генуи в 1471 году. Захват замка открыл бы России доступ к Черному морю, чего у нее не было на протяжении столетий. Но русская армия не была готова.

Будучи военным гением, Питер распознал ключи к победе — дисциплину, лидерство, логистику.Провальный крымский поход Гольцына показал, что русской армии не хватало всех трех. Для решения первых двух задач Петр организовал Кожуховский поход (называемый также «Большой увеселительный поход» — и да, по-русски звучит так же забавно) — первые армейские учения в русской истории. Для этого Петр построил целый деревянный замок с гарнизоном в 5000 человек, окруженный рвом глубиной 3 метра. Солдаты разделились на два лагеря, а генералам дали забавные прозвища типа «Генералиссимус и польский король Иван».Сам Петр возглавил бомбардирскую дивизию.

«Сценарий» кампании создал военный наставник Питера, шотландец Патрик Гордон. Он включал в себя открытые бои, переправу через реку, артиллерийский огонь, осаду и многие другие элементы. Несмотря на учебный характер похода, в боях были ранены десятки человек и даже погиб один человек. Солдаты изучили построение в западном стиле, современные стратегии осады, наступательную и оборонительную тактику, а также инженерное дело. К концу кампании «Большое развлечение» армия была готова.Она была намного меньше голицынской орды (около 30 000 человек), но обучена и готова к тому, чего Голицын не смог.

Большой поход Петра

Азовские походы

Петр решил учиться и на логистических ошибках Голицына. Вместо того чтобы искать армию хана, страдая от нехватки воды и продовольствия, он направился прямо к замку. Чтобы раз и навсегда решить проблему снабжения, Петр провел месяцы перед походом, строя транспортные лодки на реке Дон — водном пути, который вел прямо с территории России в Азов.И вот, в 1695 году начался Азовский поход.

Армия была разделена на четыре части. Три главные части осаждали Азов с трех сторон. Четвертая часть, состоявшая из подвижных казачьих всадников, двинулась на запад для нападения на крепости крымского хана. В то время как казацкому войску удалось взять четыре форта, главной армии после нескольких неудачных штурмов Азова пришлось отступить. Приближалась зима, и холод давал защитникам преимущество.

Войска вернулись на территорию России и перегруппировались.Петр издал указ, согласно которому все крепостные крестьяне, которые пойдут добровольцами в армию, получат свободу. К маю численность русских войск увеличилась более чем вдвое. На этот раз Питер полностью изменил свою стратегию. Во-первых, он хотел отрезать Азов от моря. Сразу же после первой кампании он приказал европейским инженерам заняться строительством флота. На Дону построили дюжину галер и двинули к морю. Там небольшой флот успешно атаковал османские торговые суда и блокировал Азовскую крепость.Турецкий флот был немедленно отправлен в регион, но (каким-то образом) был отбит вновь созданным российским флотом. Это была первая крупная победа России на воде. И это только укрепило любовь Петра к военно-морскому флоту, сыгравшему впоследствии большую роль в Северной войне…

Крымский полуостров и Запорожье

Тем временем сухопутные войска Петра осадили Азов. В отличие от первого раза, Петр решил не штурмовать Азов в полную силу, а вместо этого обстрелял замок артиллерией.Через 3 дня под обстрелом русским достался Азов. Петр немедленно приказал восстановить сильно поврежденные стены, а поблизости основал военно-морскую базу.

Азовский поход ясно показал важность флота и артиллерии. Это показало способность Петра учиться на собственных ошибках (особенно контрастируя с неспособностью Голицына сделать то же самое). Захват выхода к морю породил русский флот. Однако азовские походы не дали Петру желанного выхода к Черному морю.Азовское море было безнадежно отрезано от Черного Керченским проливом, все еще удерживаемым османами (отмечено на карте выше зеленым цветом). Петр не имел возможности продолжать поход и, оставив гарнизон во вновь захваченном замке, отважился на дипломатический поход — Великое посольство. Ему не удалось собрать союзников против турок, но он вернулся с вдохновением для своих великих реформ, а также с поддержкой своих шведских амбиций.

Взятие Петром Азова (обратите внимание на форму, отличную от той, что была у Голицына)

Тем временем война на Западе затянулась.Первоначально Габсбурги австрийцы и поляки и османы хотели полностью выбросить из Европы османов, но Девятилетняя война против Франции заняла большую часть австрийских войск. В конце концов, Габсбургам удалось собраться и решительно победить султана Мустафу II в битве при Зенте. Пойманные внезапным нападением при переправе через реку, турки потеряли более 30 000 человек и были вынуждены просить мира.

По Карловицкому договору 1699 года большая часть Венгрии, Хорватии и Сербии была передана Австрии; Морея и Далмация отошли к Венеции; и Польша получила западную Украину.Договор сильно ударил по Османской империи, это была первая серьезная потеря территории для турок. Армия была в упадке, экономика развалилась. Восстановление возглавили визири Кёпрюлю (они вернулись!), и османы стали проводить более оборонительную политику.

Азовский флот

После Карловиц Петр еще год вел переговоры и заключил сепаратный Константинопольский договор, по которому подтверждалось владение Азовом русскими и было подписано перемирие. Это перемирие впоследствии стало невероятно важным, так как позволило Петру начать Северную войну против Швеции, не опасаясь турецкого нападения на юге… но об этом в другой раз.

Написано с помощью Эркута Эрдинчлера

Мечта о России — Атлантика

На протяжении тысячи лет Россия видела Константинополь как центр российской власти. Ее первый спуск на нее был совершен в девятом веке, когда она еще была языческим народом; и ее последний в девятнадцатом. Можно ли найти какой-либо аналогичный пример, когда нация твердо придерживалась одной великой идеи в течение тысячи лет, несмотря на все превратности судьбы и все изменения в правительстве, религии и цивилизации? Его назвали мечтой России, — разве это не чудесный пророческий сон?

В ранний и отчасти легендарный период ее планов достижения Босфора мы не входим.Первое решительное и торжественное объявление миру о ее намерениях было сделано в 1472 г. Иваном III, когда он женился на царевне Софье, племяннице Константина Палеолога, последнего из греческих императоров, и принял двуглавого орла византийской империи. Империя как символ России. Это смелое присвоение права на византийский трон было тем более достойным восхищения, что Мехмет, перед которым трепетала Европа, занимал этот трон; именно расстояние и неизвестность претендента обеспечили его безопасность.Но он сделал заявление; и в течение пяти столетий Россия преследовала его с безмятежным и непобедимым мужеством. Она была тогда неведомой, ничтожной силой, но только сбросившей оковы татарского владычества и медленно собиравшей элементы той могучей силы, которую она одна сознавала. Теперь она ужас всего мира. Ее территория тогда составляла около 740 000 квадратных миль; сейчас это более восьми миллионов! Каждый квадратный метр его завоёван мечом и обагрён человеческой кровью.

Впервые она вступила в прямой конфликт с турками — хотя. у нее были ожесточенные и кровопролитные войны с угрюмыми татарами, вассалами султана, вследствие попытки турок занять Астрахань в 1569 г. Селим II. был великий визирь Соколли, неудачник де Лессепс своего времени. Он решил прорубить судоходный канал, чтобы соединить Дон и Волгу в том месте, где одна крюком на восток, другая на запад сближаются на тридцать верст.

Предлагаемый канал должен был соединить Черное море, Азофское море и, таким образом, все великие морские магистрали мира с Каспийским морем. Этот грандиозный проект Соколли, возможно, не был полностью коммерческим по своему замыслу. В случае успеха это позволило бы султану превратить шаха в вассала и сформировать сильную северную границу своей империи. Соколли сделал приготовления, соответствующие величию предприятия. Но для его безопасного преследования необходимо было овладеть Астраханью, недалеко от Каспия.Русские, ясно понимая политические замыслы предприятия, защищали это место с таким мужеством и твердостью и атаковали экспедицию с такой решимостью, что удержали пост и отбросили турок.

Мусульманские историки утверждают, что солдаты и рабочие отступили скорее с места, чем от русских. Летние ночи в этих широтах были такими короткими, что между вечерним молебном, через два часа после захода солнца, и утренним богослужением было всего три-четыре часа.Если они произносили свои молитвы, они спасали свои души, но губили свои тела. Если они пренебрегали своими молитвами, они спасали свои тела, но губили свои души. Поскольку ни о каком результате не могло быть и речи, они покинули это место с большим отвращением.

Целое столетие Россия не предпринимала решительных шагов в своем продвижении к Константинополю. Она разжигала войны между Австрией и Турцией, держала дунайские провинции в состоянии хронического восстания и отвоевала Украину у татар. Но когда на престол взошел Петр Великий, Российской империи предстояло облечься в новый облик.Приняв в 1689 г. всю власть правительства, он решил иметь армию и флот, которые должны были отдать России северное побережье Азофа среди Черного моря. В 1695 году он атаковал город Азоф с отрядом в шестьдесят тысяч человек и был отбит с большими потерями. В следующем году он взял город; а форты и военные сооружения, которые последовали за ними, ясно указывали на то, что он приехал, чтобы остаться и продлить свои завоевания. После ожесточенной и страшной войны с Австрией Карловицкий мир 1699 г. дал сторонам время собраться с силами для новых состязаний.В этом мире Турция впервые должна была опуститься до уровня равенства с христианскими народами. Христианские державы теперь были в выигрыше. Австрия частично вернула себе Венгрию и завершила свою оккупацию в 1718 году; Россия получила Керчь и всю провинцию Азоф; а в Польше были Каминик и Подолио.

Царь был слишком занят своими великими реформами, чтобы вести войну с османами до 1711 года, когда он решил завладеть Молдавией и Валахией. Он вел свои войска вниз по правому берегу реки Прут, когда великий визирь заманил его в ловушку, из которой не было выхода.У него не было ни воды, ни провизии, и он предпринимал отчаянные, но бесполезные и пагубные усилия, чтобы прорубиться. У визиря не было повода напасть на него, потому что само место представляло собой ужасного союзника; а голод, жажда и болезни очень скоро заставят безоговорочно сдаться или истребит Петра и всю его армию.

В этой высшей необходимости не дремлет добрый гений России. Императрица Екатерина собрала свои драгоценности и ордена и драгоценные украшения офицеров и послала их великому визирю купить мир.Визирь поддался искушению и позволил великому врагу своей страны бежать; но условия мира, слишком суровые для благодати, слишком мягкие для государственной мудрости, вскоре были полностью проигнорированы, и Турция, к своему горькому огорчению, обнаружила, что Россия является таким же неизменным врагом.

Только в 1736–1739 годах Россия была настроена снова нанести удар за Константинополь. В союзе с Австрией русский генерал маршал Мюнхен был уверен в триумфальном въезде в османскую столицу.Он отправился в Молдавию, чтобы завладеть великим призом. Но поражение австрийской армии и деморализация ее сил вынудили Австрию просить мира, к полному расстройству ее планов и надежд и планов и надежд России. И снова приз ускользнул из рук царя. В последовавшем за этим Белградском договоре было решено, что Азоф должен быть уничтожен, что Россия не должна держать никакого флота ни на Азофе, ни на Черном море, и что ее завоевания в Молдавии и Бессарабии должны быть восстановлены; но она добилась некоторого увеличения территории, исправив свою южную границу.

Белградский договор 1739 г. дал Турции возможность подготовиться к новой борьбе. Крым был страшно опустошен маршалом Мюнхеном, но не захвачен. Когда состоялось еще одно состязание в Дунайских провинциях, русский победил; а Кайнарджийский договор 1774 г. был унизительным для Порты. Ханы Крыма были объявлены независимыми от Турции и в равной степени под опекой Турции и России. Право России иметь консулов ​​во всех частях Османской империи при отсутствии соответствующего права со стороны Турции с тех пор открывало дорогу русским интригам во всех частях Турецкой империи.Наконец, все предыдущие договоры с их обязательствами, правами и привилегиями были объявлены недействительными, и ни одно из основанных на них требований никогда не могло быть выдвинуто. Один дипломат того времени заметил по поводу договора, что он предвещает беду не только для Турции, но и для Европы; и что, поскольку военное значение Турции уменьшилось, ее дипломатическое значение будет возрастать — точка зрения, которая остается в силе и по сей день.

После Кайнарджийского договора императрица Екатерина не скрывала своего намерения изгнать турок из Европы.Она отдала своего внука Константина на попечение греческих кормилиц и греческих учителей, чтобы он мог взойти на трон Палеологов. В 1779 г. она объявила о своем намерении завладеть Крымом, подвиг, который был совершен в 1783 г. Храбрых жителей-мусульман вырезали тысячами, чтобы грубо предупредить их об эмиграции. Среди зимы были изгнаны даже армянские жители. Из семидесяти пяти тысяч только около семи тысяч несчастных, разоренных существ добрались до безопасного места в Турции.В 1787 году императрица Екатерина совершила триумфальное путешествие через Крым в сопровождении императора Австрии Иосифа. Над триумфальной аркой было написано: «Это путь в Константинополь». Война с Турцией, которая последовала за этой оккупацией Крыма, была катастрофой для османов. Завоевание и массовое истребление жителей Исмаила и Окзакова потрясло Европу как возвращение к самым варварским методам ведения войны.

У императрицы теперь было все северное побережье Черного моря и флот, вполне равный турецкому.Она подписала Ясский договор 1792 года, чтобы лучше подготовиться к войне. Англия была встревожена этим военным ростом и успехом России, ее безопасным и великолепным положением на Черном море. Г-н Питт, который был тогда премьер-министром, попытался сформировать комбинацию против ее дальнейшего продвижения к Константинополю. Он поддерживал доктрину баланса сил, необходимого для безопасности Европы. Но Европа была слишком взволнована Французской революцией, чтобы принимать какое-либо положительное участие в делах Востока; а императрица Екатерина, хотя и раздраженная поведением Питта, увидела возможность двинуться прямо на Константинополь и наконец осуществить то, чего так желали Иван Грозный и Петр Великий.

Четыре года активной подготовки привели ее армию и ее припасы в состояние, полностью удовлетворяющее ее и ее генералов. У нее было дисциплинированное войско в триста тысяч и еще сто пятьдесят тысяч в процессе дисциплины для подкрепления. Ее транспорты и флот на Черном море были в полной готовности. Никогда еще не проводилось таких обширных и энергичных приготовлений во всех войнах, которые велись с того дня, триста двадцать лет назад, когда ее предок принял византийского двуглавого орла.Вспыльчивая императрица, с гордостью глядя на эту обширную подготовку и безгранично доверяя своему генералу Суварову, заявила, что она «получит Константинополь, несмотря на Питта и дьявола!» Смерть внезапно положила конец всем ее планам в 1796 году. Трудности престолонаследия и положение в Европе на какое-то время скрыли Константинополь из поля зрения. Турки при поддержке Питта готовились к отчаянному сопротивлению. Но распространенной поговоркой было: «Смерть и Питт спасли Турцию!»

Великая императрица умерла, и ее цели были сведены на нет; а как обстояли дела между турцией и россией? Христианская империя росла огромными шагами.Ее территория, ее население и все военное искусство продвинулись вперед, к изумлению Европы. Ее военные ресурсы были равны ее амбициям. Сила ее великого противника на Босфорском проливе неуклонно уменьшалась. Султан потерял Венгрию, Трансильванию, Крым и все северные побережья Черного и Азофского морей. Молдавия, Валахия и Сербия были терниями в его боку; Египет был в открытом восстании; и далекие пашалики часто бросали вызов его авторитету. Его армия и флот находились в состоянии неподчинения.Старая дисциплина отошла как от янычар, так и от простых солдат. Турция находилась на последнем этапе потребления, а Россия «радовалась, как силач, пробежать гонку».

Во время войн Наполеона Турция получила частичную передышку. Россия часто воевала с ней, но была настолько поглощена великим европейским конфликтом, что не имела времени для эффективной агрессивной политики. Внутреннее состояние Турции также оказывало определенное сопротивление. Селим III. взошел на престол в 1789 году и предпринял огромные усилия, чтобы спасти империю от ее неорганизованного и отчаянного состояния.

Одно событие изменило политику России с враждебной на дружественную по отношению к поддержке Турции самым необычным образом, на короткое время. Наполеон решил установить мощь Франции в Египте и имел великолепные планы создания Восточной империи. Россия с первого взгляда увидела, что эта идея, однажды реализованная, может стать непреодолимым препятствием для ее собственных планов. Тогда вся мощь Франции будет брошена на защиту Константинополя и проливов от России. Когда эта мечта о Наполеоне исчезла, после большого кровопролития, неслыханных зверств и великих проявлений героизма со стороны турок, англичан и французов, Россия вернулась к своей политике изнурения и истощения своей жертвы подстрекательством к бесконечным восстаниям. и пограничные войны.Она приняла имя и сыграла роль покровительницы христиан Востока. Вследствие этого Босния, Сербия, Валахия и Молдавия были ареной непрекращающихся и кровавых раздоров. Ее объявленной политикой было побудить христиан вести свои собственные битвы; и у них не хватило разума понять, что они сражаются с ней. Сербия часто и яростно обвиняла Россию в том, что она доставляет ей неприятности, а затем оставляет ее «на произвол судьбы». Русское использование термина «христианин» не было хорошо понято в этой стране.Как покровительница христиан, как она могла безжалостно уничтожить семьдесят пять тысяч армян-христиан в Крыму? Объяснение состоит в том, что она дает этот титул только членам греческой церкви. Все остальные, армяне, якобиты, католики, протестанты, являются еретиками и находятся в той же категории, что и мусульмане. Николай, желая избежать оскорблений, называл их «иноверцами». Он никогда не называл их христианами.

Большое состязание с Наполеоном, предлагавшим в свое время царю Александру различные неосуществимые схемы раздела Турецкой империи между собой, — неосуществимые, ибо каждый из разбойников претендовал на львиную долю, — удерживало Россию от всякого прямого наступления на Константинополь .Кроме того, внутренних волнений Османской империи было достаточно, чтобы на время удовлетворить ее. Враг уничтожал себя. Его окружали опасности со стороны улемов, янычар, ваххабитов, мамелюков, друзов, греков, албанцев, сербов и молдо-валахов. Селим III. был убит янычарами; и молодой Махмуд II. был возведен на руинах империи, великой лишь в руинах.

В 1812 году Англия побудила Россию заключить мир с Турцией и обрушить всю свою тяжесть на Наполеона.Молдавия и Валахия были возвращены Турции. По Пруту сделали границу между Молдавией и Россией. Сербия должна была платить определенный налог непосредственно в казну султана, без вмешательства турецких сборщиков налогов. Крепости были отданы Турции; но у России была Бессарабия и устья Дуная. Ее мало заботили временные преимущества, предоставленные туркам, или неопределенность договора с Сербией. Договор обязательно породил проблемы, а это всегда было в интересах Москвы.Когда великолепный метеор, долго висевший над Европой, «дышавший от своих ужасных волос чумой и войной», упал на Святую Елену и Священный Союз заново освятил царство деспотизма в Европе, Россия могла безопасно возобновить свой поход на Константинополь.

Турция потерпела одно большое и фатальное поражение в пользу своего великого врага. Более половины населения Северной Турции составляют христиане, состоящие из румын, славян разных подразделений, албанцев, греков и армян.Славянская среди албанских рас частично мусульманская, частично христианская. Мы с уверенностью оценим их в двенадцать миллионов. Убичини оценивает их в девять миллионов, не считая Румынии. Все они естественные союзники России и враги Порты. Они не дают солдат турецкой армии; истощение войн и эпидемии лагерей тяжким бременем ложатся на постоянно уменьшающееся число мусульман. Удивительно, что конкурс продолжается так долго.

Минуя многие события, слишком запутанные, чтобы их здесь разбирать, мы подходим к следующему великому ходу России, — независимости Греции.Хорошо известно, что подготовительная работа велась в России и состояла в образовании гетерий, или тайных революционных обществ, которые с незаметной, но удивительной быстротой распространились по всему греческому народу. В 1821 году хорошо сложенный поезд был сожжен. Деметра Ипсиланти, грек по происхождению и генерал русской армии, перешла Прут в Молдавию и призвала греков к оружию. К сожалению, восстание характеризовалось недостойными дела зверствами. Турецкие купцы в Яссах и Галаце были жестоко убиты.Страшные расправы со стороны разъяренных мусульман производились и в других местах. В Константинополе янычары удовлетворяли свою любовь к крови; и среди других мстительных ударов повесил почтенный греческий патриарх у его собственной двери. Армия Ипсиланти на Дунае вскоре была уничтожена турками. Но в Греции и на греческих островах героические усилия греков увенчались успехом, пока султан не призвал на помощь Мехмеда Али из Египта. Не испытывая отвращения к тому, чтобы его войска находились в Турции, истребитель мамелюков послал своего сына Ибрагима — своего величайшего полководца — с армией и флотом, которые могли овладеть любым портом, удерживаемым греками.Миссолонги, героически оборонявшиеся, пали в 1826 г., а Афины — в июне 1827 г. Дело греков казалось проигранным. Но флот союзных держав вошел в бухту Наварино и уничтожил турецкий и египетский флоты.

Это был великий триумф Греции, но еще больший триумф России. Она использовала флоты этих двух держав, наиболее стремившихся укрепить Турцию против России, и заставила их нанести Турции смертельную рану. Она весьма успешно подстрекала Австрию ко многим войнам, в которых Австрия ничего не выиграла, а Турция много потеряла в людях и деньгах, но теперь она манипулировала Францией и Англией.Союзники, осознав свое глупое положение, пытались прикрыться предлогом гуманности; но Россия не перестает смеяться над ними и по сей день. Освобождение Греции могло быть обеспечено единым требованием союзников. Удар был нанесен без объявления войны и силами, с которыми Порта была в мире. Акерманский договор между Россией и Портой 1826 г. и договор союзников 1827 г. означал триумф для России, потерю и унижение для Турции.

Тем временем в Константинополе произошли события, которые, казалось, давали царю долгожданный, долгожданный случай вернуть на Босфор двуглавого орла и воздвигнуть на куполе русский крест. св.София. Восстание и полное уничтожение янычар в 1826 году, а также катастрофа под Наварином в 1827 году оставили Османскую империю без армии и флота и с внутренними беспорядками самого угрожающего характера. Султан уничтожил собственную армию; его союзники уничтожили его флот.

Царь радостно узнал час. Между ним и осуществлением мечты России не было ничего, кроме нескольких дней перехода. В 1828 году он послал стотысячную армию, чтобы пересечь Балканы и взять Константинополь.Он не ожидал ничего, кроме слабого сопротивления. Он забыл, что каждый мусульманин по своей религиозной вере является воином и что для него кратчайший путь в рай лежит через поле крови. Армия без сопротивления переправилась через Дунай, но была раздражена ожесточенной обороной Ибраилы, которая стоила ей четырех тысяч человек. Им не удалось взять Шумлу; Варна пала после доблестного боя. Граф Мольтке, находившийся в то время на турецкой службе, писал: «Если учесть огромные жертвы, которых война стоила русским [в 1828 году], трудно сказать, выиграли ее они или турки или проиграли.Оставалось провести вторую кампанию, чтобы определить ценность первой».

В большом раздражении по поводу его неудач, царь послал маршала Дибича с силами, достаточными, чтобы нести все перед собой. Он пересек Балканы с большими потерями и прибыл в Адрианополь с армией, измученной боями и так эффективно пораженной чумой и холерой, что туркам нужно было подождать всего пару недель или около того, чтобы она погибла. Но маршал Дибич с непревзойденным русским искусством напугал Порту и послов в Константинополе, заставив поверить, что у него есть стотысячное победоносное войско, готовое двинуться на столицу.Был заключен договор; на Турцию была наложена военная контрибуция в размере двадцати пяти миллионов; а затем десять или пятнадцать тысяч деморализованных, пораженных чумой солдат вышли из Адрианополя, большинство из них погибло по дороге. Из всех сил, перешедших Прут, в родные края вернулось не более десяти тысяч. У России такое огромное население, что она не возражает против потери одной или двухсот тысяч человек.

Этот договор был огромным выигрышем для России по многим пунктам, но Константинополь снова ускользнул.Если бы султан продержался еще несколько дней, маршал Дибич был бы вынужден сдаться; кампания 1829 г. была бы самым выдающимся провалом; польское восстание 1830 г. оставило бы Турцию в полной безопасности от иностранных врагов; и новая турецкая армия была бы сформирована под руководством Мольтке.

Теперь султан может надеяться на небольшую передышку. Но его мятежный подданный, паша Египта, быстро продвигался по северной Сирии и вошел в Малую Азию, почти не встречая сопротивления.Султан тщетно обращался за помощью к Англии и Франции. С непостижимой глупостью они не оставили ему никакого ресурса, кроме России. Царю было милостиво угодно послать 15 000 солдат, чтобы занять азиатскую сторону Босфора. Когда Мехмет Али обнаружил, что преследование его замысла означает войну с Россией, он отозвал свою армию. Договор Ункиар-Скелеси связал Турцию с Россией как простого вассала. Она должна закрыть проливы от вооруженных кораблей всех других держав и поддерживать наступательный и оборонительный союз.

Франция и Англия объединились в решении египетского вопроса и не должны были снова оставлять Турцию целиком в руках России. В войне 1839 г. между пашой и султаном Россия не имела преобладающего влияния; Франция и Англия объединились, чтобы поддержать Османскую империю. В Конвенции 1840 г. об умиротворении Леванта согласились Великобритания, Австрия, Россия, Пруссия и Турция. Мехмет-Али был объявлен наследственным правителем Египта, а Турция наслаждалась тринадцатью годами отдыха.

Под вдохновением сэра Стратфорда Каннинга (Lord Stratford de Redcliffe) молодой султан Абдул Адеджид (1839 г.) провел множество реформ. Были реконструированы гражданская администрация, армия, флот. Флот, предательски отданный египетскому паше, был возвращен, и изменники вскоре умерли естественной смертью, возможно, от яда. Турецкая армия произвела на свет одного солдата, Омара-пашу, обладавшего бесспорным военным гением. В течение тринадцати лет мира он удерживал Дунайские провинции от восстания, несмотря на русские заговоры.Он обуздал пылких боснийцев и черногорцев; и когда в 1848 году революционное помешательство охватило Европу и затронуло Молдо-Валахию, благоразумие и умение этого генерала разрушили планы России, шедшей с 40-тысячной армией. После длительных переговоров с Англией и Турцией они были отозваны.

Но Николай стал нетерпелив и, возможно, встревожен этими неожиданными признаками выздоровления и возвращения сил. Его беседы с сэром Гамильтоном Сеймуром о «больном человеке», «очень больном человеке» слишком хорошо известны, чтобы нуждаться в повторении.Он убедил себя, что Англия не будет вмешиваться; он отдал бы ей Египет и Крит, и ему было наплевать на Францию. Обезопасив себя, как он думал, от вмешательства, царь послал князя Меншикова в Блистательную Порту, чтобы самым наглым, недипломатичным и неджентльменским образом потребовать исключительного покровительства всех христианских подданных империи. . Это было равносильно требованию передачи царю двенадцати миллионов подданных; и последовала вынужденная война.

Русская армия перешла Прут в июне 1853 года, чтобы удерживать дунайские провинции до тех пор, пока Турция не уступит то, что требовал царь. Его флот вошел в гавань Синопа в тумане, застал врасплох и уничтожил стоявшие там на якоре турецкие суда. (ССЫЛКА ЗДЕСЬ: Вопрос обсуждался в то время, почему Николай начал войну против больного в то время. Сэр Генри Остин Лавард сказал, на своем месте в парламенте, что царь ускорил войну, чтобы сокрушить зарождающуюся Протестантизм, укоренившийся в империи.Заявление было объявлено некоторым абсурдом. Достопочтенный. Джордж П. Марш, посланник-резидент в Турции, в письме секретарю Американского совета от 8 сентября 1855 г. сказал: «У меня нет ни малейшего сомнения в том, что проницательный Лейард прав, приписывая этому проявлению американские институты в Восток занимает видное место среди событий, связанных с политическими и военными движениями, потрясавшими Азию и Европу с 1853 года. Железная пята, сокрушившая зарождавшиеся надежды на континентальную свободу в 1849 году, снова вооружена, чтобы затоптать мерцающую искру гражданской и религиозной свободы. в восточном мире.Друзья человеческого прогресса в Азии встречают свое самое грозное препятствие в безжалостной враждебности «великой консервативной державы Европы». ступил на территорию Турции. Выяснилось, что русский полковник, находившийся в плену у англичан, обладал точнейшим знанием всех миссионерских постов в Турции. Он посетил их всех самым дружелюбным образом, как немецкий путешественник.Он был агентом российского правительства. Успехи России предвещают зло и миссиям, и всем учебным заведениям, и печати. ) Султан конечно объявил войну. Омар-паша смело переправился через Дунай и напал на русских у Олтеницы, Читате и Калафата и добился таких явных преимуществ, которые продемонстрировали Европе, что солдаты «больного человека» живы и здоровы.

Весной 1854 года генерал Шильдерс переправился через Дунай в Болгарию с 60-тысячной армией и напал на Силистрию, в которой Омар-паша разместил гарнизон из 8000 отборных солдат под командованием Мусы-паши, своего самого доверенного генерала.Место было защищено земляными работами; и генерал Шильдерс уверенно рассчитывал на легкую победу. После месяца безрезультатных усилий маршал Пускевич был послан с подкреплением и приказом занять это место во что бы то ни стало. Он имел все расходы, но не занял место. После трех героических атак он поспешно отступил за Дунай, чтобы спасти свою армию от перехвата Омар-пашой. Велико было удивление русских. Их старый враг, казалось, был здоров до мозга костей.

Отныне конкурс перенесен в Севастополь.Толебен научился в Силистрии силе земляных работ и с большим искусством преподал урок союзникам. Сен-Арно и лорд Раглан приняли командование; и у Омар-паши больше не было возможности отличиться, за исключением того, что в Евпатории он сурово наказал русские войска в 40 000 человек, которые были посланы, чтобы сокрушить его и отомстить за кампанию на Дунае. В долгой и доблестной обороне Севастополя Россия была окончательно побеждена. Николай умер от огорчения, — или «лекарства», — и Александра II.вступил на престол, провозгласив с этого момента политику мира.

Россия была вынуждена подвергнуться череде унижений. Она должна была признать право Европы вмешиваться в дела Востока. Ункярско-Скелессиский договор, по которому Турция была превращена в вассала, был отменен. Ее флот был потоплен у входа в Севастополь, и она была обязана не восстанавливать его. Чудесный док Севастополя был разрушен, насколько это могли сделать инженеры союзников. Она потеряла Бессарабию и, таким образом, была изгнана с Дуная.Всему этому подчинялись по горькой необходимости, но с гордым сознанием, что все это ничто по сравнению с огромными ресурсами империи. Упущение союзников возложить на Россию ответственность за расходы на эту войну необъяснимо. Тревожным фактом для нее было то, что Европа должна объединиться и выступить с непреодолимой силой против русского владения Константинополем.

Ссылаясь на результат, российский дипломат заявил, что «Россия больше не пойдет прямо на Константинополь.Это, очевидно, взволновало бы Европу. Но она будет иметь его на оболочке . Европейская Турция, естественно, принадлежала ей, и она расширила бы в нее. Теперь, когда она изгнала черкесов с Кавказа, она постепенно — может быть, не в этом поколении, но в конце концов — распространится в Малую Азию. Когда у нее будут обе стороны пролива, где будет столица? «Но, — возразили, — Европа может объединиться против вас». «Нет, — ответил он. «Европа не заботится о естественном росте империи.Константинополь будет признан нашим, когда мы овладеем им!»

После Крымской войны 1854-1855 годов два комбатанта следовали курсу, который не оправдал ожиданий всего мира. Считалось, что Россия будет проводить политику мира. Император Александр освободил крепостных. Призыв в армию был бы значительно облегчен; налогообложение будет облегчено; внутренние улучшения и всеобщий мир сделали бы всех довольными и счастливыми. На самом деле налоги постепенно становились все тяжелее, а призывы на военную службу значительно увеличили армию.Экспедиции в Азию дали ему активное применение. «Святая Русь» стремительно продвигала свои границы в сторону Афганистана. Тщательное, практическое и научное образование в широких масштабах квалифицированных рабочих и инженеров, механических и военных, и такое развитие промышленности, которого Россия могла бы хватить для себя во время общеевропейской войны, вызвало и заняло силы этой великой империи. Но общественные тяготы стали вызывать большое недовольство в определенных классах. Освобождение крепостных было сделано исключительно для того, чтобы иметь лучших солдат.Усилия по всеобщему образованию для мальчиков имели своей целью умную солдатскую армию. Все искусства сосредоточены на войне. Сибирь была домом для всех, кто осмеливался критиковать правительство. Так родился нигилизм. Это детище милитаризма. Россия стала великой военной державой века; но твердь над ней не чиста от облаков.

Турция начала свою новую карьеру с лучшими возможностями, которые когда-либо были у спасенной нации для обеспечения процветающего будущего, и со всеми мотивами, чтобы вдохновить ее усилия.У нее не было государственного долга. У нее было тихое, довольное и преданное население. Как случилось, что она докатилась прямо до банкротства, беспорядка и разорения?

Во-первых, она была проклята недееспособным правительством. Иметь в руках гарема непогрешимого самодержца, меняющего по женскому капризу самого ответственного офицера, вполне достаточно, чтобы погубить нацию. Но, во-вторых, сами союзники были способными помощниками в деле разрушения. Коммерческая жадность и заговоры английских и французских капиталистов, поддерживаемые их правительствами, опустошили ресурсы Османской империи.Промышленность пострадала от свободной торговли и погибла. Но правительство связано договором о не введении тарифов и тщетно борется в течение многих лет, чтобы освободиться от кабалы.

Опять же, в конце Крымской войны Луи-Наполеон потребовал отстранения лорда Стратфорда де Редклиффа от посольства в Константинополе. Его влияние в Турции было слишком велико, чтобы его можно было терпеть дольше. Лорд Пальмерстон также мог быть достаточно готов пожертвовать человеком, превосходящим его во всех отношениях, и обладавшим надменным и непреклонным характером.Сэр Генри Бульвер, человек по сердцу Луи-Наполеона, был назначен на этот самый ответственный пост в английской дипломатии. Мастер интриг и взяточничества, тщеславный, честолюбивый и с гнусной моралью, его главная цель состояла в том, чтобы отменить все, что сделал Де Редклифф. В частности, он изображал из себя перед Англией возродителя Турции, и у него были газеты, чтобы воспевать его похвалы. Он установил эру больших государственных займов. Явной целью, которую очень прославляли, были внутренние улучшения. Настоящей целью было хорошо провести время.Эти ссуды были выданы на пять и шесть процентов; но поскольку выплачивалось только от пятидесяти до шестидесяти фунтов на сотню, фактические проценты держателям облигаций составляли от десяти до двенадцати процентов. Кроме того, за пятьдесят оплаченных в итоге сто должны быть возвращены. Казалось бы, этого достаточно, чтобы удовлетворить даже английскую жадность. Эпоха ссуд началась в 1858 году, а в 1874 году государственный долг составил 184 981 783 фунта стерлингов, или 924 908 915 долларов. В то же время существует огромный плавающий или внутренний долг, который, по оценкам, составляет более или менее 100 000 000 долларов.Мы можем с уверенностью сказать, что нисходящий путь, по которому сэр Генри Бульвер запустил империю во имя прогресса и реформ, погрузил ее в пропасть более чем одной тысячи миллионов долларов процентных долгов.

Все это порадовало москвичей. Это была англо-французская мера, которую генерал Игнатьев мог благоволить всем своим влиянием. Когда вследствие этого Турецкая империя обанкротилась, он с величайшим удовлетворением сказал бедному глупому султану, что тот должен объявить себя банкротом, и все это за то, что он последовал за своими английскими и французскими советниками.Это, несомненно, вызвало бы революцию; но он пошлет за достаточными русскими силами для охраны трона. Хорошо известно, что свержение султана Абдул-Азиза было вызвано этой частной сделкой. Его считали виновным в измене империи и исламу.

После двадцати лет большого прогресса с одной стороны и деградации с другой пришло время царю снова отправиться в Константинополь. На этот раз ошибки не будет. Султан был слабоумным, его империя обанкротилась.Держатели европейских облигаций были в ярости; кроме того, царь не стал бы так тянуться в Европу. Он просто хотел создать сильную и постоянную базу к югу от Дуная и убедить Европу в своих добрых намерениях.

Войне 1877 года между Турцией и Россией предшествовали восстания в Герцговине, Черногории и Сербии. Турцию втянули в войну с Сербией, когда у нее были самые веские причины избегать ее. У нее не было ни денег, ни средств; но по этой самой причине это было навязано ей.Проснулся старый дух ислама, и сербов очень грубо использовали. Именно этого желала и ожидала Россия. Теперь у нее были религиозные и гуманитарные аргументы в пользу интервенции.

Съезд послов и посланников в Константинополе тщетно пытался восстановить мир или, вернее, избежать войны. Россия выдвигала требования, которые Порта не могла принять и которые другие державы не поддержали. Плохим результатом конференции было то, что России пришлось действовать под свою собственную ответственность.Ее дипломатия одержала полный триумф, и вся опасность европейской комбинации против нее миновала.

В последовавшей войне Россия потерпела тяжелое и кровавое поражение при нападении на Плевну. Принц Карл Румынский со своим корпусом спас русскую армию от уничтожения, за что получил отплату подлой неблагодарностью. Россия не может себе позволить признать себя в долгу перед кем бы то ни было. Плевна была взята в осаду, и жители и армия страдали от голода и болезней.Александр II. оставил темное пятно на своем имени, предав себя и офицеров трехдневному веселью, прежде чем оказать малейшее облегчение умирающим и голодающим военнопленным. Даже г-н Форбс, военный корреспондент и способный защитник России, не мог одобрить эту поразительную бесчеловечность в обращении с отважным врагом.

Когда Плевна пала, цель России, как было заявлено дипломатично, была достигнута. Болгария была в ее владении. Это было ее завоеванием; и если бы она остановилась на этом, то могла бы на досуге расшириться в Европейскую Турцию, и Европа не вмешивалась бы.Но, как часто прежде, ее военные офицеры и советники, особенно генерал Игнатьев, который всегда умел сорвать успех и был в то время верховенством, отбросив всякую осторожность, бросились зимой через Балканы, потеряв двадцать человек. тысяч человек и были почти у ворот Константинополя, прежде чем изумленная Европа успела действовать.

В Буюке Чекмедже британские железные папы спасли город. Приближающаяся армия не могла их избежать. Россия нарушила Парижский договор и строила флот, но не имела ничего готового, чтобы позволить ей появиться на воде.Армия остановилась, как и должна остановиться. Ибо был момент, когда «кит» мог сражаться со «слоном», но не слон с китом.

Затем последовал знаменитый Сан-Стефанский договор между Россией и Турцией от 3 марта 1878 года. Как только у Европы появилось время изучить договор и разобраться в его географии, она увидела, что Турция прекратила свое существование. Прекрасные фразы, доказывающие обратное, не имели существенного значения. Англия потребовала, чтобы договор был представлен конвенту великих держав, подписавших Парижский договор, и получила вежливый, но надменный отказ.Генерал Игнатьев хвастливо сказал: «J’y suis; да отдыхай!»

Тем временем лорд Биконсфилд перебросил семь тысяч сипаев из Индии в Средиземное море, как указание на огромное количество сипаев и мусульман под командованием Англии. Война уже предъявила непредвиденные требования к армии и казне. Негодование Европы достигло опасного предела, и тон России изменился. «Договор был эластичным и допускал любые модификации, которые великие державы могли счесть необходимыми.

Отсюда великий Берлинский конгресс, который потребовал от России вывести все свои войска из европейской Турции в установленный срок. Затем границы договора были существенно изменены, и было организовано Болгарское княжество. Неразумно этот предприимчивый, бережливый и сплоченный народ был разделен Балканскими горами на два правительства. Часть между Балканами и Дунаем была княжеством; что юг Балкан, под названием Восточная Румелия, номинально оставался под властью султана, но с большой муниципальной свободой.Княжество стало самоуправляемым. Его молодые патриоты, многие из которых получили образование в Роберт-колледже, умные студенты, изучающие американскую историю и Конституцию Соединенных Штатов, взяли на себя инициативу в формировании правительства и вызвали сильное отвращение к русским агентам. Выбрали князя Александра, и он постепенно влился в политику этих энергичных молодых болгар. Твердое намерение России свергнуть это свободное правительство и изгнать любимого всем народом князя есть причина настоящего болгарского осложнения.

Наша цель состояла в том, чтобы просто очертить достаточное количество достижений России и османского сопротивления, чтобы представить две державы в их нынешнем виде: одна, могущественная и честолюбивая; другой, обедневший, обанкротившийся, обескураженный. Одна за долгий конфликт четырех столетий увеличила свою территорию более чем в десять раз, а население до ста миллионов. Другая проигрывала почти во всех войнах, пока не закрепилась только в Европе; и ее азиатские владения становятся все меньше.Как боец ​​она перестала быть. В качестве помощника она все еще может предоставить великолепных солдат.

И все же мечта России не сбылась! Объединенная Европа стоит на пути. Обладание Константинополем со временем, если оно будет реализовано, сделает Россию великой на море.

0 comments on “Каспийский поход петра 1: Каспийский поход Петра I 1722-1723 гг. (причины, ход и итоги)

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.